Book duration 14 h. 21 min.
1989 year
По Восточному Саяну
About the book
Григорий Анисимович Федосеев (1899—1968) прожил жизнь, полную удивительных приключений, жизнь на грани выживания, но зато необычайно интересную и прекрасную. Собственно, даже две жизни! В своей «первой» жизни – геолога и геодезиста – Григорий Федосеев сумел осуществить мечту каждого мальчишки, начитавшегося знаменитых писателей-романтиков. Его привычным окружением стала первозданная тайга, дикие животные и недоступные скалы. Федосеева называли «последним из могикан», перед кем еще открывались пейзажи, коих не видел человеческий глаз.
В послужном списке автора были Кольский полуостров, Забайкалье, Кавказ, Урал, Западная Сибирь и Дальний Восток, но все же Восточный Саян занял особое место. «Мы идем по Восточному Саяну» – так Федосеев назвал свою первую повесть, основанную на дневниковых записях и ставшую неожиданно удивительно популярной. И вот, нежданно для самого себя, у Григория Федосеева началась «вторая» жизнь – известного писателя.
книга прекрасная,но в исполнении авточтец абсолютно не слушается,ударений нет от слова совсем.Больше авточтец покупать не буду.
Книга великолепная, как и все у Г. А. Федосеева!
Но чтение ужасное!
Нельзя читать книги искусственному интеллекту!!!
Жаль, что не прочитал её Ю. Заборовский!!!
Книга очень интересная, но на слух чтение воспринимается плохо. Авточтец часто неправильно ставит ударения в словах и плохо передаёт прямую речь
Хорошая книга. При чтении или прослушивании советую использовать топографическую карту этих мест. Тогда возникает дополнительный эффект реальности событий, описанных в книге.
Авточтец озвучивает ужасно! Такие книги нужно озвучивать хорошими чтецами!Сама книга интересная, но озвучка авточтецом все портит
Мы тронулись и скоро попали в зону густой высокоствольной тайги. Она оставила неизгладимый след в моей памяти своей первобытностью. Неприступной стеной встретили
Павла Назаровича под кедром горел огонек, Кудрявцев рассказывал нам подробности своего путешествия. – Немножко не дотянул до Кинзелюка,
видел, в каком напряженном труде проходили последние дни, и усердно старался не отставать от товарищей
Северный склон увала был покрыт глубоким снегом. Меня догнал запыхавшийся Днепровский. Ребята на лодке подбросили ему сапог, и теперь мы
Reviews, 13 reviews13