Третья книга — о том, что бывает, когда трещина расширяется и перестаёт быть дверью, становясь пропастью. Артём вычерпан: эмпатическое истощение, потеря границ между собой и чужой болью, зависимость от нужности. Пациенты уходят здоровыми, а он остаётся пустым. Без нужности он не существует — и это третье дно, о котором он писал, не зная, что наступит на него сам.

Мать звонит каждый день. Ольга уходит. Маша рисует тёмные пятна и пустые скамейки. Ирина Павловна — последний человек, кто стоит у двери, — уходит на пенсию. Таблетки держат туман с окнами, но окна закрываются. Декабрь приходит снова. Тело помнит всё.

Это история поражения — честного, без утешения. Но не бессмысленного: Артём был, любил, падал и вставал, пока мог. А Маша осталась — с деревянной машиной, кривым кругом и рисунками, из осколков складывая жизнь.