– Что будем делать, шеф? – поинтересовался Дима.
– Отменяйте все спектакли, возвращайте людям деньги, – распорядился Артём. – Главный зал закрывается на капитальный ремонт. – Он обернулся к толпе с улыбкой, в которой человек, не знакомый с решительным характером хозяина театра, мог распознать обречённость безумного маньяка, – пришла пора больших перемен.
Спустя минуты осознания услышанного, сотрудники театра постепенно начали приходить в себя. Кое-кто даже развеселился и назначенные ответственными за вынос мебели и остатков былой роскоши из зала, с воодушевлением принялись за работу.
Артём с Дашей уже успели покинуть всех и теперь шли в направлении кабинета, живо обсуждая случившееся и планы на ближайшее будущее.
– У тебя уже есть задумки, какие-то предпочтения? – Даша со знанием дела прикидывала в уме предстоящую работу.
– Пока нет, надо будет всё хорошенько обмозговать. Но одно я знаю точно – больше никаких огромных люстр.
– Согласна. Но она ведь тебе так нравилась. Скучать не будешь?
– Не буду, это дело прошлое, – он обнял девушку за плечо. – Тем более, неуместно предаваться ностальгии, когда рискуешь похоронить под шикарной громадиной несчастных зрителей.
– Страшно подумать. Хорошо, что это произошло, когда никого не было в зале.
– Да уж.
– То есть теперь театр закрывается на всё лето? – Даша вопросительно взглянула на своего спутника.
– Точно.
– Но это же такие убытки.
– Ничего. Уверен, за это время ООО «Кариатида» в твоём лице разработает план модернизации зрительного зала с учётом техники безопасности, а также всех моих самых капризных пожеланий. Думаю, я это заслужил, – Артём на ходу развернул Дашу, прижимая её спиной к стенке прямо у дверей своего кабинета. Он подхватил двумя пальцами её подбородок, лишая девушку воли и мягко поцеловал в губы, – мне как никогда требуется твоё профессиональное участие. – Артём лёгким движением толкнул дверь, распахивая её в предвкушении желанного продолжения того, отчего их так вероломно оторвали.
Даша уже готова была согласиться, но в последний момент, приложив огромнейшее усилие воли, проговорила:
– Мне нужно сделать кое-что. Подождёшь?
Артём вопросительно и даже с какой-то обречённостью глянул на неё.
– Не пущу, – попытался он включить собственника. Но Даша была непреклонна. Она и без того сильно затянула.
– Я быстро.
– Ждать я не намерен, – твёрдо проговорил Артём, чем немного озадачил любимую. – Пойду с тобой. А ты что подумала? – он отстранился, подавая ей руку.
Оказавшись на чердаке, Даша с интересом огляделась по сторонам. Она ещё ни разу не бывала здесь с тех пор, как закончились восстановительные работы. Никогда раньше она даже думать не могла о том, с каким наслаждением будет вдыхать запах свежей штукатурки и недавно сколоченных древесных щитов. На полу больше не было пыли, ровные стены покрывал слой побелки, потолочной плесени след простыл, а новые окна сияли на солнышке всем своим тройным стеклопакетом. Мансарда ожила. Теперь здесь, в крохотных комнатах под крышей аккуратными столбиками и ровными штабелями громоздились коробки с реквизитом, упаковки с тканями и даже кое-какие костюмы из тех, что требовали реставрации и мелкой починки.
Даша проследовала вдоль светлого коридора. Артём молча шёл за ней, как хранитель, готовый, если потребуется, закрыть собой своё драгоценное сокровище. Оказавшись у нужной двери, они поравнялись и коротко переглянулись. Даша хотела было толкнуть её, но в последний момент передумала и постучала костяшкой пальца. Никто, естественно, ей не ответил. Вознамерившись уже обозвать себя последней идиоткой, она глянула на Артёма, ожидая скептической гримасы, но не найдя в его взгляде и намёка на насмешку, облегчённо выдохнула.
Она толкнула дверь и ступила за порог комнаты, которая узнавалась с трудом. Здесь было как минимум чисто, а простенькая мебель выдавала присутствие жизни. Казалось, тут кто-то обитал, но ненадолго вышел, чтобы вскоре вернуться с обеденной трапезой и чашкой чая. На старенькой кушетке лежало такое же старенькое одеяло, сбоку стоял комод, а у окна висела полочка с нехитрыми книжками.
– Кто это всё организовал? – спросила Даша у Артёма, проводя пальцами по краю навесной полки. – Если не знать, то решишь, что тут на самом деле кто-то живёт.
– Это всё Егорыч, – пояснил Артём. – Когда он узнал про наш план, то сам вознамерился обставить комнату. Этот экзорцист, по-моему, трепетнее всех относится к местным обитателям.
– Во даёт. Как же он всё это втащил?
– Втащил, – усмехнулся Артём. – Он собирался в комиссионке дубовый шкаф купить и его сюда принести. Чтобы, так сказать, воссоздать обстановку.
Даша в недоумении выпучила глаза:
– Ты его отговорил, надеюсь?
– Худо-бедно. И не без посторонней помощи. Кстати, Дима с Алисой теперь тоже в курсе всего.
– Блин, – поморщилась Даша. – Алиска меня засмеёт.
– Не засмеёт. Я всё валил на себя, – успокоил её мужчина, склоняясь прямо над ухом девушки.
– Ну что тут скажешь? – деловито ответствовала Даша. – Ты мой рыцарь, Артём – не больше и не меньше. До последнего защищаешь мою честь ценой насмешек по углам.
Артём согнулся, чтобы взять на руки Сёму, который вот уже пару минут, как тёрся тёплым бочком о брюки парня, оставляя на них шерстинки.
– Мне до насмешек дела нет, а вот твоё душевное спокойствие волнует, как ничто другое, – он заботливо погладил кота. – Кстати, Сёма спокойнее стал. Раньше от каждой тени шарахался.
Даша почесала котика за ушком, после чего, наконец, вспомнила, зачем пришла и полезла в сумку. Минуту спустя, старенькая шкатулка заняла почётное место на комоде, а парень и девушка с чувством выполненного долга поспешили вернуться к тому, от чего весь день по тем или иным причинам приходилось отвлекаться. Имелся в виду, естественно, обед. Другое не менее важное дело решено было отложить на время.
– Ты так и не открыла её? – спросил Артём, подавая руку Даше, когда она спускалась с чердака.
– Зачем? Это дело прошлое и нас не касается, – она по привычке отряхнулась, спрыгнув с последней ступеньки.
– И что, даже ни разу не любопытно было заглянуть?
– Было, конечно, – теперь они спускались по лестнице. – Но и страшно тоже. Я же пообещала им. Поэтому каждый раз вовремя останавливалась.
– Пусть прошлое остаётся в прошлом, – подытожил её мысль Артём.
– Точно. А мы будем договариваться с этим самым прошлым и двигаться в светлое будущее.
– Тебе бы революционные лозунги писать, – усмехнулся Артём.
– Да. У меня, как ты мог убедиться, много талантов.
Парень и девушка скрылись за поворотом в направлении театральной столовой. После обеда они присоединились к остальным и вместе с рабочими сцены, уборщиками, механиками, а также с большей частью актёров принялись разгребать завалы хрусталя и выносить мебель. Никто не ждал за свои трудовые подвиги премий и бонусов. Причина инициативы была проста, как мир, если его не усложнять – театр со всеми его проблемами и тяготами, с неразберихой прошлой администрации и тайнами, окутывавшими эти стены, стал для многих родным и важным местом, в котором протекала значительная часть их жизни.
Энтузиасты проработали до темноты и не хотели покидать зал до тех пор, пока Артём не велел всем расходиться до завтра. Трудиться предстояло ещё долго, а потому уставшие, но довольные собой все причастные, в конце концов, отправились собираться по домам. Артём с Дашей тоже устали. Их день, как не у кого другого, был полон событий, впечатлений и эмоций, а потому обоим не терпелось, сидя в уютном салоне автомобиля, оказаться, наконец, дома и лечь спать. Остальное завтра.
Высокие пышные сосны закрывали солнечный свет. Но несмотря на это, все, кто находился в лесу, ощущали лето таким, каким оно должно быть – не жарким, в меру тёплым, тенистым, чтобы голову не напекло, а главное – многообещающим. Это лето действительно было многообещающим хотя бы потому, что днём ранее четверо друзей заселились в уютный коттедж базы отдыха, расположенной в самой гуще соснового бора в первый день заслуженного отпуска. Поначалу уставшим от забот и хлопот, труженикам достаточно было просто дышать этим ни с чем не сравнимым воздухом, в котором витал душистый запах хвои. Позже им, конечно, это надоело, и они отправились заселяться в свой домик.
Теперь уже два велосипедиста быстро катили друг за другом, подпрыгивая на кочках и ухабах. Когда оба, миновав последнюю сосну, выехали на залитую солнцем поляну перед деревянным домом с резными узорами вокруг окон и под крышей, они остановились. Хотелось ещё немного побыть здесь.
– Эх, жалко, Алиска с Димой приехать не смогли, – посетовала Даша, оглядывая местность. – Тут так здорово. Лисы и ёжики прямо под ногами бегают. Я даже расстроилась, что мы пешком не пошли, всё боялась кого-нибудь раздавить.
– Не стоит жалеть этих двоих, – ответил Артём. – Они бы тут не усидели – шило в попе мешает.
Даша усмехнулась.
– У них же там что-то намечалось в театре, – она вопросительно глянула на парня, который стоял, крепко удерживая ногами свой транспорт и смотрел на неё с лёгкой полуулыбкой.
– Да, именно сейчас в главном зале устанавливают проектор и ЖК-дисплей. Теперь можно будет запускать панорамные видеоролики во время спектаклей и погружать зрителей в гущу событий.
Даша поморщилась.
– Поздравляю, – скептически проговорила она, – ваш театр постепенно превращается в кинотеатр. Скоро попкорн начнёте продавать.
Артём сделал вид, что возмущён до глубины души.
– Любовь моя, – начал он, – ни один столичный кинотеатр не может похвастаться тем уровнем технического прогресса, до которого дошли мы. Помяни моё слово, все культурные учреждения города скоро будут направлять к нам послов, чтобы мы с ними опытом делились.
– Ну посмотрим, – коротко прокомментировала Даша, загадочно отводя взгляд.
Артём подался к ней и почти касаясь губами шеи девушки произнёс:
– Увидим, – она вздрогнула, возмущённо озираясь, но тут же смягчилась, ощущая прикосновение сильных рук.
Сидя на великах, целоваться было неудобно, поэтому им пришлось оторваться друг от друга, хоть и не хотелось.
– Санёк машет, – тихо проговорил Артём, вглядываясь вдаль через Дашино плечо.
– А? – не сразу очнулась та. Она всё ещё чувствовала волшебное послевкусие сладкого поцелуя на своих губах.
– Санёк, говорю, машет. Похоже, шашлык готов, – он поймал затуманенный взгляд девушки и томно прошептал, поглаживая ладонью её щёку. – Давай наперегонки. Победителю минет, – он подмигнул, в мгновение отпрянул от Даши, вскочил на свой велик и умчался вперёд к дому, возле которого в шашлычном дыму миловались Саша с Алёнкой.
– Эй! – прокричала Даша, когда очнулась. – Нечестно! – она тихо выругалась, после чего с недовольным видом села на своего железного коня и вяло покатила за парнем. Смысла торопиться уже не было. Да и, по правде сказать, не так уж обидно ей было проиграть ему.