Book duration 11 h. 21 min.
2017 year
16+
Элеанор Олифант в полном порядке
About the book
Тонкий, глубокий, наполненный изящным юмором роман о дружбе, одиночестве, любви, иллюзиях – и странном, не всегда логичном мире, в котором надо научиться жить.
Элеанор Олифант в полном порядке: она работает бухгалтером, по выходным выпивает, а по средам беседует с мамочкой, которая находится далеко. Элеанор не везет: ее окружают непримечательные люди с примитивными вкусами и бедным словарным запасом (так ей, по крайней мере, кажется). Но все меняется, когда, отправившись однажды на концерт, она видит элегантно одетого рок-музыканта. Элеанор сразу понимает: это Он. Правда, пока она готовится к знаменательной встрече, ей приходится довольствоваться куда более скромной компанией.
Элеанор Олифант в полном порядке. Так она говорит окружающим. Вот только она старается не вспоминать о прошлом и спасается водкой от бессонницы.
Постепенно забавный рассказ о жизни социально неадаптированной женщины превращается в грустную, трогательную историю о детской травме, любви и одиночестве. В историю, которая никого не оставит равнодушным.
© Gail Honeyman, 2017
© Липка В., перевод, 2017
© & ℗ ООО «Издательство АСТ», «Аудиокнига», 2022
Other versions of the book
Reviews, 62 reviews62
Не самый свежий сюжет, но героине симпатизируешь и сочувствуешь. Чтец мне понравился, его спокойный голос хорошо подходит для Элеонор. Книга для пасмурных времен, когда нужно отвлечься от собственных бед и послушать, как у кого-то жизнь налаживается.
Прослушала с огромным интересом! Местами смешная, местами грустная и трогающая до слез книга о женщине, которая не вписывается в общество и будто бы принадлежит к другой эпохе. Героиня неизменно вызывает сочувствие и симпатию, а главное - я узнала в ней себя. Не целиком и полностью, но "мамочкины наставления", которые заставляют выбрать тупиковый путь, мне отлично знакомы. Думаю, многие из нас боятся рано или поздно, взглянув в зеркало, увидеть в нем одного из родителей. Элеанор оказалась достаточно храброй, чтобы признаться себе в этом. И, уверена, ее дальнейшая жизнь сложится хорошо. Это история об одиночестве и социальной изоляции, которые оказываются преодолимы. Нам всем сейчас не хватает историй со счастливым концом, и это одна из них. Она вызывает желание жить дальше и не сдаваться.
Я какое-то время «привыкала» к героине, но с 4-5 главы прониклась ею )) прекрасно начитано, неожиданная развязка главной интриги.
Сняла звезду за озвучку. Честно говоря, даже, когда я уже привыкла к голосу и манере чтеца, для меня всё ещё оставался непонятным выбор редакции в его пользу.
В остальном - сильно рекомендую. Тонко и глубоко, просто и сложно. Привязалась к героине и прониклась к ней нежностью и симпатией.
Очень и очень хорошая книга о личных травмах и трагедиях, о важности надёжного друга рядом и о пользе психотерапии, в том числе :)
Беда – она поправима. Горе – когда непоправимо. Но бывает беда-беда. Это когда не знаешь – поправимо ли. Иногда беда-беда хуже, чем горе. Горе и беда очевидны и понятны. Беда-беда – это коварно… Элеанор выбралась из беды-беды....надеюсь...
Если кто-нибудь попросит тебя в двух словах себя описать и ты ответишь ему что-то вроде: «Э-э-э… дайте подумать… Я сердитая и печальная!» – то это будет не очень-то здорово.
Она всегда подчеркивала, что рецепторы изысканного человека жаждут пряных и соленых вкусов, а дешевые сладости созданы на погибель беднякам (и их зубам). У
– Я плохо знаю твои вкусы, но приходить с пустыми руками не хотелось… – Рэймонд залился краской. – Мне подумалось… ты должна любить красивые, приятные вещи, – сказал он, глядя мне в глаза. – Ты этого заслуживаешь.
…Одиночество характеризуется ярко выраженным стремлением человека побыстрее положить ему конец; этого нельзя достичь просто за счет силы воли или более частых появлений в людных местах, но только с помощью установления тесных межличностных связей. Это гораздо легче сказать, чем сделать, особенно тем, чье одиночество возникло изза потери, или изгнания, или предубеждения, тем, у кого есть причина бояться или не доверять всему, что касается общества других.
После некоторых раздумий я остановила выбор на квадратном куске неопределенной белой рыбы, покрытой сухарями, сильно зажаренной и помещенной меж двух половинок слишком сладкой булочки. Она была причудливо дополнена ломтиком плавленого сыра, вялым листиком салата и какой-то белой островатой жижей, граничащей с непристойностью. Несмотря на старания мамочки, я не стала эпикурейцем; однако я уверена, что несовместимость рыбы и сыра – повсеместно признанная кулинарная аксиома. Ктото должен сообщить об этом мистеру Макдональду.