Go to audiobook
– Дай посмотрю, – Джамал протянул руку писателю.
Эдвин и священник представились друг другу. После обмена именами Джамал внимательно осмотрел руку. Тонкая и ровная рана длиною шесть сантиметров была немного подморожена уличной температурой. Это показалось огромным плюсом, учитывая размер раны. Святой отец пораскинул мыслями. Он взял у Джойса недавно найденную на ресепшене аптечку. Вскрыв ее, мужчина увидел довольно стандартный набор первой помощи: пара пачек бинтов, жгут, несколько лейкопластырей, раствор йода, несколько порошков марганцовки, перекись, ножницы и булавки. К его сожалению, в красном рюкзаке не нашлось спирта и того, чем можно было вытащить стекло.
– Офицер, могу я к вам обратиться? – спросил Йософ стоящего позади полицейского.
– Можно просто Томас. Обращайтесь, – мотал головой полицейский, который все это время наблюдал за раной, проецируя всю боль на себя.
– Здесь нет пинцета. Может у вас в аптечке есть?
Томас направился к двери, ведущей на улицу, где до сих пор рядом рыскает то голодное создание с треугольной головой. С каждым метром приближаясь к входной двери отеля, количество ударов сердца увеличивалось в арифметической прогрессии. Его темно-багровый образ врезался куда-то в глубины внутреннего моря полицейского.
Сделав глубокий вдох, Томас схватил покрепче ружье и резко дернул ручку. Весь ужас и адский мороз, что был по ту сторону двери, остался за ней же. Стеклянные врата не поддавались офицеру. В непонимании он отошел чуть дальше. Перекинув дробовик дулом назад, он попытался врезать по стеклу прикладом. От удара блондин отшатнулся назад. Удивленно смотря на запертую дверь, он достал пистолет. Секунда, звук затвора и пуля растворяется в стекле как сахар в кофе. С изумленным взглядом Томас повернулся к растерянной толпе. Выстрел его черной “Беретта” привлек всеобщее внимание. Кейт с расширенными зрачками от громкого хлопка выглядывала из-за спины своей сестры. Митчелл, в свою очередь, перестал дергать дверь, что вела в другой зал и резко обернулся. Джамал и Джойс выглядывали из-за стойки ресепшена. Писатель и вовсе целился ружьем во врага полицейского.
– Не открывается, да? – спокойным голосом сказал Эдвин, узнав себя в этой ситуации.
– А давно в отелях бронированные двери? – с удивлением смотрел блондин на раненого мужчину. Почесав висок, офицер стал ждать логичное объяснение ситуации.
– Да забей, я проходил это, – Эдвин вспомнил то, с чего начался его кошмар. – Можешь не пытаться выйти, здесь двери сами по себе открываются и закрываются.
– А, так вот почему, – Митчелл смотрел на дверь, что старательно сопротивлялась в открытии. – Эта срань не поддается.
Новости про закрытые двери вынудили Джамала начать поиск альтернативных вариантов. По его лицу понятно, что материалы ему крайней необходимы. Вынуть стекло без пинцета будет невозможно.
– Есть другой план, – офицер смотрел на лифт. – В номерах можно поискать. Вдруг еще и людей найдем там.
– Я с тобой. Хоть выпивку поищу, – с легкостью в голосе Митч потушил сигарету об пол. Он быстрым шагом подбежал к ресепшену и забрал оттуда ключи со второго этажа. – Вызови лифт пока.
– Не работает, – Томас опередил мысли шатена. – По лестнице пойдем.
Мужчины, поднимаясь по лестнице, осматривали картины, что висели буквально на каждом шагу. На них изображался притягивающий взгляд летний пейзаж. Будто бы сам Клод Лоррен спустился с небес и даровал свои шедевры писания люкс-отелю. Рамки из красного дерева прекрасно сочетались с холстами, покрытыми маслом.
Мужчины закончили с осмотром картин и решили приступить к делу. Однако их глаза будто бы сами притягивались к картинам. Они с трудом побороли магию художника и открыли первую дверь с левой стороны коридора.
Свет горел во всех комнатах, что создавало определенный шарм. Стилистика интерьера будто бы подобрана вкусом бабушки Елизаветы II. Все выглядело навек отсталым от нынешней эпохи, но ни на грамм не уступающим по красоте. Номер казался идентичным тому, в котором проснулся Джойс. Коридор вел в гостиную, где находился телевизор из эпохи “Битлз”. Диван, что стоял в нескольких метрах напротив, также выходил оттуда. Белые высокие потолки делали комнату похожей на царские хоромы, а ковер с золотистыми вставками дополнял этот образ. Слева от коридора была арка, ведущая в спальню. Она, в свою очередь, была точь-в-точь как в номере у писателя.
Переступив порог гостиной, Митчелл забыл обо всех насущных проблемах. Белый холодильник выглядывал из арки и манил к себе молодого человека. Он включил только одно желание и направился к нему. Томас хмыкнул и лишь покачал головой. Он понял, как разделились предметы их поиска, и спокойно пошагал в туалетную комнату.
– Я нашел, что искал. А ты? – со счастливым лицом Митч достал полулитровую бутылку ирландского виски из холодильника. – Ничего же, если я на “ты”? Все равно мне все в одной лодке.
– Дай-ка угадаю, это явно не пинцет, – усмехнувшись, Томас продолжал обыскивать уборную.
Улыбка от найденного заставила расцвести Митчелла как весенний цветок. Открыв крышку еще новой бутылки, он мигом сделал пару глотков. Жидкость светло-коричневого цвета залилась, прогрев его горло. Дубовый вкус, а затем и сигарета, полностью погрузили Митчелла в легкую отрешенность.
Томас нашел предмет своего поиска и окрикнул шатена. Но вместо уже привычного для него голоса, услышал женское пение. Напряжение в его голове выросло до предела. Офицер быстро принял боевую позу. В руках с дробовиком марки “Бенелли M3 Супер 90” он медленно двигался в спальню. Внутри нее женщина пела о блаженстве жизни. Звуки, что исходили из ее уст, заставили вибрировать легкие офицера. Сглотнув, он привстал спиной к стене. Каждый его орган сжался, подобно ежу, услышавшему дикого зверя.
– Митч?
После того как офицер выкрикнул имя визави, наступила мертвая тишина. Вывалившись из-за стены, Томас не знал, на чем сосредоточить взгляд. Его зрачки расширились в несколько секунд от ужаса, что предстал перед ним. Колени начали отбивать чечетку друг другом, а рот открылся, дав выход рвотным позывам.
– О боже, – удержавшись от них, офицер в этот же момент рукавом черной рубашки прикрыл рот и направился к Митчеллу. Шатен будто бы врос в холодильник. Лишь хлопав глазами, он уходил в него все глубже. Подобно зыбучим пескам холодильная камера впитала его в себя. Подбежав, офицер уже не знал, за что ухватиться. Только глаза с носом торчали из этого монстра. Томас бросил дробовик и попытался вытянуть страдальца. Офицер ухватился руками за остатки его выпирающего лица.
Выругавшись, полицейский бросил эту затею и перешел к только что выстроенному в голове плану Б. Он медленно приоткрыл дверь холодильника. Изнутри кровь хлынула тонким фонтаном в лицо офицера. Митчелла рвало пополам как старую бумагу. Резко Томас закрыл дверь обратно. Он видел, как лицо шатена кричит от боли. Выписанная в них эмоция агонии заставила Томаса попятиться назад.
– Господи Иисусе, – закрывая глаза ладонью и вытирая кровь со своего молодого лица, офицер услышал, как в проеме снова запела женщина.
Офицер полиции Детройта схватил дробовика с пола. В секунды он направил его в проем и вслепую нажал на курок. Вместо женских предсмертных хрипов до ушей офицера дошли стоны Митчелла. Он не успел сказать и слова, как отлетел замертво с огромной дырой вместо живота. Дробь попала точно в туловище и не оставила шансов шатену.
Уловив голос Митча в предсмертных криках, Томас сначала посмотрел на холодильник, что до этого убил шатена. Морозильная ловушка была чиста. Крови нигде не было, включая и самого Митчелла. Галлюцинации сыграли с ним в очень злую шутку сейчас.
– О боже, нет, – Томас не переставал повторять последнее слово. Он бросил дробовик и, медленно переставляя ноги, направился к умирающему мужчине.
Митчелл испустил все, что у него было. Если внутри человека есть душа, то она вылетела с дробями, что пробили его как нож желатин. Его саркастический язык не выдаст больше шуток, а жена так и не дождется его из этого проклятого места.
Томас стоял около трупа и его охватила дрожь. Он смотрел на руки, что только что убили человека. Его одолевал пот, появилась жажда. Приобретя цвет трупа, офицер стал терять ориентацию. Зрение становилось мутным, а в ушах появился предобморочный звон.
– Он вообще жив? – женский голос смешивался с иными шумами и превращался в подобие мычания.
– Что с ним? – голос мужчины прозвучал в несколько раз отчетливее, чем прекрасного пола.
Томас открыл глаза. Как после ночного кошмара, все его лицо было залито холодным потом. Мужчина в шоке стал оглядывать людей вокруг. Все еще раненый писатель и Джамал вытаращили глаза на разлегшегося на пол полицейского. Приходившийся в полном непонимании Томас оттолкнул руки помощи и встал сам.
– Где Митч? – офицер с сильной отдышкой и огромными, как таблетки, глазами искал его среди толпы.
– Вы уже соскучились? – мужчина в пиджаке сидел на лестнице и докуривал сигарету.
– Что? – с обеспокоенным взглядом метался по холлу Томас. Его состояние не поддавалось объяснению, это как пропустить мозг через блендер и залить обратно. Полный ураган мыслей летал в голове у офицера, создавая поток вопросов, на которые он и сам не смог бы сейчас ответить. – Что сейчас было?
– Я собрал ключи и пошел к лифту, – Митчелл отряхнул штаны и с подозрением посмотрел на офицера. – Потом услышал крики, обернулся, а вы начали дергаться в припадке.
Мыслительные механизмы в голове Томаса сквозь скрип и трепет пытались воспроизвести точную картину событий. – «Я был у двери, пошел к лифту, затем Митч что-то сказал остальным, а в этот момент я нажал кнопку вызова», – офицер ударял себя по лбу и не замечал того, что говорит ему Джамал.
– Вы меня слышите? – святой отец щелкал пальцем около лица полицейского. Он старался вывести его из некого транса.
Темные уголки его мыслей не успокаивались. Чем больше полицейский думал о том, что он убил человека, тем сильнее он погружался в себя. Было ли это все жутким кошмаром, что выглядел как реальность? В нем чувствовался страх, глубокое опустошение от убийства и полная боль с примесью горечи.
– «Я хочу проснуться! – снова и снова повторял про себя блондин в черной форме. – Господи, дай мне проснуться!» – не прекращая мольбы, офицер зажимался от внутренних страхов.
Волнуясь за Томаса, Джамал схватил его за плечи и стал усердно трясти, пытаясь привести его разум обратно в чувство. С каждой секундой его глаза вместо лысого священника улавливали черты лица Митчелла.
– Эй, чувак? – приводил его в чувство шатен. Они находились в том же номере, где и случилось страшное событие минутами ранее.
– Что за херня? Сука, не трогай меня! – вскипел Томас, увидев лицо вполне живого Митчелла.
Ошарашенный шатен, выпучил глаза, подобно гигантскому красному монстру. Он отступился назад и выставил руки перед собой. – «Не стабильный коп, круто!»
– Что произошло? – резким движением руки Томас схватил за кисть и так недовольного партнера.
– Я крикнул, что нашел спирт, а ты от настолько прекрасной новости отключился, – Митчелл смотрел в глаза офицеру. Во взгляде шатена чувствовалось легкое раздражение и отторжение.
Сморщившись от ответа, офицер полиции повернулся к зеркалу, что находилось позади него. В отражении стоял незнакомый ему мужчина. Это был Томас, но не совсем он. Что-то было в зеркальном человеке не так. Слишком реалистичные черты выдавали фальшивость. Ни складок, ни черных точек, будто кукла сейчас смотрела по ту сторону ванной комнаты. Играя в гляделки со своим отражением, офицер полиции потянул руку за пистолетом.
Сердце сжималось перед взглядом двойника. Почувствовав рукой черный пистолет, офицер полиции снял предохранитель. Его мышцы напряглись, и он уже был готов выхватить оружие, как вдруг он моргнул от яркой вспышки. Свет, что исходил из лампы, из мягкого желтого цвета резко превратился в кристально белый. Моргая глазами, Томас увел голову чуть в сторону. В периферии зрения офицер заметил, как его отражение выхватило ствол. Затем оно направило его прямо в грудь ослепшему офицеру. Два выстрела оглушили комнату.
В холле гостиницы Майя и Кейт любовались аквариумом, что находился слева от ресепшена. Панорамный дом для семи золотых рыбок как ничто другое вписывался во всеобщую картину вокруг. Младшая сестра затаила дыхание и наблюдала, как морские обитатели уносят ее разум подальше от ужаса.
– «Как прекрасные создания могут находиться в таком аду и не знать о его существовании, – с философскими наклонностями мыслила Кейт. – Если все вокруг и правда реально, то кто поддерживает чистоту и кормит рыбок?»
– Нравится абсолютное спокойствие рыб? – подошедший сбоку Джамал прервал философские мысли Кейт.
Священник двигался уверенно. Казалось, что там, откуда он родом, каждый день происходит подобное. Высокий мужчина аккуратно встал справа от Кейт. Священник чуть наклонился и принялся пересчитывать рыбок.
– Да, они прекрасны по-своему. Сейчас я нашла в них успокоение, – Кейт не могла оторвать взгляда от золотых рыбок. Что-то в них ее утягивало за собой.
– А в чем заключается их красота?
От вопроса, Кейт стали посещать мысли о красоте и прекрасном. На космической скорости в хитроумный мозг девушки вносились разного рода варианты ответов. В голове блондинки подобно тысячам комет летали размышления об этих двух понятиях. Сейчас ужас, что она неоднократно испытывала весь путь, куда-то таинственно исчез.
– В неведенье, святой отец, – улыбнулась Кейт. Она глазами исследовала высокого мужчину, что стоял около нее.
– Ты интересный собеседник, меня зовут Джамал, – священник с доверчивым лицом протянул младшей из сестер руку.
– Я Кейт, для друзей просто Кей. А как вы здесь оказались? Да и где мы?
В маленьком мире юной австралийки священник с первых минут вызвал у нее доверие. Вероятно, это связанно с его званием, а может просто человек в душе светлый. За время, проведенное в этом неизвестном месте, у юной блондинки появилась надежда уповать на глас божий.
– Где мы? Я не знаю, – Джамал пожал плечами. – А вот как я сюда попал довольно интересно. Я находился в церкви, молясь всевышнему, и на секунду закрыл глаза. Время было около полуночи, меня ужасно клонило в сон, а молитву провести требовала душа.
– Молиться ночью?
– Затем открыл глаза уже в другом месте, в этом, – Джамал проигнорировал вопрос Кейт.
– У меня с сестрой примерно так же было.
Выслушав до конца историю Джамала о его приключении с Митчеллом и встречи с ней, Кей рассказала святому отцу свою историю. Как она попала сюда, что произошло с ней в доме. О той женщине, что преследовала их с сестрой. От пересказа своего выходного у Кей начало прыгать давление. Сердце застучало быстрее, а кожа стала гусиной. Ее начало ужасать каждое пережитое воспоминание.
Кейт и Джамал закончили беседу. У аквариума задерживаться они оба не видели смысла и разошлись в разные стороны. Блондинка бегло пробежалась глазами в поисках сестры. Она слышала ее голос, но не видела саму Майю. Шагая на него, девушка в комбинезоне услышала второй голос. Он принадлежал писателю. Мужчина стоял рядом с русой девушкой в углублении ресепшена. Они активно вели беседу. Кейт остановила шаг и решила подслушать, о чем разговаривает мужчина с сестрой.
– Я вспомнила, где слышала твое имя. Ты писатель, верно? – Майя оперлась на стену напротив сидевшего на стуле Эдвина.
В голове всплыло светлое воспоминание, связанное с прогулкой по книжному магазину. В лавку девушка забрела в поисках подарка сестре. Проходя одну полку за другой, Майя наткнулась на интересную для глаза обложку. Это сияла белая книга, где в центре изображалась черная дыра синего цвета вперемежку с фиолетовым. На верхней части обложки крупными темными буквами было выбито “Эдвин Филип Джойс”. А внизу более мелким шрифтом выделялось название “Провал в Джерси”. Книга врезалась в память девушке благодаря своему минимализму и белому фону. Рукопись казалось гладкой на ощупь, что не могло не стать для девушки еще один плюсом в копилку. Майя открыла обложку из твердого переплета. Русая уроженка Австралии пролистнула первые страницы и остановилась на аннотации. Суть сюжета заключалась в возникнувшей воронке времени в городе Нью-Арк. Майя, прочитав пару страниц, убрала ее обратно на полку. Книга показалась девушке сложной к прочтению с кучей научных терминов. От черных дыр до отсылок к Хокингу.
– Да, в яблочко! – писатель подмигнул девушке. Его лицо немного отдавало сиянием. А рот развился в бессознательной улыбке. – Что меня выдало?
Майя усмехнулась и улыбнулась в ответ приветливому писателю.
– Книга про Джерси выдала. Я, кстати, читала пару страниц, – Майя начала теребить браслеты на руке.
– Пару страниц?
– Да, это не мое, слишком сложно и нужны познания в физике.
– А что тогда твое? – Эдвин на минутку забыл про ноющую руку.
Майя поправила русые волосы и задумалась о том, что обычно любит читать. В ее голове всплывали множество книг от разных авторов, а вот тематика была практически одна.
– Триллеры-детективы, – с улыбкой сказала сероглазая девушка.
Эдвин сел поудобнее в кресле. Писатель, опершись руками, мгновенно осознал свою ошибку. От каждого движения мужчина чувствовал, как в ране шевелится стекло. Острая боль пронзала его подобно мечу. Писатель резко вскрикнул и ухватился за руку. Машинально Эдвин зажмурил глаза и мысленно стал проклинать про себя сегодняшнюю ночь.
– Почему они так долго? Черт! – Майя мгновенно присела на корточки перед писателем. Она ухватила его за плечо рукой. Девушка смотрела на Эдвина с состраданием в глазах.
От вскрика к писателю моментально подоспели Джамал и Кейт.
– Совсем туго? – встал по ту сторону ресепшена Джамал. Его глаза наполнились сочувствием к писателю.
– Терпимо, рукой дернул просто, – Эдвин отмахивался, пытаясь скрыть страдания за свое мужское нутро.
В мыслях писатель согласился с Майей. – «Да уж и правда какого черта они так долго?» – Боль медленно стала отпускать из своих цепких лап Эдвина. Джойс выдохнул и аккуратно положил раненую руку на подлокотник кресла. Майя, что сидела перед мужчиной, наконец перестала держать его. Она посмотрела писателю в глаза и не увидела за ними ничего, кроме боли, а фальшивая улыбка никак не могла этого скрыть.
Святой отец же, в свою очередь, не выдавил из себя ни единой эмоции. Спокойствие, привитое ему, больше походило океану. Джамал, увидев, что Эдвина отпускают приступы боли, лишь кивнул. А затем перевел взгляд на Кейт. Девушка с тоскливым взором стояла позади сестры. Ее лицо казалось грустным, будто бы она ощущала все то, что чувствовал Эдвин. Скрестив руки перед собой, она немного поджалась.
Два глухих хлопка, похожих на выстрелы, прозвенели в холле. Они побудили Джойса снова через боль и адские муки схватить ружье левой рукой. Мужчина быстро встал перед двумя девушками. Эдвин скрипел зубами и целился в сторону лестницы. Сейчас он был единственным в холле у кого есть оружие.
– Это был пистолет, – священник смотрел в потолок. – Там наши. Можешь стрелять?
– Надо проверить бы, а стрелять навряд ли, но выбора нет, – писатель плавно опустил двустволку вниз и повернулся к Майе, что стояла позади него. – Идем, здесь вряд ли безопасно.
– Я могу, давай, – священник встал перед писателем.
Эдвин никак не ожидал подобного. Он пристально посмотрел на чересчур уж спокойного служителя господа. Немного помявшись, писатель нашел в себе смелость задать вопрос:
– Священники стреляют разве?
– Я служил когда-то, имею опыт обращения с оружием.
Майя решила не вмешиваться в диалог. В морях ее прошлого подобно буйкам плавали воспоминания. Она помнила, как отец возил ее с Кейт на ранчо стрелять по тарелочкам, собирать и разбирать оружие, а потом чистить его. От ностальгии по былым временам на лице Майи расползлась легкая улыбка, которую заметила Кейт.
Младшая сестра не знала повода для радости. И ей это показалось странным. С чего вдруг сестра заулыбалась, смотря как люди решают кому стрелять.
– Вопрос снят, оно твое, – писатель, больше не сомневаясь, отдал ружье Джамалу. – А после службы пошел в священники?
Джамал гнал из головы всякие мысли, связанные с этим вопросом. Его лицо немного изменилось, стало более угрюмым. Он явно не хотел сейчас об этом говорить и лишь промолчал, двигаясь дальше по лестнице.
На втором этаже людям бросился в глаза открытый номер. Дверь находилась с левой стороны по коридору. Держа палец возле курка, священник с оружием медленно продвигался вперед. За его огромной спиной держались остальные.
– Слева спальня, а справа чуть дальше туалет, – Эдвин выглянул из-за спины святого отца. Мужчина узнал до боли знакомые виды. – Будь осторожен.
– Ты здесь был? – прошептала Майя Эдвину.
– Я тут проснулся.
Джамал принял совет Эдвина и сначала направил оружие влево. Высокий священник тихо осмотрел спальную комнату. Мужчина, ничего не обнаружив, перевел ружье в другой край. Следы крови отсутствовали, также не было и признаков борьбы. Джамал, вернувшись на исходную в коридор, продолжил вспоминать военные навыки. Он осматривал каждый сантиметр гостиной. Джамал просверлил взглядом балкон и выдохнул, а затем, как в армейских фильмах, вышел из укрытия с ружьем наготове. Гостиная выглядела целой, а вот в туалете творился небольшой беспорядок. Джамал посчитал бардак зацепкой и заглянул в уборную.
– Все чисто, – сказал Джамал вслух позади крадущимся друзьям. – Возможно, они в другом номере.
Майя и Эдвин переглянулись. Незамедлительно они вышли из номера в поисках потерявшихся. Следом покинул помещение и святой отец. Пройти второй этаж им удалось с легкостью. Они старались осматривать апартаменты, но каждый раз натыкались на закрытую дверь. Митчелл и Томас будто бы испарились. Весь второй этаж оказался пуст, и группа решила подняться выше.
– Вы слышите? – Майя, поднимаясь по лестнице, ощутила дрожь перил. А до ее ушей дошел топот, что с каждой секундой становился все сильнее.
– Туда! – Джамал рукой указал им спрятаться за угол справа от лестницы.
Эдвин кивнул и легонько подтолкнул Майю. Она, схватив Кейт за руку, тихо проследовала вниз. Брюнет и две светловолосые девушки в удобном укрытии уставились на Джамала.
– Там один патрон, – Эдвин показал указательный палец вверх.
Святой отец моментально сообразил, о чем идет речь. Мужчина заломил ружье. Он увидел, какой из стволов уже использован. Священник быстро вынул гильзу и бесшумно захлопнул двустволку. Святой отец приставил приклад к плечу и направил оружие в сторону прохода наверх.
– Боже, чувак, нахрена ты это сделал? – от громких хлопков Митчелл отшатнулся назад и схватился за уши.
Выстрелы показались ему чем-то вроде огромных колоколов, что резко зазвенели внутри головы. А Томас в этот момент стоял у зеркала и не понимал, что сейчас с ним произошло. Последние десять минут для него казались неким подобием ада.
– Митчелл, успокойся! – дрожащим пальцем мужчина в черной форме указал в сторону двери. – Идем, не стой!
Шатен не пытался спорить с нервным офицером и первым покинул номер. А за Митчем, как снаряд из пушки, вылетел полицейский.
– Объясни, что ты видел? У меня тоже были глюки поначалу, – Митч остановился в коридоре как вкопанный.
Томас проводил анализ и вспоминал каждую деталь путешествия по глубинам своих видений. Пока разум сосредоточен на одном, его глаза уставились на нумерацию дверей. Вместо типичных для второго этажа цифр 201 и 202, офицер видел четырехзначные. 1001 и 1002 говорили, что сейчас они находятся на десятом этаже.
– Взгляни на цифры, – промычал Томас.
– Что? Цифры? Ты о чем вообще? – Митч перевел взгляд с офицера туда, куда смотрел взбудораженный Томас.
– Внимательней! – с приказным тоном сказал полицейский.
Митчелл промолчал в ответ, но все же решил оглядеть номера. Он пробежался глазами по каждой двери, что попала в его диапазон видимости. Все словно распалось, его глаза видели лишь цифры. А остальное будто бы не существовало для него сейчас.
– Это десятый этаж, – с недовольством сказал Митч.
Томас отрицал то, что видели его глаза. С каменным лицом мужчина направился к окнам. Квадратные и выбитые из красного дерева очи отеля находились рядом с лифтом. Мужчина в форме надеялся, что это лишь странная нумерация в гостинице и ожидал увидеть за окном заснеженную землю в паре метрах внизу. А вместо этого перед ним открылся вид на крыши зданий и домов с высоты птичьего полета.
– Митч, – мысли Томаса спутались.
– Значит, все-таки десятый, – зажевал губу Митчелл как жвачку. – Давай-ка спустимся.
Общее согласие они нашли быстро. Мужчины немедленно помчались к лестнице.
– Ты пинцет хоть нашел? – схватился за перила Митч.
– Да, он у меня, надо в холл.
Томас, пробегая этажи, не понял, как оказался под прицелом. Вмиг все словно остановилось. Его кровь превратилась в лед, а сердце ушло в пятки. Однако, как только глаза увидели владельца ружья, Том выдохнул с облегчением.
– Боже, вы в порядке? – Джамал опустил оружие и окрикнул спрятавшихся друзей.
Офицер подал знак рукой, что все в порядке. Следом за блондином вышел Митчелл.
– Мы слышали выстрелы. Это были вы? – Эдвин старался держать руку в одном неподвижном положении. Мужчина чуть прошел навстречу к Митчеллу и Томасу. Чем ближе писатель подходил, тем сильнее его глаза расплывались в удивлении. Взглядом Эд изучал измотанного офицера полиции. На нем не было и лица, словно Томас пережил пару атомных бомбардировок.
– Да, это я стрелял. Нужно срочно отсюда валить, – спустился по лестнице Томас и достал из кармана пинцет. – Держи, у Митча спирт. Бинтуем его и на хрен уходим.
Путь вниз оглушался громким топотом. В аккомпанемент ему выступал Томас. После некоторого допроса офицер все же поведал то, что произошло с ним и шатеном в номере.
– Все это похоже на какой-то кошмар, – пробубнила Майя и, сгорбившись, опустила руки.
– Любой кошмар кончается, – Эдвин вступил на пол холла и прямиком направился к ресепшену. – Покончим с этим и уходим отсюда.
Писатель физически и духовно приготовился к кустарной операции. Пинцет, виски, порошок и бинт лежали уже готовые на столе. Эдвин осматривал инструменты и чувствовал, как тошнота приливала к горлу. Писатель нехотя подкатился на кресле ближе к столу и положил руку на него.
– Не дергайся только! – с серьезным взглядом насторожил писателя Джамал и всучил в левую руку Эдвина бутылку. – Выпей.
Майя и Кейт отошли в сторону, дабы не смотреть на то, как из мяса писателя достают стекло. Митчелл же спокойно сел на ресепшен. Шатен вновь пытался утопить стресс в клубках сигаретного дыма.
– Ух! Давай уже, – писатель сделал несколько больших глотков. От алкоголя его лицо немного сморщилось.
Джамал пролил пару капель на пинцет, а затем протер куском стерильного бинта. Святой отец расширил пальцами рану и аккуратно проник в нее пинцетом. Железные щипцы устремились сквозь разорванную плоть за кусочками стекла. Эдвин, сморщившись от боли, напряг порезанную руку, чем помешал Джамалу.
– Пей! Чем больше выпьешь, тем лучше для тебя, – Джамал резко выдернул пинцет из руки раненого.
Эдвин сделал выдох и, не думая, опрокинул горлышко бутылки себе в глотку. Продержался он так несколько секунд. Обжигающий алкоголь протекал по его горлу и вызывал не лучшие ощущения. Мужчина быстро отдернул бутылку от себя и с грохотом поставил ее на стол. Рвотный рефлекс незамедлительно заставлял корчиться и придерживать рот рукой. Писатель, удержав позывы, вытер несколько слез с глаз и облокотился в мягкое кресло.
– Потерпи немного, алкоголь ударит в голову, и я начну, – хлопнул по коленке писателя святой отец.
– На, возьми. Быстрее начнется приход, – Митчелл кинул пачку сигарет, а затем и зажигалку, на живот полу разлегшемуся брюнету.
Эдвин выкурил сигарету и мысли вместе с болью разбились об огромный корабль под названием “Опьянение”. Его голова стала тяжелеть, а глаза закрываться. Под давлением сигарет и алкоголя писатель не заметил, как стекла один за одним вылезали из ран.
Джамал уверенно орудовал пинцетом. Он вытаскивал стекло как занозы из пальца. Священник, достигнув последнего осколка, резко потянул его на себя. Эдвин почувствовал, как что-то дернулось у него в руке. Писатель всхлипнул и попытался поднять голову. Однако американский виски имел насчет разума иные планы.
Джамал посмотрел на этикетку бутылки и вылил содержимое напитка на руку писателя. Эдвин от промывки ран спиртом ненадолго пришел в себя. Его конечность словно находилась в огне. Она выгорала изнутри и пламя добиралось до самого сердца. Но там, по ту сторону его души, оно растворялось в тумане опьянения. Антисептик, бандаж и его же утяжка прошли для писателя как в забвении.
– Готово, как новый, – легонько ударил Эдвина по щекам святой отец.
– Вас так в Ватикане учат? – мужчина в пиджаке затянул дым очередной сигареты.
– Я участвовал в войне, там и научился, – с сердитым взглядом Джамал взял сигарету с лежавшего на кресле писателя.
Митчелл почувствовал неловкость за свою шутку и промолчал.
– Ну как, он в порядке? – тихо сказала подкравшаяся Майя.
– Нормально все, – еле разборчиво пробурчал Эдвин.
Майя пришла в восторг от живого голоса писателя. Она решила подойти поближе, но ее план нарушил звон входных дверей.
На пороге стоял мужчина лет 35 с острым как нож подбородком. Светло-зеленные практически белые глаза выражали полное непонимание происходящего. Солидно одетый мужчина в темных брюках и бежевом плотном пальто, цокая ботинками, направился в сторону людей, стоящих у ресепшена.
– Стоять! – громко сказал полицейский, выхватив пистолет из кобуры.
Мужчина с синим кардиганом под плащом немедленно подчинился офицеру полиции и поднял руки перед собой.
– Не стреляйте! – крикнул неизвестный хриплым голосом. – Что это за место?
Томас ослабил хватку руки и опустил пистолет вниз.
– А ты из какого города? – Митчелл спрыгнул с ресепшена и встал рядом с полицейским.
– Я из Буффало, – неизвестный опустил руки. Увидев, как Томас сложил пистолет в кобуру, мужчина, не спеша, направился к толпе через огромный холл. На лбу появились капли пота, а глаза выражали шок. Мужчина в плаще остановился рядом с полицейским и удивленно посмотрел ему в глаза. – Офицер, объясните, пожалуйста, что это за место?
Томас ответил на стандартные для подобной ситуации вопросы мужчины. Офицер вкратце ввел новенького в курс дела. Но не вся информация достигла ушей неизвестного. Том не сказал и слова про огромного мутанта, что здесь бегает. Словно хранитель закона побоялся показаться психом или спугнуть мужчину. Полицейский сделал уклон на галлюцинации и на необычные явления.