Go to audiobook
Глава 4
– О! У нас уже тесный контакт, – рассмеялся в микрофон ведущий, привлекая к Саше и её странному кавалеру слишком много внимания. – Может, варвар сразу утащит красавицу в свою пещеру? Зачем вам лишние трудности?
Пленница дернулась в сторону и хотела что-то ответить, но её опередил этот чертов варвар:
– Нет, я сначала её помучаю.
И это “помучаю” полыхнуло огнем по венам, разлилось по всему телу и опалило щеки. В голове приличной женщины, матери и карьеристки возникли совершенно неприличные мысли. Но упрямство было сильнее.
– Это мы еще посмотрим! – взяла себя в руки и отстранилась.
Варвар слишком самоуверенный, а таких она умеет ставить на место.
– С характером? – хмыкнул Варвар.
– Уже испугался?
Улыбка. Спокойная и снисходительная, говорящая сама за себя, была ей ответом.
“Ага! Значит, он из самоуверенных козлов…!” – Саша поймала отрезвляющую мысль и принялась активно её думать, краем уха слушая ведущего.
– Конкурсов будет всего два. И, как обычно, дамы вперед! – он хлопнул в ладоши и на сцену перед каждой парой вынесли стол с набором тех самых светящихся красок, которыми их с Музой раскрашивали при входе в зал. – Каждая жена вождя должна уметь наносить на его тело ритуальные рисунки и делать нужно как можно соблазнительнее. И да, чуть не забыл. Мужчинам запрещено двигаться. Руки по швам, великие вожди!
Девушка довольно улыбнулась, оглядывая фронт работ. Хотела прикоснуться? Хотела стереть лица самодовольную улыбку? Мечты сбываются. Пусть не там, где надо, но лапать незнакомого красавца лучше, чем весь вечер отбиваться от Каверина. В том, что он звонил сейчас во все колокола Саша не сомневалась. Антон не умеет проигрывать и не терпит отказов.
Заиграла медленная музыка, больше подходящая для стриптиза, чем для развлечения в клубе. Кажется, её соперницы так это и расценили, начиная извиваться змеями вокруг своих мужчин и больше пытаясь произвести впечатление на публику, чем на стоящих перед ними варваров.
У Саши задача была другой. Плевать на зрителей, главное утереть нос этому мужчине, заставить его кровь вскипеть, сыграть в незабвенное “возбудим и не дадим”. Мучить? Он? Её? Пусть мучается сам и никак иначе. Александра Зимина обеспечит ему эротический ад.
В прошлой жизни Саша несколько лет танцевала танго и сейчас, за неимением других идей, вспомнила этот танец, сердце которого замирает между льдом сдержанности и огнем страсти. То, что нужно, хоть и не совсем в такт.
Столик на колесах отодвинула чуть в сторону и зашла варвару за спину. Не видеть, но чувствовать – что может быть соблазнительнее? И нет, она совсем не боится сдать назад под голубым взглядом. Нет. Определенно.
Подцепила пальцами немного белой краски и медленно провела вверх по линии позвоночника. Мышцы мужчины напряглись, он замер скалой, принимая её прикосновения одно за другим. Она рисовала причудливые завитки внизу спины, и сама не замечала, как втягивается в эти прикосновения, наслаждается каждым, грея прохладные ладони об огненно-горячую кожу.
Запустила обе руки в ядовито-зеленую краску и коснулась спины чуть пониже ключиц, медленно провела вверх, рисуя странное подобие крыльев и, забыв о платье, прижалась к мужчине всем телом, сжала плечи и чуть царапнула ногтями. Одной ногой обхватила его и медленно провела вверх, замерев в районе талии.
Скользнула вниз по его рукам, оставляя на них светящиеся следы пальцев. Теперь нужно вернуться вперед. Она знала это, но целую секунду медлила. Не отступать, Саша. Сама не понимала, почему эта глупость стала вдруг принципом.
Крутанувшись вокруг своей оси, она продемонстрировала восхищенному залу длинные ноги во всей красе. Парочка парней, стоявших близко к сцене, радостно заулюлюкала. Варвар дернул мышцами и шумно выдохнул, когда она замерла напротив и поддернула к себе стол с краской.
– Красный? – спросила у него с улыбкой и окунула палец в алое сияние.
– Ну попробуй, – варвар больше не ухмылялся. Его губы были плотно сжаты, и смотрел он за её спину.
“Пробрало всё-таки!” – радостно отметила она, прикасаясь к его груди. Целомудренно. Ало. Нежно. С глупо кружащейся головой и желанием коснуться губами, но вместо этого в районе левой груди она нарисовала сердечко. Вот так по-детски.
– Ты же понимаешь, что сердце находится не там и выглядит иначе.
– Я не собираюсь искать твое сердце, варвар. Мне подсказки не нужны, как и учебник по анатомии.
– Зря. Сердце очень интересный орган и его не нужно искать, его проще почувствовать.
Она чувствовала его ладонями. Неровное биение, сильное, будто рвущееся на свободу из тисков грудной клетки.
Пререкаясь с незнакомцем, Саша продолжала рисовать на его торсе. Добавила несколько новых красок и теперь, танцуя в такт музыке, разрисовывала кубики пресса. Пересчитала все, оценила и…
В зале раздался визг, овации и крики, разрушая ту магию, что переплела их с варваром. Саша обернулась и зло глянула в сторону дебоширов. А там было на что посмотреть. Какая-то особо смелая девица стянула с варвара брюки вместе с трусами и активно покрывала краской всё, что скрыто.
– Смело, – хмыкнул Сашин варвар. Ей сейчас послышалось или в его голосе было одобрение?
– Пошло, – фыркнула она в ответ.
– Ты просто стесняешься. И как такая приличная девушка попала на такую неприличную вечеринку?
Саша зашипела. Стесняется? Приличная девушка?! Еще никогда она так не злилась, когда её называли приличной, а тут просто крышу снесло.
– Думаешь, я так не смогу? Ха. Надеюсь, тебе есть, что показать.
Зачерпнула рукой побольше ярко-желтой краски и оставила след ладони в центре его груди. Она не знала можно так делать или нет, но уже вошла в раж и коротко прикоснулась губами к этому следу. Обернулась и подмигнула зрителям. А после под крики толпы опустилась перед варваром на колени. Все вокруг точно подумали, что сейчас она распишет его очень экстравагантным образом.
Подчиняясь какому-то неизвестному порыву, подняла взгляд и встретилась с голубым. О, что было в этих глазах. Желание. Огонь. Сила. Не прерывая контакта, медленно расстегнула пуговку на штанах, перепачкав их в краске.
А варвар-то был ого-го! Даже жаль, что она не увидит.
Вместо того, что все представили, она нарисовала пальцем стрелочку до самой резинки черных боксеров, а на животе изобразила грустный смайлик. Хотя там все было очень даже весело. Прямо-таки настроено на новые свершения!
После чего встала и чмокнула мужчину в подбородок, оставив на нем след своих губ.
В это мгновение музыка закончилась, а Сашу кто-то с силой дернул в сторону от варвара и связал руки за спиной.
– Что за…– она не успела возмутиться, как ведущий взял слово.
– Теперь, когда девушки наигрались, им пришло время немного поработать. Настоящая жена вождя должна уметь узнавать своего мужчину даже с закрытыми глазами. Надеюсь, за пару минут вы достаточно познакомились!
О нет. Связанная, с закрытыми глазами. Кажется, варвар будет мстить.
Руки скрепили несильно, скорее для вида, чем с целью удержать, но не вырываться же и в панике носиться по сцене! Придется играть роль до конца. Саша обреченно вздохнула и прислушалась к голосу ведущего:
– Как вы будете взаимодействовать с девушками, выбирайте сами. Задание быть узнанным именно вашей королевой. Кто начнет?
В зале повисла тишина, и Саша невольно напряглась. Чего ожидать от странных мужиков в масках? Точно каких-нибудь приставаний. Особенно, от того, которому разукрасили самое выдающееся место.
– Пойдешь первым? И почему я не сомневался? – Каким-то странным голосом произнес ведущий. – Что принести? Ну как скажешь!
По залу пробежали странные смешки.
Александра Зимина, по мнению коллег, обладала стальными нервами, которые сейчас почему-то отказали. Она не хотела, чтобы к ней прикасался кто-то чужой и только собралась сообщить об этом ведущему, как её поймали за подбородок и заставили поднять голову. Саша глубоко вдохнула. Кофе. Коньяк.
Он пошел первым. Пошел к ней.
– Ты…– выдохнула за мгновение до того, как губы поймали губы, а в послушно приоткрытый рот потекла горькая жидкость с ореховым привкусом. Коньяк. Судя по вкусу очень-очень дорогой коньяк.
Она пьянела от растекающегося по телу жара: поцелуй это или алкоголь? Не бралась гадать. Просто освободила руки из пут и обвила руками шею, отвечая на поцелуй.
В её жизни было достаточно мужчин, но никогда раньше она не испытывала подобной эйфории от одного лишь прикосновения губ. Никогда так не желала сорвать с кого-то остатки одежды и забыть о приличиях. Никогда не думала, что когда-нибудь захочет любви на одну ночь.
– Мы на сцене.
– Надо как-то решить эту проблему.
Под громкие крики её подхватили под бедра и бесцеремонно унесли прямо со сцены. Куда? Саша понятия не имела, ведь на глазах все еще была повязка.
Она лишала возможности видеть, но заставляла безумие обостриться до крайности. Алкоголь, что незнакомец влил в рот, сделал свое дело и разбудил ту самую Сашу. Ту, которая выспалась и хотела приключений, мести засранцу Каверину и снова почувствовать поцелуй этого варвара на губах.
Было в этом нечто невероятное, будоражащее. Не видеть лица, только чувствовать дыхание, прикосновение рук, жар сильного тела и умопомрачительные запах коньяка и кофе, от которого хочется мурлыкать и тереться об этого человека как озабоченная мартовская кошка.
Саша не узнавала сама себя, когда раз за разом искала губами его губы. Когда они соприкасались, ей впервые за много лет казалось, что все правильно. Так как должно быть.
Сладкая глупость. Счастливая. Глупость, за которую утром она себя не простит.
Хлопнула дверь, музыка стихла. Мужчина медленно опустил её на что-то мягкое, по ощущениям вельветовое или бархатное. Новый поцелуй. Жесткий. Властный. Голодный. Сминающий губы и пьянящий не хуже коньяка. Рука в волосах, мужчина нащупал ленту и потянул, пытаясь развязать.
Саша вздрогнула и отстранилась.
– Оставь, – шепнула ему в губы и придержала повязку ладонью.
– Ты можешь сказать нет, – горячее дыхание коснулось шеи. – Можешь все прекратить и уйти прямо сейчас.
Прекратить? Она хотела одуматься, мечтала прийти в себя, протрезветь и не тянуться к нему. Но не могла остановиться. Человек, в руки которого она попала, был слишком силен. Физически – она чувствовала это, пока её несли в вип-комнату. И, как сказала бы Муза, энергетически. Его манера говорить, поцелуи, движения – в каждой мелочи пугающая сила и власть, подчиняющая волю.
Раньше она думала, что таких людей не существует, о них пишут в любовных романах, над которыми они с подругами от души смеялись еще в юности. Но сейчас она встретила такого и пропала. Ему невозможно противостоять. Только купаться в этой силе и впервые за много лет почувствовать себя слабой, нежной и податливой в чьих-то руках.
Прекратить? Сказать этому нет? Никогда! Только один вечер она будет такой, а завтра снова станет борцом за себя, за дочь, за своем место под солнцем. А сегодня она будет просто Сашей. Девушкой, которая хочет приключений на одну ночь! Хочет почувствовать себя живой, счастливой и слабой.
– Просто оставь повязку. Это мой каприз.
– Тогда условие. Пусть это будет единственный каприз. Дальше играем по моим правилам, – оттянул за волосы назад, заставляя запрокинуть голову. Медленная дорожка поцелуев вверх по шее к подбородку. – Согласна?
– Да, – выдохнула и не успела испугаться, как её рывком перевернули на живот. Распущенные волосы ударили по лицу. Вскрикнула и сжалась, опасаясь неизведанного, но тут же услышала тихий смешок за спиной.
Он просто снова завязал повязку, мешающую ей видеть. Так будет лучше. Не видеть его истинного лица, не знать имени. Так проще отпустить и забыть эту ночь навсегда.
Стоило выдохнуть, как горячая, но странно мягкая рука коснулась внутренней стороны бедра и медленно, дразня, двинулась выше.
– Не бойся меня, – хрипловатые нотки в голосе мужчины будили воображение и желание. – Обещаю не делать глупостей.
“Сегодня их делаю я,” – только и успела подумать Саша, прежде чем рука достигла цели.
***
– Саша, ты чокнулась? Ты ушла с этим варваром! Ты пропала на два с половиной часа! Я бегала по всему клубу, поставила на уши половину администраторов! – Муза гневной фурией летала из угла в угол их маленького вип-убежища. Обернулась и, наконец, вгляделась в лицо подруги. – Саша, ты пьяная?!
А Саша просто стояла, подпирая дверь спиной, и глупо улыбалась, комкая в руках повязку, которую пару минут назад сняла с глаз в холле клуба. Именно туда она попросила вывести её и оставить одну.
Мужчина предлагал её проводить, хотел узнать имя и номер телефона, но она была непреклонна. Это приключение на одну ночь. Загадочный варвар, который поддержал её игру и представился как Мистер З, должен навсегда остаться в клубе “Амброзия”. Ему нет места в жизни трудоголика и матери-одиночки Александры Зиминой, а другая Саша уже тихо засыпала, довольная и удовлетворенная по самое не хочу.
– Муза, не фони, у меня только что был лучший секс в жизни. Дай насладиться моментом, пока не протрезвела.
– Я тебя убью! Я найду этого варвара и его убью! Как его зовут? Где его искать?!
– Я не знаю.
Тут звонкий голос Музы сел.
– В смысле?
– В прямом. Я не знаю, как его зовут, я понятия не имею, как он выглядит.
Подруга шагнула назад и бухнулась на диван.
– Ты переспала с каким-то непонятным стриптизером из клуба, не зная его лица и имени? Серьезно?!
– Его лицо и имя в процессе не участвовали. Хотя лицо…
– Если я снова решу тебя напоить – убей меня. Переодевайся! Нам нужно вернуться домой раньше, чем ты отрубишься.
З – Захар
В вип-ложе царил приятный полумрак, едва слышно шумел кондиционер, а за панорамным стеклом, через которое можно было легко разглядеть танцпол и сцену, мелькали вспышки света. Хозяин всея клуба возлежал на диване и потягивал любимый виски из невысокого стакана с тройкой ледяных камней.
Стоило Захару войти в вотчину лучшего друга, преданного соратника, исполнительного директора холдинга “Креспо” и просто отличного парня – Ильи Серова – как тот лениво обернулся, указывая рукой на бутылку элитного коньяка.
– И что это было?
– Где? – Захар устроился в мягком кресле и налил себе немного в бокал.
– Там, – лучший друг кивнул в сторону прозрачной стены. – Я по-дружески попросил тебя подменить одного теперь уже безработного придурка, обещал, что спасу тебя от любых притязаний на тело. А ты упер какую-то девку прямо со сцены. Не будь я ведущим, – кивнул на забытую рядом маску, – точно выругался бы. Молчу о том, что ты пропадаешь с ней на два часа в комнатах для уединений. Вместо того чтобы провести время с другом и получить отчет о жизни своей огромной корпорации.
Захар молчал, потягивая коньяк из бокала и это было для Серова красноречивее любых слов.
– Я такой морды у тебя лет пятнадцать не видел, – ляпнул хозяин клуба и осекся. Понимание дало ему по голове не хуже крепкого вискаря. – О нет. Только не говори, что…
– Такого еще не было. У меня крышу сорвало, а потом меня послали, – хмыкнул друг и почесал гладко выбритый подбородок.
– В смысле послали? Она больная? Подцепила в клубе мультимиллиардера Захара Креспо и…послала?! Да у этой девушки стальные яйца. Она, кстати, вообще женщина? Может, транс заблудший?
– Смешно, – хмыкнул Захар. – Она не знает, кто я. Даже лица не видела.
– Затейники. А ты хоть имя спросил?
– Нет. Знаешь, что она сказала после нашего охренеть какого классного секса? Проводи меня в холл и прощай. Я не хочу знать ни твоего имени, ни твоего лица. Всё было круто. Спасибо. – мужчина рассмеялся и добавил. – Если что, это цитата.
Серов от смеха чуть не рухнул со своего царского ложа.
– И ты её отпустил?
Креспо искоса глянул на друга. В голубых глазах мелькнула искорка веселья и что-то похожее на охотничий азарт.
– Она думает, что отпустил.
Саше снился сон. Один из тех, какие в приличном обществе не рассказывают. Там был он. Раз за разом. Его руки, его глаза, его вкрадчивый шепот, сводящий с ума.
Всё это оборвалось одним звонким детским криком:
– Подъем, гулящая мать!
Саша рывком села на постели и попыталась сфокусировать взгляд на улыбающейся дочери. В голове звенело, а в душу медленным ядом проникал стыд за вчерашнее удовольствие. Бросила дочь, ушла на какую-то мутную вечеринку, переспала практически с первым встречным. Какая она мать после этого?
Зато Катюша была на высоте: уже щеголяла в школьной форме и даже хвостики сама себе заделала. И пусть один задорно торчал вверх, а другой в сторону – это дело десятое.
– Если ты не соберешься через пятнадцать минут, мы опоздаем в школу!
– Что?! – Саша вскочила с кровати и глянула на будильник. Шесть утра. – Катя!
Девочка на мамино возмущение лишь пожала плечами.
– Мне надо к семи быть в школе. На автобусе ты меня не пускаешь, а ехать нам сорок пять минут. Так что вставай и вперед! Я не хочу опаздывать! – девочка кокетливо дернула себя за хвостик, что был выше. Тот грустно опустился и обмяк.
– Кать, уроки начинаются в половину девятого.
– Так это уроки, а у меня сви-да-ние! – заявила дочь.
Саша как услышала, так и села обратно на постель.
– Какое свидание в семь утра?
– Романтическое. Это вы с Музой и Стейш одинокие и самодостаточные, а у меня Костик некормленый. Вот! – продемонстрировала прозрачный пакет с криво нарезанными бутербродами. На которые, кажется, ушел весь сыр из холодильника. – Я спешу!
– Как скажете, ваше высочество, – рассмеялась горе-мать и принялась собираться.
Что ж, хоть у кого-то в их доме с личной жизнью всё в порядке. Ровно одна четвертая семьи счастлива в отношениях, а то, что от этих отношений все учителя волком воют – нет в жизни совершенства.
Как хорошо, что совсем скоро они с Катей переедут в свою квартиру и в школу дочка сможет ходить пешком. Всего пятнадцать минут и она в школе, еще десять и Саша на работе. Слава Захару Креспо за то, что он разместил офис своей компании не в центре города, а в скромном районе рядом с небольшим городским парком. Иначе о квартире рядом с работой ей пришлось бы только мечтать.
Мысли о скорых переменах и приличная доза аспирина подняли настроение.
В квартире стояла блаженная тишина: Катюша с уже переделанными хвостиками переписывалась со своим голодным мужчиной, Стейш уже уехала на тренировку, а Муза благополучно отсыпалась – богема всегда спит до обеда.
Саша наклонилась, чтобы застегнуть сапоги, и поморщилась, вступило в спину и снова в голову. Всё-таки в тридцать ночные загулы – это подвиг. А ночные загулы с такими физическими упражнениями просто мазохизм.
– Кать, идем?
– Неа. Раздевайся мам.
– Что?
– Костик оказался козлом, как и все мужики. Свидание отменяется. Хрен ему, а не мои бутерброды!
– Катя! – рыкнула Саша, призывая дочь не выражаться. Ох уж эта Стейш со своим хреном или с чужим, это с какой стороны пощупать. Но Катюхе в любом случае еще рано, поэтому нечего!
В конце концов, она девочка из приличной семьи. Да, из трех мам. Да, вчера две из них ходили на очень неприличную тусовку для взрослых. Да, одна из них вела себя кошмарно. Это было вчера. А сегодня – они приличная семья!
***
Похмелье вернулось в жизнь Александры Зиминой после обеда.
– А вы знаете, что мистер З снова в России?
Обычно Саша отстранялась от подобных женских разговоров, но сегодня слух резануло это “Мистер З”. Так в их холдинге называли неуловимого Захара Дмитриевича Креспо, учредителя, владельца, мультимиллиардера. Много лет назад, еще до прихода Саши в компанию, он устранился от дел, хоть и был молод. Его личность уже обросла слухами, сплетнями и легендами.
Но дернулась Саша не поэтому. Мистер З во всем теле отдалось воспоминаниями о вчерашней ночи. Так он себя назвал, когда Саша не пожелала знать его настоящее имя.
Она спрятала улыбку за чашкой кофе. Вот был бы номер, окажись Мистер З из клуба их Мистером З. Переспать с владельцем холдинга, тогда точно можно рассчитывать на должность коммерческого.
Мысль была такой бредовой, что Саша фыркнула и едва не поперхнулась кофе. Миллиардер-отшельник выгуливает свои бриллиантовые чресла на развратных вечеринках. Что может быть глупее?
Минуту спустя оказалось, что кое-что может.
Бешеная коза, она же Карина Троицкая, влетела в финансовый отдел с такой скоростью, будто за ней гналась стая волков и швырнула на стол Саше папку с отчетами.
– Что это?!
– Отчеты о движении денежных средств, – она невозмутимо открыла папку и просмотрела бумаги. – За полтора года. Насколько мне известно, они в полном порядке.
– В порядке? Вы в каменном веке живете? Почему все хранится в таком виде? Где автоматизация? Я что, должна рыться в этих бумажках?!
– Вся отчетность хранится как в бумажном, так и в электронном виде, – мысленно Саша уже отпиливала рога этой бешеной козе, но на самом деле, даже глазом не повела. – Вам должны были дать доступ к программе. У всех на рабочем столе есть значок.
Зимина развернула монитор и ткнула в разноцветную иконку.
– Нажимаете сюда. Вкладка “Отчеты”. Туда занесли всё за последние пять лет. Остальное, увы, только в бумаге.
– Я убью этих сисадминов! – коза вновь рычала почему-то на неё.
И не удосужившись забрать бумаги, вылетела из кабинета. Все сидящие в нем девушки хором глянули на Сашу, та лишь пожала плечами и покрутила пальцем у виска. Мол, что я могу сделать с умалишенной.
И добавила:
– Знакомьтесь, это наш новый коммерческий директор.
Сотрудницы обреченно вздохнули. Даже неопытная стажерка понимала, что неадекватность коммерческого директора очень скоро всем аукнется. Но следующий месяц аукалась она в большей мере Саше.
Карина Троицкая оказалась дамой энергичной и деятельной, пачками вводила новшества, заставила разработать новую программу для автоматизации отчетов и каждый день вытворяла новую дичь. Вот только основной своей работой заниматься категорически не желала.
Не сойти с ума помогали два факта: Каверин отстал и уехал в командировку, а перед отъездом все-таки поднял ей зарплату почти в два раза. Но больше всего грел скорый переезд в собственное жилье. У них с Катюшей скоро будет собственная квартира, а ради этого можно потерпеть и Карину, и работу за двоих!
Наверное.
Захар
Месяц спустя
В небольшом кафе “Уют” на окраине города почти не было народа. Еще бы, какой идиот попрется сюда в шесть часов утра? Но ранние завтраки здесь для Захара давно стали традицией.
Много лет назад, когда от его дома осталось лишь пепелище, он всю ночь бродил по окрестностям и, когда сил совсем не осталось, пришел к дверям этого небольшого придорожного кафе. Вопреки тому, что здесь обычно останавливались лишь дальнобойщики да путешественники, оно оказалось чистым и уютным. Светлые скатерти на столах, аккуратные салфеточки и чай, который владелец заваривал из собственноручно собранных трав.
Захар потер отросшую за месяц бороду, глубоко вдохнул знакомый аромат ромашки, шиповника и еще чего-то пряного, ему неизвестного, и откинулся на спинку стула. Ему было спокойно.
Подошла миловидная официантка Лиза:
– Что-то еще, Захар Дмитриевич? – улыбнулась так тепло и просто, что он на секунду залюбовался ямочками на щеках и прищуром огромных голубых глаз.
– Мой друг скоро подъедет. Сделайте для него ваш фирменный омлет и крепкий кофе без сахара.
– Хорошо, – ответственно записала все в блокнотик. – А вы почему не едите? Марина Ивановна налепила таких пельмешек, закачаетесь! Если денег нет, так мы в долг запишем, потом принесете.
Захар улыбнулся. Вот и еще одно отличие маленького кафе от элитного ресторана в центре города. Здесь никто не знал его в лицо. А распознать в парне в клетчатой рубашке и джинсах из масс-маркета миллионера не смогли бы нигде. Теперь он еще и бороду отрастил, сам не зная зачем, ведь это уже не нужно.
– Спасибо, Лиз. Не голоден.
– Ага, вижу, – фыркнула она. – Осунулись вы за последний месяц. Правильно Марина Ивановна говорит, жениться вам пора! Чтобы жена кормила, а не мы.
– Да-да! – разнеслось в кухни, оттуда выглянула кудрявая женщина в годах и устрашающе махнула половником.
Повар и по совместительству жена хозяина кафе, хоть и трудилась на кухне, но странным образом слышала все, что обсуждалось в зале. Захар даже предполагал, что она расставила жучки подо всеми столами и слушает посетителей как радио.
Мужчина лишь рассмеялся.
– Вот найду такую красивую как ты, обязательно женюсь! – добавил и подмигнул Лизе.
– Захар Дмитриевич! – девушка мгновенно покраснела и сбежала выполнять заказ. Её чуть округлившийся животик уже был виден под фартуком – год назад Лиза вышла замуж и теперь активно готовилась стать матерью.
– Не бегай так, тебе нельзя! – крикнул вслед мужчина и сделал еще один глоток горячего чая. Обжег горло, но лишь чуть-чуть поморщился. Внутри все равно болело и скребло сильнее.
У него никогда не будет милой жены, кучи детей и настоящей семьи. Все женщины, как только узнают о его богатстве, сразу превращаются из милых кошечек в меркантильных стерв. Но даже если он найдет такую, что не превратится, то дети…
Звякнул колокольчик над дверью, и через мгновение напротив Захара уселся Илья Серов собственной персоной. Он раздраженно стряхнул несколько капель апрельского дождя с кожаного портфеля и положил его рядом на стул.
– Привет, садюга! – зевнул лучший друг и педантично сбросил несколько крошек со столика. – Я тебе уже говорил, что задолбался скакать по всему городу, чтобы сдать тебе отчет? Открой для себя интернет, наконец!
– Мучить тебя лично намного интереснее. И в прошлом месяце ты за мной не бегал, – резонно заметил Захар и кивнул Лизе, чтобы та несла завтрак для друга.
– Ага, я ждал, пока ты развлечешься с горячей штучкой на секс-вечеринке. Кстати, о штучке. Ты её нашел?
Мужчина промолчал. Разумеется, он нашел. Узнал все, что мог узнать и отступил. Он никогда не свяжется с такой, как она. Ни-ког-да. Вот только зачем эта борода, которую он запланировал отрастить для конспирации? И отрастил ведь!
Последний месяц Захар Креспо сам себя не понимал, выедал изнутри и, черт его раздери, физически тосковал по незнакомке из клуба. Ему нужна была она, а не жалкие замены. Но стоило вспомнить биографию загадочной Александры Зиминой, как его передергивало от отвращения.
Серов же вполне благосклонно глянул на Лизу, кофе и свой любимый омлет. На последнее нежнее всего, но покраснела почему-то официантка. Рядом с Ильей Серовым все девушки тут же начинали краснеть, теряться и придумывать, как бы расстегнуть пуговку на блузке. Он привык и даже бровью не повел, а вот зависший друг его заинтересовал:
– Захар, вернись ко мне. Ты её нашел?
– Нашел.
– И что, она уже сдалась на милость победителя? Ты потому такой мутный? Скажи, что вы не вылезаете из постели третью неделю и я буду за тебя спокоен.
– Нет. У неё есть дочь, Илюх, – Захар поморщился, будто вспомнил о чем-то неприятном.
– И что? – исполнительный директор холдинга “Креспо” задумчиво сунул в рот кусочек омлета и, прожевав, дополнил. – Захар, какие проблемы? Ты обожаешь детей. Ты практикующий врач-педиатр уже десятилетие. Чем тебя смущает ребенок?
– Ты не понял, да? Меня смущает не ребенок, а мать, которая бросила своего ребенка и ушла на вечеринку.
– Блин, Креспо, я понял. Тебе нужна не девушка, а дрессировщица. Чтобы она махнула плетью и заставила твоих тараканов ходить строем, – Серов отложил в сторону вилку. – Столько лет прошло, а ты все никак это не переживешь!
– Это невозможно пережить. Женщина, бросившая ребенка, не женщина. Она вообще не человек!
– Захар, успокойся. Ты перегибаешь. Эта твоя незнакомка никого не бросала, а просто вышла из дома на вечерок, погулять с подругой. С дочерью, наверное, бабушка сидела или няня. Сейчас так все делают. В конце концов, женщина не обязана запирать себя в четырех стенах и привязывать себя к ребенку, – резонно заметил Илья.
Захар с удивлением глянул на свои руки и разодранную в клочья салфетку. Черт! Эта женщина должна остаться в прошлом. Навсегда. Слишком большое разочарование. Слишком сильное противоречие между жаждой обладать и отвращением. Слишком много воспоминаний о другой.
– Не имеет значения перегибаю я или нет. Больше мы никогда не встретимся. Я так решил, – голубой взгляд был полон холодной решимости. – Можешь сколько угодно вопить о тараканах в моей, голове. Но я просто не могу. Придется сделать всё, чтобы мы никогда не пересекались, хоть она и работает в одной из моих компаний.
– Да ладно? Где? – на лице Серова появилась азартная улыбка. Уж этот своего не упустит. – Я знаю эту горячую штучку? Если тебе не нужна, то я всегда готов…
– Александра Зимина.
Исполнительный директор холдинга поперхнулся кофе, но тут же взял себя в руки и тщательно вытер следы недостойного поведения салфеткой.
– Да ладно? Она ж трудоголичка в очках и с безумными амбициями. Её Каверин пытался пропихнуть на должность коммерческого директора “Креспо-фарм”, – друг на секунду задумался и тут же улыбнулся. – Тогда понятно, что она делала в клубе. Заливала горе алкоголем. Её в тот день как раз обломали с должностью.
Креспо-младший слушал внимательно, впитывая каждое слово. Этого факта он не знал. Возможно потому, что просил своих людей выяснить подробности о личной жизни незнакомки, а не о профессиональной.
– Это все равно её не оправдывает, – фыркнул в бороду и добавил. – Почему обломали?
– Троицкий туда Карину пристроил. Раньше я любил ездить в “Фарм”, теперь как на каторгу. Эта стерва постоянно пытается залезть мне в штаны, – посетовал Серов.
– И в паспорт, – хмуро добавил Захар.
Семьи Серовых и Троицких были дружны, а детей, как водится, мечтали поженить и заодно упрочить позиции в бизнесе. Вот только Илья всегда был бунтарем, на этой почве они с Захаром когда-то и подружились. Так что теперь у Ильи Серова крутая должность в холдинге Креспо, собственный клуб с развратными девами и никакого желания жениться.
– Ага. Я даже думал сыграть с ней в пятьдесят оттенков, но боюсь ей понравится.
– Если ты после хорошей сессии откроешь ей доступ к своему кошельку – удовольствие гарантировано.
– Нафиг. Лучше к Зиминой подкачу, раз она такая дерзкая. Помнится там такие ноги, охренеть можно!
Захар на мгновение замер и глянул другу прямо в глаза.
– Убью.
– Псих, – подернул плечами Серов и рассмеялся. Наигранно. Потому что злой Захар Креспо пугал до чертиков даже его, а они были знакомы почти двадцать лет.
– Давай работать. Через два часа у меня пациент.
Следующий час Захар думал только о работе, а Илья Серов о том, что друга надо спасать. Думал-думал, и придумал!
“Убью” – его внутренний цензор всю жизнь говорил голосом Креспо-младшего.
“Будешь благодарен по гроб жизни! И, в конце концов, я всегда мечтал эмигрировать на Кубу…”