Quotes from the audiobook «Хижина дяди Тома», page 23

- Ребенка не проведешь, - сказал Сен-Клер. - Он всегда чувствует, как к

нему относятся. Если вы питаете отвращение к детям, их благодарность не

завоюешь никакими заботами, никакими милостями. Странно, но это так.

- Я ничего не могу с собой поделать, - повторила мисс Офелия. - Негры

мне вообще неприятны, а эта девочка в особенности. Отвращение побороть

трудно.

- А вот у Евы его нет.

- Это все ее доброта! Как бы я хотела быть такой, как наша Ева! Она

многому может научить меня.

- Старшие не в первый раз получают уроки от маленьких детей, - сказал

Сен-Клер.

Пусть тот, кто думает, будто человеческое существо можно с легкостью подчинить этим способом, испробует такую жизнь на себе. А я лучше заведу собаку и с чистой совестью выдрессирую ее.

Жестоко ошибаются те, кто думает, что бессердечные женщины легко прощают своим должникам, когда дело касается любви.

Эгоистка самый придирчивый заимодавец на свете, и чем скорее она теряет любовь мужа, тем строже взыскивает с него то, что ей причитается, - взыскивает всё, до последнего гроша.

Кого господь любит, того он наказует. Не испытал ли он несчастную Африку в горниле страданий с тем, чтобы поднять и возвести её в то царство, которое настанет, когда все другие царства падут, ибо первые будут последними и последние первыми?.

 Благородство внешнее, не внутреннее, а это разные вещи.

Души людские растоптаны, загублены, зло торжествует, а бог молчит.

Повседневность не считается с нашими чувствами и властно заставляет нас покоряться своей воле.

Оглядываясь назад, на те годы, которые сейчас, издали, кажутся нам полными горя и тяжких испытаний, мы вспоминаем, что каждый прожитый в ту пору час приносил с собой какое-то облегчение, какую-то усладу, и хотя полного счастья у нас не было, всё же уныние не овладевало нами.

Они покупают, продают нас, торгуют кровью нашего сердца, слезами, стонами нашими. И господь позволяет им поступать так!