Go to audiobook
Глава 3
.
Первая вылазка зеленомордых
Внизу что-то брякнуло раз-другой, послышался удивлённый возглас, а потом по лестнице загремели чьи-то тяжёлые шаги. Дестан благодаря увеличенным ушам улавливал звуки лучше и расслышал бормотание человека:
– Кошечку вчера все обыскались, а она пряталась где-то тут. Натерпелась, видать, бедолага – вон как выскочила и стремглав побежала! Придётся сообщить той дамочке, что её притащила – зверюшка, мол, нашлась. Вообще не моё дело – пусть ищут хоть по всему саду. Сегодня после вечеринки вряд ли кто за работу возьмётся. Надо глянуть, не натворила ли рыжая здесь дел…
Шаги стали подниматься выше. Показались голова и плечи, а потом и вся фигура человека, явно сторожа или рабочего в грубых ботинках и синей униформе с надписью «Service». Ранний обходчик был немолод и немного подслеповат, глаза его, испещрённые красными прожилками, заметно слезились. Он уставился на бригантину.
– Мать честная, с ней что-то не так! Вроде цела, но чего-то не хватает. Придётся сказать мастерам, чтоб проверили. Сегодня-то они все выходные, а завтра непременно должны поглядеть.
Человек сокрушённо покачал головой. Становилось ясно, что он не видит и не слышит призраков. Шарль крикнул «На абордаж!», стремительно зашёл незнакомцу за спину и несколько раз проткнул его шпагой. Плантатор дополнил опыт, от души стеганув испытуемого плёткой. Потом, не придумав ничего лучшего, крикнул ему прямо в ухо: «Шевелись, гнусный раб!». Ноль эффекта.
Вдруг Агнетта приблизилась к работнику спереди почти вплотную, вперила в него свои очи и слегка раскрыла чувственные уста, выказывая явную природную склонность смущать и соблазнять мужчин. Все замерли. Потом человек почесал затылок и произнёс:
– Вот отчего вспоминается жена-покойница? Ни к селу ведь, ни к городу, а как встанет перед глазами и стоит! Эх, жениться бы мне ещё, да кто за меня пойдёт?
С тоскливыми словами он развернулся и тяжело зашагал вниз. Вскоре хлопнула дверь.
– Ну что, доволен, босс? – спросил плантатор. – Всё в лучшем виде: красноглазое чучело нас не видело, не слышало, ничего не чувствовало. Полный порядок – можем действовать, как вздумается!
– Вот насчёт «ничего не почувствовал» есть сомнения, – ответил Дестан. – Агнетта, возможно, какие-то флюиды распространяет, оттого он жену и вспомнил. Пани, прошу впредь не подходить к людям слишком близко – вы можете нас демаскировать.
Госпожа Малецка сделала лёгкий реверанс в знак послушания, хотя какие-то бесенята в её глазах промелькнули.
– Итак, господа, – продолжал прародитель, – раз всё так удачно складывается, пора обозначить план действий. Моё тело похитил один юнец родом из России. Точнее, сначала я взял его тело, а потом он его наглым образом отобрал.
– Малый, похоже, не промах, – заметил пират. – Нелегко нам с ним придётся.
– Его надо как-то притащить сюда и заставить, чтобы он вошёл в меня. В мои ноги, точнее. Вы все тоже должны быть наготове и немедленно присоединиться к нашему… конгломерату. Вот и вся премудрость.
– Хорошенькое дело – притащить! – проворчал букмекер. – Когда нужно было в восемьдесят седьмом вывести из игры Сопливого Билла, трое моих бугаёв волокли его всего полквартала и совершенно выбились из сил, так что пришлось кончить конкурента прямо на дороге, а не в задуманном укромном месте. А Билл был всего лишь насквозь больной сморчок, но страх придавал ему нечеловеческих сил. Парнишка, способный отобрать здоровую плоть целиком, видать, крепкий паршивец, и добровольно на заклание не пойдёт.
– Разумеется, нужно что-то придумать, – согласился прародитель. – Но мы же – мощь, а не мощи! Смотрите, сколько нас, и головы на плечах имеются. Валяйте, высказывайте идеи!
– Я, кроме как приволочь грубой силой, других вариантов не вижу, – заявил Шарль Фоше. – А что? Я появляюсь, угрожаю шпагой и веду потихоньку в нужном направлении. Потом даю ему в морду, чтобы повалялся несколько часов в отключке. А там снова появляюсь и веду дальше…
– Далеко ты так его уведёшь! – презрительно фыркнул граф де Леранж, не упускавший случая уязвить знаменитого флибустьера. – Как ты собираешься рассчитать свою «отключку» по времени? Другие люди могут по пути встретиться и вмешаться, разве нет?
– Нет, вариант не годится, – подытожил Дестан.
Призраки дружно задумались, только измученный никотиновым голодом букмекер признался, что в таком состоянии ему ничего не может прийти в голову, и попросился наружу. Его милостиво отпустили.
– Есть одна мысль, – заговорил Сэм Олдбрук. – Мальчишки обычно падки на всякую романтику, страшные тайны и соблазны. Некоторые из нас могли бы пообещать, что раскроют ему что-нибудь очень интересное и важное, если он сюда придёт.
– Соблазны я могу ему устроить, – промурлыкала Агнетта. – Особенно меня вдохновит, если он красивый мальчик…
– Да погодите вы, пани, со своими соблазнами, – с досадой сморщил громадное лицо прародитель. – Парень ведь не идиот, легко может понять, что его разводят. Особенно если с первого раза ничего не выйдет. Не представляю, какой важности должна быть тайна, чтобы план сработал. Ты, Стиф, расскажешь ему, как правильно брызгать краской на холсты? А ты, Жао, как превращать печенье и пирожки в золото? Сэм научит, как морочить людям головы, изображая великого шпиона. Нет, нет, и ещё раз нет! Так не пойдёт! Мальчишка рассмеётся вам в лицо. Потребует доказательств того, что тайна действительно существует. Что вы сможете ему предъявить?
– Вообще-то у меня часть кладов зарыта в секретных местах, – с гордостью сообщил Шарль. – Вряд ли даже ты, прародитель, помнишь, где они находятся. Я покажу парню горстку дублонов, а потом пообещаю поделиться огромным сокровищем.
– А я имею тайную законсервированную шахту, где драгоценных камушков хватит ещё лет на пятьдесят, – сказал Джеральд. – Кстати, если показать содержимое моей шкатулки – у любого глаза разбегутся. Побежит хоть на край света.
– Научу его изящному стихосложению, – бард изобразил плавный красивый жест. – Если позволите, я продекламирую небольшой отрывок, чтобы вы могли убедиться в моём таланте…
– Тьфу на тебя, жалкий выскочка, – грубо оборвал пират, нажив тем самым ещё одного смертельного врага. – Лучше вернёмся к теме о зарытом кладе.
– Особо обольщаться не стоит, – вздохнул колосс. – Пытаться манипулировать тайнами – рискованная затея. Мальчишка придёт к выводу, что его заманивают туда, где опасно, и ни за что не пойдёт. А мы раскроем раньше времени свои карты. Оставляю этот вариант как самый крайний, когда вдруг не удадутся другие. К тому же, как я понимаю, есть лишь одна по-настоящему серьёзная тайна – и она принадлежит тебе, Том?
Инженер мрачно кивнул.
– У меня тоже есть одна задумка, – процедил он, – связанная с моими инженерными способностями. Но я пока не готов её озвучить. Нужно сделать расчёты, посмотреть некоторые чертежи и материалы.
– Хорошо, я на тебя надеюсь, мой мальчик. Когда будешь готов – всё расскажешь.
Вновь повисло общее молчание. Потом Тадеуш негромко кашлянул и выступил вперёд:
– Я тут послушал и вот что думаю – зачем непосредственно являться нашему герою и распинаться перед ним о каких-то тайнах. Давайте устроим ему розыгрыш!
– Какой ещё розыгрыш?
– Допустим, он получит сообщение о том, что выиграл приз в лотерее, или ему должны присвоить почётное звание. В общем, придумать что-нибудь интересное для него, и как бы со стороны, а не от нашего лица… Точнее, лиц. Если он купится на это дело, то приедет сюда, и мы его схватим!
– Хм… тут чрезвычайно серьёзная подготовка нужна, чтобы письмо было очень и очень правдоподобным.
– Ещё, – не унимался поляк, – можно его усыпить и перевозить в таком виде, как дорожный сундук. А что? Знавал я одну баронессу, которая…
Он не договорил, потому что Агнетта гневно вскрикнула при слове «баронесса» и хотела ударить его локтём в ребро, но, естественно, не снискала успеха.
– Эти предложения тоже годятся на крайний случай, – подытожил Дестан. – Мы опять-таки заманиваем грубо, прямолинейно, рискуя вызвать подозрения у носителя моего тела. Стоит ему почуять подвох – и он на сто километров добровольно не приблизится к моему логову.
– А если не добровольно?
Джеральд Уокер перестал любоваться коллекцией драгоценных камней, что постоянно делал для какого-то ведомого ему одному вдохновения, и обратил в сторону гиганта своё, казалось бы, добродушное и простецкое лицо.
– Поясни, – велел колосс.
– Предположим, мы найдём человека, питающего неприязнь к нашему молодцу с украденным телом. Мы даём такому союзнику наказ, чтобы он написал ложный донос в полицию. Например, о том, что юноша кое-что у него украл или нанёс телесные повреждения, и произошло это именно здесь – тут, где мы сейчас находимся. Можно найти и подкупить ещё пару-тройку лжесвидетелей. Мы будем терпеливо поджидать, когда полиция притащит сюда парнишку для совершения следственных действий, и расправимся и с похитителем, и с ненужными свидетелями. Не придётся заманивать, мы будем как бы в стороне, сработаем чужими руками. Главное – найти нужных людей. Полагаю, они должны существовать. Любого человека на свете хотя бы один из его собратьев не переваривает или вообще люто ненавидит.
– Браво! – обрадовался Дестан. – Вот, наконец, идея, заслуживающая внимания! Детали, конечно, надо прорабатывать и прорабатывать, но сама суть верна. Будем искать того, кому наш негодяй насолил или просто мешает спокойно жить. Кстати, сорванца зовут Фернандо Мартинес, хотя он может поменять имя.
– Да, его звали Константин Мелентьев, а по-дружески ещё Сверчок.
– Господа, вы упомянули врагов, но забыли про друзей…
Красавица Агнетта покинула своих спутников и прошла прямо под здоровенное, смотрящее вниз лицо согнутого в дугу прародителя.
– Если у человека есть друзья, он тоже уязвим, – заговорила пани. – Можно похитить или подвергнуть смертельной опасности того, кто дорог нашему расчудесному Сверчку. Кстати, его враги и здесь могут помочь. Тогда достаточно назначить выкуп, который нужно принести к толстеньким ножкам нашего господина. И дело обойдётся без всяких свидетелей.
– А вот тут уже брависсимо! – Дестан оглушительно захлопал огромными ладонями. – Правду говорят, что женское коварство идёт от самого Сатаны. Решено: берём на вооружение вариант с похищением и прорабатываем его параллельно с тем, что предложил уважаемый Джеральд! Сэм, тебе не показалось, что Костя в кого-то влюблён?
– Показалось. По-моему, в ту самую воровку, что проникла в склеп памяти. Но вообще можно использовать любого из компании, что крутилась рядом с ним. Они и теперь, думаю, не расстаются. Найдём его – найдём и всех остальных.
Вернулся неудовлетворённый букмекер – ему так и не удалось закурить. Он снял котелок и почесал взъерошенные остатки волос, словно мог вспотеть и хотел одновременно остудить голову и привести причёску в относительный порядок.
– Господа, вокруг дивная красота! – сообщил он. – Ровные дороги, ухоженные дома, сады и парки. Богатейшее место, наверняка владельцы особняков мультимиллионеры. Но, к сожалению, нигде не видно лошадей. Лопни мои глаза, ни одной! Зато носятся самодвижущиеся экипажи, да ещё на безумной скорости. Не думал, что их столько может быть на свете. Неужели они смогли вытеснить благородных четвероногих?
– Так и есть, – подтвердил Сэм, – и уже довольно давно.
– Жаль, жаль, – повздыхал букмекер. – Но, когда я созерцал местные красоты, мне пришла в голову идея. Нужно устроить здесь грандиозное мероприятие, на которое обязательно должен приехать наш герой с телом. Например, скачки с огромным призовым фондом.
– Тут нет ипподрома, – напомнил Сэм.
– Зато тут есть река, – не унимался толстяк. – Можно устроить скачки на воде, то есть, хотел сказать, гонки под парусом, как их там…
– Регату, – подсказал дипломат.
– У нас есть другая хорошая идея, – возразил Дестан. – Но всё равно благодарю за вклад в, так сказать, коллекцию соображений.
Тема гонок под парусами заинтересовала пирата, и он начал расспрашивать о них Олдбрука. Вдруг представитель лавочников поднялся и торжественным тоном заявил:
– Слушайте все! Мы решили основать Гильдию Безымянных купцов, я избран её главой. Теперь мы будем думать над Уставом.
– Кто о чём, а капитан – о глазастом марсовом, – тут же прокомментировал Шарль, но его слова вряд ли кто понял. – Мне кажется, надо хотя бы парочке безымянных лоботрясов дать клички. У меня ни одна команда не обходилась без прозвищ. Предлагаю их главного назвать Говоруном, раз уж ему в основном приходится выступать. Да, ещё глухой. Чувствую, мы с ним намаемся. Помнится, как-то одного парня, контуженного при взрыве перегревшейся пушки, все звали… а, Тетерев! Был он глухой почти как полено. Долго парень, правда, не продержался. То была случайная драка, на суше. Кричали же ему, что двое неприятелей зашли со спины – но он ни черта не мог разобрать. Так что пускай наш тугоухий лавочник будет Тетерев. Согласен, Говорун? Или вы будете три дня над предложением думать, как над своим Уставом?
– Сначала мы бы хотели услышать мнение прародителя.
– Слушай, Дестан! – Пират заговорил со всей серьёзностью. – Может, кому-то здесь я кажусь грубым и неотёсанным – да так оно на самом деле и есть. Но я тридцать лет хозяйничал в отнюдь не безопасной Вест-Индии, побывал у самого чёрта в глотке и вышел целым и невредимым. Кто из остальных здесь находящихся может похвастать тем, что командовал сотней людей, направлял их каждодневно, устраивал каверзы многочисленным врагам и потерял лишь нескольких членов своей команды, и то по роковой случайности? Кто в твоё отсутствие может организовать и повести за собой разношёрстную толпу, заставить её беспрекословно выполнять приказы? Думаю, ответ очевиден!
– Хорошо, – немного подумав, ответил колосс. – Твоя активность может принести успех. Назначаю тебя главным над остальными… в моё отсутствие.
– Слышал, Говорун? – торжествующе спросил флибустьер. – То-то! Кстати, прародитель, как нам в случае чего быстро вернуться сюда? Есть способ?
– Вижу, ты способный руководитель, – довольным тоном сказал Дестан. – Зришь в корень. Нужно точно так же всем объединиться и прокричать моё имя. Живым я, к сожалению, не стану, но вы всей массой переместитесь ко мне. Так сказал Голос.
Шарль отсалютовал гиганту шпагой.
– Отлично, осталось проложить курс корабля. То есть нашей вшивой компании. Я, хоть и капитан, но нуждаюсь в совете для попутного ветра.
– Фернандо Мартинеса в первую очередь стоит искать в Мексике, в городе Кампече. Но как Мелентьев он может податься и в Россию, скорей всего, в Москву.
– Названия мне ни о чём не говорят, – пожал плечами флибустьер. – На каком острове эта Россия? Я плохо знаю Ямайку – возможно, Москва там?
– Нет-нет, – поспешно вмешался Сэм Олдбрук. – Совсем в другой стороне. Прародитель, скажите капитану, что, как самый современный из всех, я буду гидом и укажу дорогу. Учитывая, что мы сейчас в Великобритании, путь неблизкий. Давайте сначала съездим в Мексику. А то Москва мне поднадоела.
– Решено, – хлопнул руками гигант. – Отправляйтесь в Кампече. Постарайтесь для начала найти там врагов Фернандо и узнать, где он сам находится. Когда всё выясните, возвращайтесь для согласования дальнейших планов.
– За мной! – немедленно скомандовал командор. – Говорун, организуй свою массу для выдвижения!
Призраки начали перемещаться вниз по лестнице. Любопытен был способ движения. Они перебирали ногами, как при обычной ходьбе, но на самом деле не шли по земле, а парили, левитировали в паре сантиметров над реальной опорой, будь то ступеньки, пол или что-либо ещё.
– Постойте! – крикнул вслед Дестан. – Я кое-что вижу! Оказывается, тут остались лежать предметы; насколько я понимаю, они должны принадлежать безымянным.
Говорун вернулся и по знаку прародителя обнаружил бесхозные зелёные вещи, лежащие в укромном месте на полу.
– Не могу снова не выразить свою безмерную благодарность, – грустно сказал глава новой гильдии. – Ты впрямь именно это представлял, как нечто символическое для благородных купцов, когда закладывал памятные плиты в склепе?
– Трудно объяснить, почему так получилось, – смущённо ответил Дестан. – Совершенно не помню, ведь я стёр информацию о вас. Но, видимо, так всё и было. Кому-то из вас придётся взять… предметы.
– За чётки спасибо, мне их как раз не хватало, – поблагодарил Говорун. – Разумеется, я возьму их себе. Что касается второй штуки, придётся, пожалуй, вручить её Тетереву, раз он приглянулся нашему командиру.
Процессия зеленомордых покинула надоевший выставочный зал, вывалилась за ворота участка, принадлежащего компании «Lucky Ship», и вскоре растянулась длинной вереницей вдоль асфальтированной дорожки, простирающейся рядом с оградой. Мимо изредка пробегали автомобили, на которые, повинуясь рыку своего начальника (после подсказки Сэма), призраки старались не обращать внимания.
Очень скоро выяснились любопытные особенности относительно отдельных индивидуумов. Скорость передвижения не была для процессии величиной хоть сколько-нибудь равномерной. Впереди почти бежали шустрые пират и плантатор, но букмекер всё равно их обгонял, успевая ещё рыскать глазами по сторонам в поисках лошадей и огонька. Хотя он не отказался бы от огненных лошадей. Следом более или менее равномерно шагали фермер, художник, бард, поставщик камней и граф де Леранж. Чуть отставали благодаря степенной походке инженер с дипломатом. Естественно, дальше грациозно и без спешки вышагивала Агнетта и оба её сопровождающих. Темп единственной женщины их вполне устраивал, так как низкорослый банкир семенил короткими шажками, а Тадеуш всё же немного прихрамывал из-за полученного на войне ранения.
Однако это не шло ни в какое сравнение с медленным и торжественным ходом безымянных. Они несли свои большие тела с важностью и достоинством, и ничто не могло внести коррективы в их размеренный и несуетный жизненный уклад. Впереди всех царственно плыл Говорун, с удовольствием перебирающий неожиданно обретённые чётки. Компания в халатах неизбежно отставала от пани и её спутников.
Но плавную неторопливость купцов нельзя было сопоставить с черепашьей скоростью завершающего члена экспедиции. Тетерев оказался не только глуховат, но вдобавок сильно хромал, и одна нога у него была короче другой. К тому же он нёс второй предмет, обнаруженный напоследок прародителем. Это была расписная фарфоровая ёмкость круглой формы и с изящной ручкой – иными словами, ночной горшок без крышки. Сначала Тетерев засунул его под мышку, но скользкая ваза для урины постоянно умудрялась выскакивать оттуда и падала. К счастью, она не могла разбиться, но хромой неудачник вынужден был останавливаться, наклоняться с протяжным кряхтением и возвращать ценное имущество на место. Наконец он догадался взять горшок за ручку и теперь нёс его в правой руке, напоминая совершенно израненного знаменосца, который почему-то переместился в аръегард. Он плёлся, не обращая ни на что ни малейшего внимания, и лишь выдерживал общее направление процессии. Весь его вид порождал чувство глубокой скорби, смешанное с глухим раздражением.
Напрасно Шарль бесился, убегая иногда назад и стараясь ускорить отщепенца. Он колол его шпагой, пинал, толкал в спину, орал и ругался так, что остальные безвестные нередко зажимали уши. Действия не давали ровным счётом ничего. Тетерев продолжал безнадёжно отставать, и пират вынужден был останавливать всю группу и дожидаться, пока горшок не замаячит возле спины кого-нибудь из остальных торговцев.
После третьей остановки пират огляделся по сторонам и тихо обратился к двум своим ближайшим сподвижникам:
– Слушайте, у меня отличная идея. Надо избавиться от юродивого. Видите, тут река, вполне себе глубокая и широкая. Можно дойти до середины, а там скомандовать, чтобы Тетерев ожил. Не думаю, что он умеет плавать. Таким образом, он потонет, и без него станет легче дышать.
– Не думаю, что это хорошая мысль, приятель, – возразил букмекер. – Ты командир, неужели не помнишь, что требуются все до единого призраки для успеха? А если без колченогого мы вовсе утратим способность обращаться? Нам тогда крышка!
Фоше неприязненно посмотрел на хромого, с потрясающей медлительностью приближавшегося к остальным.
– Ладно, оставим пока его в покое. Я что-то стал горячиться, выводят меня бестолковые безымянные. Помнится, Мишель, у тебя была здравая идея – не торопиться выполнять поиск пропавшего тела, а воспользоваться ситуацией и как можно дольше развлекаться на свободе. Но, видишь, когда меня назначили главным, я почувствовал… ответственность, что ли. Надо притвориться, что я хочу сделать дело как можно быстрее и лучше, и вы мне поможете. Если что не так, будем дружно поливать помоями Тетерева – там он не дослышал, там не успел, там сделал что-нибудь не то. Оттого и успехов нет! Не горюйте, друзья! Обязательно сходим на ипподром, и на плантацию съездим. Мне самому интересно, какие ощущения от этих скачек.
– Договорились, – пожал ему руку букмекер. – Как же мне всё-таки закурить?
– Сейчас попробуем добыть огонь, – пообещал плантатор. – Дёрни листок из своего блокнота и давай его сюда.
Взяв бумагу, Мишель достал кубики и стал безжалостно чиркать их друг о дружку, стараясь выбить искру. Он даже удивился, когда лист задымился и вспыхнул. Коннор издал радостный вопль и немедленно запалил сигару. Сделав несколько жадных затяжек, он бросил всё ещё догорающий зелёным пламенем клочок на землю:
– Твой должник до гроба, – сказал букмекер, символически пожимая Авилье руку. – Точнее, навеки.
Он отошёл немного в сторону, чтобы никого не беспокоить вонючим дымом, но внезапно подбежал, тыча пальцем в блокнот:
– Слушайте, наши вещи заколдованы! Видите – обгорелый остаток исчез, а в мой блокнот вернулся целый листок, и он выглядит абсолютно невредимым. Ого, я могу теперь курить без перерыва! Да, когда докурю первую, я запалю от неё следующую, а окурок брошу на землю. Раз – и вместо него будет опять целая сигара. Скоро проверю. Если я прав, то… сами видите, как мало порой нужно для счастья!
– Осторожней, приятель! – предостерёг его Шарль. – Когда ты выходил, прародитель мне тихонько намекнул, что один раз ты уже накурился буквально до смерти.
– Было дело, – вздохнул толстяк. – Оттого он меня недолюбливает – много денег и имущества тогда потерял. Но сейчас я ведь не человек, а призрак… курение не может мне навредить.
– Всё-таки мы не хотим постоянно в дыму торчать, – проворчал пират. – Докуришь – и бросай. Когда надо будет, Мишель снова тебе огоньку предоставит.
К ним приблизился Сэм Олдбрук, поморщился из-за дыма, разгоняя его рукой, и тихо сказал:
– К сожалению, я давно не был в Англии, и не так хорошо ориентируюсь в транспортной инфраструктуре…
– Ты человеческим языком объясняйся, парламентёр, – оборвал его флибустьер. – Какая инфра?
– Простите, сэр, – смутился дипломат. – Чтобы добраться до Мексики, нам нужно поехать в аэропорт Хитроу, найти подходящий самолёт и отправиться в полёт. Я тут сориентировался в информационном стенде – скоро будет автобус…
– Ну вот, опять он что-то непонятное несёт. Тоже мне, лоцман! Я полагал, что мы захватим судно и преспокойно поплывём куда надо!
– Нет, командир! – зачастил Сэм. – Плыть можно, но это слишком долго. Можешь инженера спросить, он всё популярно разъяснит. Скоро сюда прибудет огромная карета, которая сама, без лошадей, доставит нас туда, где мы сядем в самый быстрый на свете экипаж. Не пройдёт и суток, как будем на месте.
– Хорошо, попробуем твой план, – проворчал пират. – Но если мне не понравится – сразу выдвигаемся в ближайший порт и наведём там шороху!
Действительно, скоро к расположившейся возле остановки живописной группе призраков мягко подкатил автобус и распахнул двери. В расписании у него значилась пятиминутная стоянка. Из пассажиров-людей в салоне в столь ранний час оказалась одна молодая парочка.
– Грузитесь, зеленомордые! – скомандовал Шарль. – Занимайте свободные места!
Призраки, толкаясь и проникая через соседей, кое-как разместились внутри. Агнетта со своим пышным платьем заняла целое сиденье, наотрез отказываясь его с кем-либо делить. Тетерев, как обычно, задержался и едва успел на посадку со своим горшком.
Однако план дипломата неожиданно с треском провалился. Автобус дёрнулся и начал резко набирать ход, отчего призраки, как горох, высыпались из него сквозь заднюю стенку. Ночная ваза откатилась очень далеко, и, пока Тетерев ползал её поднимать, остальные успели вдоволь наругаться и прийти в себя.
– Физический парадокс, – сказал инженер. – На нас действует сила инерции, будто мы обычные люди. Зато опоры не срабатывают, и все наши зелёности выпадают наружу даже через металл. Послушайте, командир, раз ситуация так оборачивается, нам нельзя в самолёт. Когда будет разгон и взлёт, всех нас разбросает по огромной площади, так что вовек друг друга не разыщем.
– Похоже, он прав, – растерянно добавил Сэм. – Получается, что я дал плохой совет. Но, клянусь честью, был уверен, что…
Пират его не дослушал.
– Один раз ещё ничего не значит! Попробуем снова, в другом экипаже. Надо объединить тела в кучу, но не орать имена. Цепляйтесь друг за друга. Уж я-то знаю, как удержаться на палубе в хороший шторм!
Его послушались, хотя Агнетта постоянно возмущалась, не желая, чтобы ей под нос совали изделие банального бытового назначения, и требовала, чтобы Тетерев его бросил. В следующий автобус вломились сплочённой массой, но точно также и вывалились оттуда в самом начале движения.
– Проклятье! – выругался Шарль. – Говорил же, что лучше найти подходящий парусник!
– Простите, месье, – твёрдо возразил Томас Бейкер. – Вы, разумеется, весьма сведущи в мореплавании, но не можете ничего знать о законах физики и силе инерции. Даже если мы удержимся на корабле, когда он будет набирать ход, в море обязательно будет качка, и мы начнём проваливаться сквозь палубы и потом через дно. Это приведёт к катастрофе и краху нашей миссии. Я знаю, что говорю.
– Пойдёмте тогда пешком до Мексики, – предложил плантатор. – А ещё лучше – сначала в Бразилию, а потом уже можно куда угодно.
– Если принимать во внимание среднюю скорость нашей компании, – рассмеялся Сэм, – то путешествие продлится около года, даже если мы не будем надолго останавливаться.
Раздражённый Шарль явно колебался, решая, на ком выместить злобу и досаду. Он собрался было объявить козлами отпущения инженера и дипломата, приготовившись произнести длинную гневную тираду, но букмекер что-то зашептал, тыча на Агнетту. Пират ухмыльнулся и обратился по указанному адресу:
– Пани Малецка, мне тут намекают, что мы терпим неудачу из-за вас. А именно – из-за вашего шикарного платья, габариты которого выбиваются из остального экипажа. Короче! Твоя юбка слишком широко торчит во все стороны. Подбери её, когда будем объединяться! Нет, лучше снимай своё чёртово платье совсем!
– Снять я, конечно, могу, – мгновенно отпарировала учительница музыки. – Только тогда вы уже никуда не пойдёте, а будете пялиться на меня, пока все не подохнете!
– Я согласен! – Тадеуш восторженно захлопал в ладоши. – Уверяю, господа, вы не пожалеете!
– Агнетта, дорогая, что ты такое говоришь? – с неподдельным ужасом пролепетал толстячок-банкир. – Прошу, не слушайте её! Она просто немного расстроена, но я знаю её как образец порядочности и чистоты!
Как ни странно, перепалка разрядила обстановку, и все призраки расхохотались. Букмекер держался за бока. Инженер беззвучно трясся от смеха с сардоническим выражением лица. Сэм деликатно прикрывал улыбающийся рот краешком ладони. Пани торжествующе ухмылялась. Банкир смотрел на общую реакцию немного растерянно, но изобразил подобие улыбки. Говорун, а следом за ним остальные безымянные, трижды коротко хохотнул, зачем-то задирая голову кверху, отчего вздымалась и длинная борода. Даже Тетерев фыркал в свой горшок.
– Ладно, зеленомордые, даю сигнал к отступлению! – скомандовал Шарль, гася весёлые искорки в глазах. – Будем держать совет. Возвращаемся в родную гавань, к прародителю. Заодно потренируемся объединяться и одновременно кричать. Быстренько объясните глухому, что от него требуется.
Через минуту призраки слились в один ком и дружно заорали:
– Дестан!!!