Go to audiobook
– А при чем здесь Лос-Анджелес? – удивленно сказал Эдвин.
Его мысли быстро переключились с городов на отель. Мужчина был поражен размерами гостиницы и ее цветастой гаммой.
– Черт возьми, – Эдвин схватил Митчелла за плечо. – Отель другой. Я ночевал в здании, где максимум 5 этажей, а это люкс высотка.
Гостиница выглядела громадно. Она возвышалась на двадцать пять этажей. Под каждым ее окном имелся выступ с мелким фонариком. Пятизвездочная гостиница белоснежного цвета носила корону на макушке. На ней расположились прожекторы, что помогали не потерять здание ночью. Они толстыми лучами били в небо. Слева и справа от них торчали британские флаги. А между флагштоками расположилась вывеска – “Центурион”.
– Да это все какой-то конченый ребус, чувак, – пожал плечами Митчелл и тоже посмотрел вверх. – Я вообще не должен быть здесь, ни у отеля, ни в снегу, ни с тобой.
– Ладно, ты куда меня ведешь? – Джойс перевел взгляд на нового знакомого.
Эдвин застегнул ветровку и обхватил себя руками, чтобы хоть немного согреться. Его тонкая куртка не годилась для зимы. Ткань-то от сильного дождя слабовата, а здесь снегопад, как в Анкоридже. Одежда Митчелла выглядела еще хуже для подобного времени. Его пиджак и тонкие брюки пропускали холод как вратари соперников “ЭЛ ЭЙ Кингз” в прошедшем розыгрыше плей-офф.
– На парковку. Или ты и дальше хочешь здесь стоять? – Митчелл нервно развел руками.
– В машине, в которой ты горел? С которой тебя похитили?
– Слушай, я тебя уговаривать не буду. Я хочу свалить отсюда.
Разнообразия выбора у Эдвина не было. Вернуться в новую и таинственную гостиницу, казалось, не лучшей идеей. Следовать за незнакомцем к машине тоже звучало не столь приятно. Перекинув мысли, Эдвин покачал головой и согласился с Митчеллом.
– Я так понял, ты с ЭЛ ЭЙ пропал? – последовал Эдвин за Митчем.
– Да, а ты? – нащупав в кармане ключи от машины, Митчелл нажал на кнопку сигнализации.
– Я ехал из Питтсбурга в Филадельфию к сестре. Остановился в каком-то мелком городе.
Митчелл в замешательстве погрузился в собственные думки. – «Как все это связанно? Бред. Надо валить отсюда на хрен», – говорил про себя Митч, приближаясь к машине.
На парковке стояло лишь одно авто. Это новый, только что выпущенный с конвейера, белый “Грэнд Чероки”. Массивный пятидверный внедорожник с хромированной решеткой радиатора и грозными фарами был готов рыть снег как кроты землю. Широкая морда смотрелась куда более сурово, чем полководцы Спарты.
Не успели они беспрепятственно подойти к машине, как из-за нее вышел мужчина в военном плаще. Вооруженный лопатой, он белыми глазами пробежался по двум мужчинам. От его взгляда Митчелл ощутил мурашки. Будто бы смердящий смертью, безумец заставил шатена забежать в спешке за капот.
Эдвин выхватил оружие из собственного кармана. Трясущейся рукой то ли от холода, то ли от стресса, писатель немедленно направил пистолет на мужчину.
– Замри или выстрелю, – грозно проронил Эд. В его глазах не было ни доли сомнений.
Мужчина остановился и вместе с лопатой поднял руки вверх.
– Брось лопату, сука, – крикнул неизвестному Митчелл.
Глаза шатена метались между Джойсом и мужчиной как теннисный мяч в финальной игре.
– Стреляй в этого придурка, – Митч показал пальцем на мужчину в плаще.
Отвлекшись на громкий возглас Митчелла, Джойс упустил момент. Только что стоявший в паре тройке метров, мужчина швырнул в Эдвина лопату. Заметив в последний момент, летящий в лицо, предмет огорода, Джойс вовремя наклонил голову. Однако прошла лишь часть беды. Громадный верзила сбил его с ног. Разъяренный громила с белыми глазами и отсутствующим куском щеки начал душить писателя левой, а правой держал руку с пистолетом.
Эдвин чувствовал, как подача кислорода в легкие прекращается, наступает покалывание в теле. Верзила держал писателя крепче, чем могут представить себе руки. Габариты мужчины позволяли ему с легкостью справляться с брюнетом. Сопротивление Эдвина казалось бесполезным. Звук вокруг стал приглушенным, глаза затворялись, а сердцебиение угасало. Закрыв зеркала души на миг, Джойс распахнул их от звука удара лопаты, что прозвучал рядом с его головой.
Митчелл быстро сообразил и вооружившись лопатой хорошенько огрел безумца по лицу. Звук удара прозвенел как по железу. Вдобавок сопроводивший хруст лицевой кости, выбил мужчину из себя. Он отпустил писателя и отправился в нокдаун. Подобно боксеру верзила резко встал уже готовый продолжать бой. Как вдруг прозвучали два выстрела, остановившие напор мужчины. Пули беспрепятственно прошли навылет. Из дула пистолета и дыр в голове пошел белый дым со смесью пара. Мужчина упал замертво, начав поливать снег кровью.
Дышать давалось с трудом. В ушах снова зазвенело. Общая картина вокруг постепенно вернулась на места. Еще пару секунд и Джойс не увидел бы никаких картинок.
– Вставай, уходим отсюда, – Митчелл протянул руку писателю.
– Надо в полицию, у тебя есть телефон? – Эдвин поднялся на ноги с помощью шатена.
– Он сдох, садись в машину.
– Ты знаешь куда ехать?
Дождавшись, когда Эдвин усядется в кресло, Митч закрыл автомобиль. Быстрым движением пальца шатен ткнул на кнопку завода. Небольшой звук и в машину влилась жизнь. Приборная панель поиграла с хозяином цветом и приготовилась к его командам. Чем Митчелл и воспользовался. Он выставил градусы в обогревателе и лег на спинку сиденья. Двери заблокировало и Митч со спокойствием на душе выдохнул.
– Нет, навигатор в борте не работает, – Митчелл несколько раз щелкнул пальцем по экрану сенсорного компьютера, но надпись “Нет связи” воодушевила его на иной план. – Там чуть дальше была забегаловка, около нее было что-то, похожее на указательную карту.
Местный отель и придорожное кафе разделяло около пары сотни шагов. У ребят не было желания идти через обильный снегопад.
– Ты когда-нибудь стрелял? – Митч остановился около общепита и привел машину в состояние парковки.
– До сегодняшнего дня только в играх, – обменявшись взглядами, гости города вышли из авто.
В голове Эдвина возникли флешбэки последней игры, что писатель прошел чуть больше месяца назад. Это был третий "Фар Край". Веселый шутер позволял ему отвлекаться от сюжета книги, что затягивал мужчину в себя.
Подойдя к карте, мужчины очистили ее от снега. Первым делом Эдвин обратил внимание на отсутствующее название города. Шустрым взглядом Эд изучил маршруты. И когда на глаза попались дорога и полицейский участок, то он незамедлительно поделился с Митчеллом информацией. Местное управление находилось в паре километров, а выезд из города лежал на юг по главной улице.
– Я не понимаю, зачем тебе полицейский участок, мужик? – Митчелл вместе с новым знакомым сели обратно в машину. После теплого автомобиля погода казалась еще суровее и более зубастой.
– Нас похитили, чем-то накачали, на нас кто-то напал, мы его убили, – писатель загибал пальцы, делая пересчет ночного кутежа.
Митчелл жевал щеку и смотрел в глаза Эдвина. Он вслушивался в каждое слово, сказанное брюнетом. Понимая это, Митч аккуратно взвешивал плюсы и минусы ситуации.
– С этим пусть разбираются наши адвокаты, чувак, – развернул машину Митчелл и уже направил нос к выезду из города.
– Нет, – облокотился на прогретое кресло машины Эд. – Закинь меня к участку, а дальше поезжай. Я не хочу лишних проблем.
Митчелл фыркнул и принял сторону своего нового знакомого. Он выкрутил руль до конца вправо и повез писателя к полицейским.
Обильный снегопад мешал нормальному осмотру города. Обычно в похожих городах свет из окон помогал освещать улицы, но здесь его не было. Поселение будто бы уснуло, все разом. Ни души в отеле, машин нет на дороге и никого в домах. Единственным светилом в городе явились уличные фонари. На благо фортуны все они работали не хуже швейцарских часов.
Приближаясь к перекрестку, Митчелл внимательно следил за светофором. Трехцветный не издавал признаков жизни, а автомобили мертво стояли вдоль улиц. Мужчина в пиджаке надавил на педаль газа, и машина взревела. Без пробуксовки она прокапывала себе дорогу до следующего перекрестка. Снега навалило около сантиметра. Пролетая дома, стоящие авто и супермаркет “Айлис”, мужчины свернули направо.
– Вот они. Можешь еще и к пожарным зайти, – улыбнулся Митчелл. Он остановил авто около двух участков.
Полицейское управление стояло по правую руку от автомобиля шатена. В десятке метров дальше находилась Пожарная часть. Ее выдавали две красные машины, что торчали из боксов. В обоих зданиях горел свет и увидеть их не составило труда.
Эдвин молча кивнул Митчу и вышел в снежный город. Водитель джипа, немного заехав на тротуар, быстро развернулся и улетел так, что остался только свет задних фар. Машина растворилась в снегопаде, а Джойс с серьезным лицом направился в полицейский участок. В окнах горел свет и в теле писателя вспыхнуло пламя надежды. Приблизившись к дверям, мужчина обратил внимание на табличку – “Policia De Pereirra”.
– «Испанский язык? – тело Эдвина затрясло. Мужчина несколько раз пожалел о том, что не уехал с Митчеллом, но не смог остановить свое любопытство. – Очень и очень странно».
Внутри офиса стражей закона писателя встретила мертвая тишина. Свет горел, но никаких признаков людей не было и в помине. Эдвин осмотрелся и увидел окно дежурного справа от входа. Мужчина посчитал это верным знаком и подошел к приемной. Но и там было тише, чем в гробу.
На столе лежали несколько документов, кружка остывшего кофе и испанские листовки. Чего-то большего Эду обнаружить не удалось. Писатель отвернулся и прошел в сторону коридора. Небольшой поворот вел прямиком к столам офицеров. Эдвина настоль сильно пробуждала жажда нового, что он не выдержал и высунул голову за угол будто бы жираф, ищущий вкусный плод. В основном зале не было и души.
– И где все? – Эдвин вновь заглянул в окошко приемной. Но никто не подошел.
Хмыкнув, писатель пошагал в зал, где находились столы стражей порядка. Джойс хлопал глазами, наблюдая за пустым помещением. Люминесцентные длинные лампы, прикрепленные на потолке, отлично освещали рабочую комнату. Пол в участке был вымощен в плитку темно-зеленного цвета. Стены окрашены в такой же цветовой гамме только светлым оттенком. На них висели календарь с датой “01.15.92.”, разные постеры на испанском, остановившиеся часы и дартс. Столы стояли по два напротив друг друга. В общей сложности Эдвину удалось насчитать чуть больше десяти.
Обычным шагом писатель проплывал мимо столов. На всех них мужчина заметил нечто необычное. Рабочие компьютеры отсутствовали. Стоял телефон, рядом с ним были лампа и куча бумаг. На каких-то столах лежали пепельницы.
В конце помещения писателю бросилась в глаза дверь с окошком из матового стекла. Мягкий свет, что бил из него, цеплял взгляд Эдвина. Будто бы под гипнозом, молясь найти хоть одного человека в этом месте, Джойс двинулся вперед. Он шел прямо к двери и будто погружался в некую отрешенность.
Думая, что может быть за ней, Эд достал револьвер. Следом он быстро откинул барабан влево. Его сердце забилось быстрее, а ноздри вместе со зрачками приняли размер подшипников. Пистолет был пуст, а запасных патронов писатель с собой не имел.
Сделав глубокий вдох, Эдвин направился дальше. Помимо звука, исходящего от собственных ботинок, Эд слышал еще и сердце. Оно будто бы отбивало его грудную клетку для подачи стейка. Медленно приблизившись к двери, писатель ухватился за ручку. Его рука дрожала, а ноги желали уйти отсюда. Что-то в полицейском участке казалось чуждым и небезопасным. Это чувство снедало уверенность писателя. Немного промешкавшись, Эдвин спрятал в карман куртки револьвер. Убирать руку с него мужчина не собирался. Другой конечностью, как у пораженного Паркинсоном, писатель мгновенно открыл дверь. За ней никого не оказалось. Обычный разделительный коридор – лестница, решетчатая дверь, как в тюрьмах, и уборная.
Эдвин дважды дернул решетку и убедился, что она не поддается. Через просветы в ней он разглядел небольшой изолятор для недавно пойманных преступников.
– «Черт», – Эдвин решил, что теперь наступила очередь уборной.
В туалете также не пахло присутствием людей. На одной из кабинок его внимание привлек нарисованный маркером флаг Колумбии. Долго смотреть на знамя государства из Южной Америки Эдвин не стал. Буквально выбежав из туалета, писатель направился на лестницу.
Медленным шагом Эд поднимался по ступенькам. Лестница была двухмаршевая с широкой разделительной площадкой и позволяла вдоволь насмотреться офисом полицейских.
Писатель остановился между этажами. Он решил выглянуть через одно из широких окон. Вид с него падал ровно на то место, где Митчелл оставил Эдвина.
Писатель задумался о насущной ситуации. Его мозг посещали разного рода мысли, от похищения до чьей-то неудачной шутки. Но все эти версии разбивались как Титаник об льдину.
– Сука! – в сопровождении крика, Эдвин ударил кулаком стену.
Следом он пнул бедную опору здания. Но на большее у писателя не хватило времени. Некий звук прервал всплеск гнева у Эдвина. Он доносился со второго этажа. Что-то похожее на перебор бумажек или складирование ящиков. Сердце замерло. Эдвин вынул пистолет, сделал уверенный вид и направился дальше. Ему казалось, что с пустым барабаном и горы можно свернуть.
В оплоте второго этажа Эдвин не увидел того, кто издавал звук. Писатель потер подбородок, а затем медленно продолжил шаг в обитель абсурда. Эд шел неторопливо и внимательно осматривал каждый угол помещения. Слева от него находились кабинеты, а справа столы. Все они пустовали.
Звук не прекращался, он доносился с последней комнаты слева. Эдвин проверял кабинеты офицеров и детективов глазами. Крепко сжимая рукой пистолет, спрятанный в кармане, Эдвин и не думал, что будет, если появится неприятель. Выехать лишь на надутой уверенности и блефу от пустого барабана у писателя вряд ли получится. Но установить причину шума Эд все же желал. Возможно, это был ответ на терзающие вопросы.
“Капитан Т. Мендоса” – гласила выбитая надпись на последней двери слева. Эдвин немного помялся в сомнениях и решил открыть кабинет капитана. Внутри писатель не удивился отсутствию начальника полиции. Оставив формальности на следующий раз, Эд украдкой направился к столу. Пара шкафов позади рабочего места офицера и развешанные блестящие награды на испанском языке моментально бросились в глаза. Придавать внимание чему-то еще Эдвин не собирался. Он подошел к столу и принялся перерывать все ящики. Мужчина словно хотел в них что-то найти. Будто бы в них таился ответ.
Обыскивая один за другим, он внимательно вчитывался в бумаги. Все записи велись на испанском. В них Эд не нашел ничего стоящего. Выкидывая документы и прочую ересь, писатель наткнулся на пистолет. Револьвер грязно-серого цвета с деревянной ручкой был порядка больше, чем оружие Эдвина. Рассматривая найденный трофей и обдумывая каждый шаг дальше, писатель вновь услышал странные звуки. Они походили на свору собак, царапающих стену.
Эдвин моментально направил найденный револьвер в сторону двери. Затаив дыхание, писатель стал выжидать, но звук прекратился. Тогда Эд решил оценить ситуацию. Он несколько раз передумал искать здесь ответы, ухватил с собой пистолет капитана полиции и выбежал из двери.
Отклик на вопрос о шуме нашел Эдвина первым. За порогом кабинета боковым взглядом писатель зацепил нечто стоявшее по левую руку.
С кошачьим спокойствием предстал перед Эдвином неведомый человеку мохнатый зверь. Сидел он на задних лапах как у медведя, будто бы сторожевой пес. Чудище водило волчьей пастью и шевелило слегка изогнутыми как рога ушами. Глаза у него отсутствовали, отчего можно было сказать, что он видит наш мир иначе.
Зверь серого цвета вдохнул со звуком урчания кошки. Его элегантные полосы, что шли по бокам вдоль тела, играли на свету и переливались с черного в серый цвет. Нос зашевелился вместе с боковыми отверстиями, что расположились симметрично по краям на верхней челюсти. Издав рык с десяток львов, чудище прыгнуло на писателя.
Эдвин не захотел рисковать жизнью и разбираться галлюцинация ли это. Джойс, подобно Максу Пейну, сделал кувырок обратно в кабинет. Немедля поднявшись, писатель навскидку прицелился в зверя, и от каждого нажатия у Эдвина сжимались глаза. Он ждал хлопок, снова и снова придавливая курок к рукоятке пистолета, но вместо выстрелов оружие издавало щелчки. Только что найденный револьвер оказался пуст.
Животное ловко развернулось. Без разгона оно резко прыгнуло в стену кабинета, и она порвалась куда легче, чем бумага.
Джойс отпрыгнул назад, упав на спину. Его мир буквально остановился. Перед собой он видел, нечто невообразимое. Огромный зверь из недр ада стоял воплоти и отряхивал органы осязания от мусора. Решив действовать, Эдвин рванул мимо него. Животное не успело среагировать, как писатель помчался дальше.
Бежать. Это все, что сейчас мог Эдвин. Забегая на лестничную площадку, брюнет пятой точкой чувствовал, как зверь дышал в спину. Единственным шансом спастись от яростной мохнатой фурии Эд видел в окне. Набрав всю возможную скорость и закрыв голову руками, брюнет прыгнул. Стекло с легкостью разбилось, но напоследок оставило в конечности у писателя несколько осколков. Кровь небольшим количеством хлынула из ран и прочертила на снегу линию полета Джойса.
Мужчина по инерции упал с кувырком через плечо. Торчащий осколок из руки испортил идеальное падение. Чуть прорезав кожу дальше, та часть, что выпирала, сломалась, а другая осталась глубоко внутри.
Времени раздумывать от боли не было. Эдвин поднялся и взглянул на окно. Из покрова ночи с крыши вынырнуло то слепое создание. Приземлилось оно ровно в метре от писателя. Игры закончились. Правой лапой с замахом из-под себя чудище сразило Эдвина ударом в живот. Брюнет отлетел, и задыхаясь, пополз спинной назад.
Встав на две задние лапы, зверь показался во весь рост. Как огромный медведь, чудище заслонило свет луны. Широкой серой лапой оно взяло замах, чтобы прикончить любопытного гостя. Но планы зверя отужинать Эдвином нарушил красный пикап. На большой скорости авто врезалось в опорные лапы мохнатого создания и сломало их. Хруст прозвучал на пол-улицы, а зверь упал, забрав с собой фонарь, что стоял рядом.
Сознание медленно стало приходить в разум Эдвина. Картинка сошлась, и писатель увидел перед собой еле живое чудище, а слева от него ружье. Словно сама госпожа фортуна подкинула нерасторопному стрелку помощь из задней части грузовичка.
Эд увидел, как снег раздувается под носом зверя. Он еще жив. Писатель схватил ружье. Заломив двустволку, брюнет убедился в наличии патронов. Вновь повторить ошибку как в полицейском участке Эдвин не хотел. Со взглядом неуверенного подростка писатель дрожащими руками поднес оружие к морде. Эдвин отвернулся и с жалостью в глазах нажал на курок. Голова чудища разлетелась как стеклянная ваза. Джойс без сил упал на снег. Лежавшие рядом остатки головы чудища выглядели не столь приятно и через секунду писатель оставил на земле сегодняшний ужин.
– «Господи, что за херня? – чуть ли не плача, сказал про себя Джойс. – За что? Черт возьми, за что?» – продолжил мысленные поток писатель, ударяя прикладом ружья по заснеженному асфальту.
Эдвину с трудом удалось отвлечь себя от самобичевания. Он сделал глубокий вдох и взял в руки горстку снега. Нужно было умыться и привести сознание в норму.
– Так, за рулем явно кто-то же был, – писатель встал, и через все еще падающий снег, направился к машине.
Автомобиль можно было списать со статусом “мертвец”. Капот от удара превратился в гармошку. Правое колесо закрыло смятыми кусками боковой арки. Двигатель испускал белым дымом свое последнее дыхание.
В машине же сидели две девушки. Это были Майя и Кейт. Они все же добрались до участка. Но, что действительно удивило Эдвина, на них обеих не виднелось ни единой царапины. Сильный удар в огромное чудище на скорости 40 миль в час должен был их покалечить или еще хуже – убить. В машине 1988 года явно отсутствовали подушки безопасности, так что удар голов приняли на себя руль и правая панель.
– Эй, ты жива? Очнись! – Эдвин протянул руку через разбитое стекло и попытался привести в чувство незнакомую для себя девушку.
Периодами бросая глаза на животное, писатель проверял точно ли оно мертво.
Рука Эдвина кровоточила, а взгляд становился все мутнее с каждой секундой. Время шло против него. Дергая девушку, писатель не спускал глаз с чудища. Как по взмаху волшебной палочки, вмиг во всех зданиях на улице включился свет. Сердце Джойса разогналось до ста тридцати ударов в минуту. Мутный взгляд и раны отошли на второй план.
– Да, очнись же ты, господи, у нас мало времени, – писатель дергано мотал головой. Все что мужчина сейчас хотел, так это разбудить русую девушку.
Майя стала приходить в сознание. В глазах Эдвина появилось небольшое облегчение, но ненадолго. Писатель резко отдернулся от машины, услышав, как спереди что-то стукнуло. Эдвин схватил ружье и направил его на зверя. Двустволка оказалась не такой легкой, как пистолет. Дрожь рук ощущалась сильнее. Ствол будто бы маятник колебался то влево, то вправо. Не ощущая боли и холода, Эд резко сократил дистанцию со зверем. Чудище по-прежнему не двигалось. Эдвин выдохнул весь воздух из легких вместе со стрессом. Слева раздался громкий хлопок. Будто бы под капотом что-то взорвалось. Оглушенный на одно ухо Эдвин сжал голову и отскочил назад. Через легкую глухоту он прицелился в переднюю часть авто. Из нее сочилась зеленая жидкость. Это был радиатор. Писатель поймал облегчение и скинул камень, что застрял у него в душе.
От хлопка Майя окончательно пришла в себя.
– Что? Что это было? – пьяными глазами и плавно шатающейся головой, Майя смотрела то на Джойса, то перед собой.
Контузия прошла в тот момент, когда в ее голове возник образ сестры.
– Кейт, ты жива? – Майя взяла левую руку младшей и нащупала пульс.
Эдвин услышал голоса из машины. Он быстро подскочил к окну водительской двери.
– Послушай, нам надо уходить. Я возьму ее, – Джойс прервал русую девушку.
– Не подходи к ней! – взгляд Майи был сердитым. Она явно была готова отдать жизнь за сестру или отнять ее.
Мысленный поток русой девушки наконец-то пришел в порядок. После сегодняшних инцидентов она хотела видеть полицию, а не странного мужчину в ветровке.
– Слушай меня внимательно, у нас мало времени, – Эдвин нахмурил брови. – Здесь происходит какая-то хрень. Задержимся здесь – нам конец, нутром чую.
Писатель отвел взгляд от девушек и оглянул улицу. Во всех окнах одного из домов происходило что-то странное. В теплом и приятном свечении кто-то стоял. Они неподвижно наблюдали за мужчиной. Безмолвные люди вызывали у писателя не лучшие переживания. Это явно были не люди. Джойс чувствовал их леденящий взгляд на себе. Пробравшись от этого, писатель быстро подбежал к пассажирской двери. С нескольких неудачных попыток он открыл ее.
Эдвин решил не дожидаться ответа от Майи. Мужчина вынул Кейт из автомобиля и перебросил ее через плечо. С грузом на себе писатель вернулся к Майе. Девушка уже выбралась из машины. Однако ее мысли будто бы выключило. С открытым ртом и дико расширенными зрачками она смотрела на тело хищника, что стало причиной аварии.
– Что это? – повернулась к подошедшему писателю Майя.
– Нет времени на это, они смотрят. Давай сюда, – показал головой в переулок, что по правую руку от автомобиля.
Кивнув, Майя последовала за Эдвином.
– «Что там за хрень лежала? Кто этот мужчина?» – с волнением думала про себя Майя, следуя за писателем. Вся мозаика смешивалась. Белое резко перепрыгивало на черное. Безумное количество вопросов менялось один за другим, а ответов все не было.
Достигнув переулка, Майя попросила Эдвина остановиться. Ее беспокоил разрыв на футболке, что оставила ей чердачная дева. Холодная ночь и снег осыпали ее кожу, превращая в кусочек льда. И когда писатель затормозил, девушка оттянула низ футболки и завязала узел у левой стороны живота.
Эдвин смотрел на Майю и решил, что самое время привести ее сестру в чувство. Мужчина бросил ружье на землю. Схватив Кейт двумя руками, он подозвал Майю помочь ему. Привести в чувство младшую сестру оказалось несложно. Набрав горсть снега, русая девушка умыла лицо Кейт, и несколько подобных махинаций спустя, блондинка открыла глаза.
– А! – протяженно закричала Кей. В ее взгляде будто бы молнией промчалась тревога. Перед собой она видела неизвестного мужчину. – Что? Вы кто?
– Тише, я здесь, – Майя мгновенно взяла за руку сестру.
Джойс отпустил Кейт. Он решил дать возможность родне успокоить ураган эмоций. Голубые глаза забегали, а левая рука машинально нащупала сестринскую. Девушку трясло, а взгляд был все еще мутным. Хоть Кей и чувствовала землю под ногами, организм еще не пришел в себя.
Эдвин пробежал оценивающим взглядом обеих сестер и принял решение отдать свою ветровку Майе. Кейт по одежде смотрелась куда лучше, чем старшая. Комбинезон и кофта под ним выглядели более теплыми, чем тонкая футболка. Вручив куртку русой девушке, Эд предупредил, что правый рукав немного в крови. Не особо имея выбор в одежде, Майя приняла куртку и быстро надела ее на себя.
Сероглазая девушка осмотрела Джойса. На нем осталась только клетчатая рубашка. Израненная правая рука писателя вся истекала кровью. Суровый взгляд Майи сменился жалеющим.
– Вам нужна помощь, мистер, – русая девушка указала на руку писателю.
– Я искал ее. Здесь нет никого, надо уезжать отсюда, – осмотрел свои раны Джойс.
Ран было несколько. Одна из них глубокая. Приглядевшись в нее, он пощупал пальцем. Боль наступила мгновенно. Эдвин почувствовал в конечности пронзающий вопль от остатков стекла. Вторая же казалась маленькой и на фоне первой – она цветочек.
– Я Эдвин Джойс, а вы кто? Вы нездешние, я так понимаю? – писатель схватил ружье за цевье и уставился на сестер.
– Я Майя, это моя сестра Кейт, – Майя осмотрела блондинку на наличие ран.
На ней не было и царапины. Ее тело, как и старшей, будто вошло в магический купол во время аварии. Словно ангел-хранитель взял их сегодня под крыло.
Закончив осмотр Кей, она поднялась и повернулась к писателю. Девушка встала с мужчиной лицом к лицу. Медленным взглядом она пробежала его с головы до ног. – «У него знакомое имя», – подумала про себя Майя.
– Я где-то слышала это имя. Кажется… – русая девушка не успела договорить, как весь город охватил гул.
Снег резко перестал идти, а по земле прошелся шок и трепет. Плиты будто бы залезали друг на друга.