Book duration 29 h. 29 min.
2026 year
18+
Чужестранка
About the book
История великой любви Клэр Рэндолл и Джейми Фрэзера завоевала сердца миллионов читателей во всем мире и стала культовым сериалом XXI века. Теперь в одном томе!
«Невероятная история, которая исследует сердце, взвешивает душу и измеряет человеческий дух на протяжении столетий». – CNN
«Фантастические приключения, романтика, секс… Идеально». – San Francisco Chronicle
История женщины, которая, оказавшись в совершенно непостижимой ситуации, нашла в себе силы и мужество противостоять обстоятельствам.
1945 год. Юная медсестра Клэр Рэндолл возвращается к мирной жизни после четырех лет службы на фронте. Вместе с мужем Фрэнком они уезжают в Шотландию, где планируют провести второй медовый месяц. Влюбленные хотят узнать больше о семье Фрэнка, но одно прикосновение к камню из древнего святилища навсегда изменит их судьбы.
Клэр необъяснимым образом переносится в 1743 год, где царит варварство и жестокость. Чтобы выжить в Шотландии XVIII века, Клэр будет вынуждена выйти замуж за Джейми Фрэзера, не обделенного искрометным чувством юмора воина. Только так она сможет спастись и вернуться в будущее. Но настоящие испытания еще впереди.
История, ставшая культовым сериалом «Чужестранка»!
Other versions of the book
Насильно милосердья не добиться, – процитировала я, – оно должно росой с небес пролиться».
запнулась, вспомнив, что мы уже обсуждали эту проблему. – Я думала о Роджере. – О Роджере? Я нетерпеливо вздохнула. – Господи, Фрэнк! Ну как можно быть
подалась назад и приглашающе прижалась к нему. С глубоким вздохом приняла в себя его плоть. Он притянул меня к груди и стал двигаться вместе со мной, медленно и сильно. Я чуть задохнулась, и он ослабил объятия. – Прости, – проговорил он. – Я не хотел делать тебе больно. Я хочу быть в тебе, оставаться в тебе как сейчас, глубоко. Я хочу оставить память о себе, посеяв в тебя семя. Я хочу удержать тебя до рассвета и оставить тебя, пока ты спишь, унести на руках твое тепло.
сунула рюмку ему в руку и оставила их наедине. На широкой скамейке у окна я нашла миссис Бэйрд, где она пила пинту горького пива в обществе
– Да. Она совсем юная. Ей было бы очень стыдно перед всеми, кто ее знает, долго было бы стыдно. Мне просто больно, ничего особенного. Дня через два все пройдет.