Go to audiobook
Но никакие жесткие полицейские меры не могли остановить вал революционного движения. Начало XX в. в России характеризуется беспрецедентной в истории чередой террористических актов. Так, в течение 1905 г., начиная с октября, в Российской империи было убито и ранено 3611 государственных чиновников. К концу 1907 г. это число увеличилось почти до 4500 человек. По официальной статистике, с января 1908 г. по середину мая 1910 г. произошло ещё 19957 террористических актов и экспроприаций, в результате которых было убито 732 госчиновника и 3051 частное лицо, при этом 1022 госчиновника и 2829 частных лиц были ранены67.
Частных примеров фактической борьбы чинов Департамента полиции с протестными настроениями в обществе – десятки тысяч. Но если в канун революции 1905 г. они могли быть трагическими для инакомыслящего, привести его в ссылку и даже в тюрьму или на каторгу, то по мере роста общественного протеста многочисленные факты проявления оппозиционности очевидно говорили о кризисе всей политической системы.
Приведем всего лишь несколько примеров из полицейского архива провинциальной Тамбовской губернии. В годы Первой русской революции 1905–1907 гг. борьба с инакомыслием часто приобретала и карикатурные, и горькие черты.
25 марта 1905 г. на Студенецкой улице Тамбова близ Екатериновского института «за буйство, пение песен и вообще нарушение общественной тишины» в ночное время было задержано 17 человек, которые все были взрослые. Спустя несколько дней, 31 марта, ночной караульный П.А. Сокольский увидел на Козловской улице толпу около 100 человек, двигавшихся в сторону Никольской церкви и громко певших песни «о свободе». Караульный не рискнул препятствовать их движению68.
8 июля и 31 августа в Тамбове при несении службы были оскорблены и избиты городовые Денисов и Мазуров69.
19 августа мещанин Е.Т. Тарасов на Большой улице Тамбова открыто пел «Марсельезу». Рядовой Куликов намеревался задержать его, но получил от певшего удар в нос. Лишь другие подоспевшие полицейские смогли задержать Тарасова и утихомирить собравшихся вокруг людей. Мещанин получил месяц ареста70.
По всему городу повсеместно фиксировался негатив к городовым. В ходе обысков в городах и селах губернии было обнаружено несколько револьверов и несколько тростей с потайными клинками в них. В ночь на 4 июня 1907 г. было одновременно проведено несколько обысков у 18 тамбовских мещан различного звания, включая чиновников. В квартире мещан А.Н. и Е.Н. Криволуцких чинам полиции было оказано вооруженное сопротивление. В результате был убит младший городовой Замотаев и тяжело ранен в грудь младший городовой Чистяков. Убийцей назвался скрывшийся с места преступления мещанин И.Т. Романов «из граждан террористов»71.
16 февраля 1907 г. на железнодорожной станции Тамбов в 17.00 собралась «громадная толпа воспитанников и воспитанниц средних учебных заведений» для демонстративных проводов членов Государственной Думы социал-демократов Киселева и В.М. Баташева. Депутатам был преподнесён букет цветов с красными лентами с надписями: «Дорогому товарищу» и «Свободная школа – в свободном государстве». Полиция призвала учащихся разойтись, но семинарист 4‑го класса Т. Щеглов, гимназистка 7-го класса М. Каверина и ещё двое учащихся стали дерзко отвечать полицейским. Благодаря противодействию собравшихся полицейским удалось задержать только Щеглова и Каверину, которые получили трое суток ареста72.
11 апреля 1907 г. у воспитанника 1-го класса Тамбовской духовной семинарии И. Соловьева был найден подписной лист № 10 «в пользу семинариста, стрелявшего в ректора семинарии» с красной печатью революционной организации и с карандашными пометками о пожертвованиях в его пользу (по 10 копеек). При дальнейших обысках у целого ряда воспитанников 3-го класса были найдены революционные прокламации и листовки, а также два экземпляра «Устава революционной организации Тамбовских семинаристов»73.
17 сентября 11 девочек и 5 мальчиков из числа воспитанников Тамбовской фельдшерской школы «явились скопом» в здание Тамбовского окружного суда, куда были доставлены 45 политических заключенных «с целью выразить им сочувствие и учинить демократическую защиту». Две воспитанницы арестованы на месяц, остальные получили по две недели ареста74.
Секретный циркуляр директора Департамента полиции М.И. Трусевича от 14 января 1907 г. губернаторам и градоначальникам выражал обеспокоенность о неэффективности мер профилактической борьбы с инакомыслием: «Из полученных Департаментом полиции сведений усматривается, что нередко лица, высланные из данной местности в порядке п. 4 ст. 16 «Положения об охране» по причине их неблагонадежности, по приезде на новое место жительства вступают тотчас же в сношение с местными неблагонадежными лицами и оказывают им содействие в деле противоправительственной агитации. Между тем, местные власти, не имея сведений о приезде высланного, лишены возможности установить за ними своевременно должное наблюдение и тем предотвратить результаты его преступной агитации»75. На основании этого циркуляра органы полиции стали уведомлять гражданские власти о подобных лицах. Но всем было очевидно, что общественный протест был массовым и повсеместным.
Оценивая деятельность правоохранительных органов Российской империи в период с 1866 по 1917 гг., необходимо констатировать, что именно в этот период сложился действующий и сегодня алгоритм: террористический акт ведёт к ужесточению политических репрессий и обоснованию их, в том числе и необоснованных; эти же репрессии, в свою очередь, ведут к новым террористическим акциям, создают благодатную почву для них и меняют отношение общества к действиям власти. Важнейшее влияние на совершение террористических актов влияет отношение к этому общества. Именно поэтому борьба с политическим инакомыслием имеет не только превентивную функцию, но и активную.
Опыт Российской империи в последней трети XIX и первые годы XX вв. показал, что борьбу с инакомыслием можно ввести в деятельность всех сфер государства. Также было продемонстрировано, что механизм борьбы с инакомыслием своевременно подвержен корректировке и способен отлаживаться в сравнительно короткие исторические сроки (5‑10 лет).
Вместе с тем, именно тотальная борьба органов государственной безопасности с инакомыслием привела к возникновению либеральной оппозиции, принципиальному росту протестных настроений в обществе и даже поддержке террористических актов против представителей царской семьи, самодержавной власти и даже рядовых сотрудников политической полиции низшего звена. Закономерным следствием стала революция 1905–1907 гг. и последовавший за тем резкий откат в борьбе с инакомыслием. По мере того, чем более тотальными и массовыми становились меры Департамента полиции в борьбе с инакомыслием, тем более расширялось протестное движение в стране.
Принципиально заметить, что процесс видоизменения борьбы с инакомыслием самым непосредственным образом отразился и на деятельности Департамента полиции. Представители органов безопасности не только получили массированный удар по своей репутации в результате разоблачения Е.Ф. Азефа и своей практической работы в последние революционные годы. Процесс над бывшим директором Департамента полиции в 1902–1905 гг. А.А. Лопухиным больно ударил по внутренней сплоченности и мобилизованности сотрудников политической полиции.
Он закончился осуждением Лопухина 1 мая 1909 г. к пяти годам каторжных работ с лишением всех прав состояния и отставкой ряда руководящих полицейских чиновников. После этого, вплоть до развала империи в 1917 г., деятельность сотрудников Департамента полиции и секретной агентуры стала более осторожной и осмотрительной, даже при выявлении очевидных фактов антигосударственной деятельности полицейские и жандармские чиновники на местах предпочитали отыгрывать «в стол»76. При этом, в защиту А.А. Лопухина следует отметить, что наравне с борьбой с революционным движением, он в равной мере видел опасность в экономическом развитии страны и пытался активно бороться с религиозно-политическим сепаратизмом, адекватно и комплексно оценивая угрозы национальным интересам России77.
На наш взгляд, именно процесс над Лопухиным привёл к росту политического инакомыслия в структуре, единственно юридически и организационно призванной к борьбе с ним. И это резко повлияло на позиции самодержавия – всего за несколько лет прочно стоявший ещё к началу XX в. престол развалился.
Простого ответа на то, отвечала ли деятельность политической полиции национальным интересам страны или она преследовала только интересы правящей элиты, быть не может. Да, Департамент полиции успешно защищал интересы страны во многих сферах. Но именно борьба с инакомыслием в угоду сохранения действующего строя и неспособность государственной элиты этого строя к национально ориентированным реформам свела все его усилия «на нет». И в этом смысле деятельность Департамента полиции нельзя признать национально ориентированной.
Нет никаких сомнений в том, что изучение опыта борьбы с инакомыслием в Российской империи позднего периода имеет практическую ценность в работе современных органов госбезопасности.
Т.В. Иванова
г. Москва
Как свидетельствуют исторические источники, контрабанда явление давнее. Истоки зарождения и развития контрабанды, вероятно, следует искать в древние века, когда впервые была введена пошлина на ввозимые и вывозимые товары. О контрабанде в Древней Руси знали еще в X в. В древнерусском своде законов «Русская правда» уже были закреплены правила торговли, уплаты пошлин, штрафы за провоз или попытку провоза товара ухищренным способом.
На рубеже XIX–XX вв. контрабанда приобретает массовый характер. Развитие промышленности, бурное развитие железнодорожного и морского транспорта, способствовали не только значительному увеличению внешнеторгового оборота России, но в том числе создавали предпосылки увеличения объемов контрабанды через государственную границу на путях международного сообщения. Еще одной предпосылкой роста контрабанды в обозначенный период являлась жесткая протекционистская политика, а именно таможенного тарифа 1822 и 1903 гг.
Важным фактором успешного противодействия контрабанде стало совершенствование законодательства Российской империи по борьбе с контрабандой, которое реализовывалось в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных (1845 г.), таможенных уставах и других документах. Однако жестких репрессивных мер, исключительно законодательного принуждения, было недостаточно. Борьба с контрабандой осуществлялась и другими способами.
Комплекс мер экономического, политического, военного, организационного характера, проводимый на границе, соответствовавший международным нормам и стандартам того времени, финансовым возможностям страны, был призван обеспечить необходимый уровень противодействия угрозам безопасности Российской империи. На рубеже XIX–XX вв. фактически была сформирована система пропуска лиц, транспортных средств, товаров через границу Российской империи.
Законодательством при пропуске через границу лиц, транспортных средств, товаров закреплялось обязательное осуществление таможенного и пограничного надзора, а при необходимости проведение также иных видов контроля – ветеринарного, карантинного, филоксерного и других. Основным содержанием пограничного и таможенного надзора являлись экономическая и политическая функции, реализуемые пограничниками, таможенниками и жандармами в виде контрольно-разрешительных, запретительных действий. На практике, в зависимости от вида международного сообщения (морские, речные, железнодорожные пути, шоссейные и грунтовые дороги), отрабатывалась и корректировалась определенная технология пропуска через границу лиц, транспортных средств, товаров, отдельные элементы которой применяются и по настоящее время.
Таможенные учреждения были основой системы пропуска на путях международного сообщения, перед которыми стояли важнейшие задачи взимание таможенных сборов и контроль за провозом в страну «предметов, представляющих опасность с точки зрения существующего государственного и общественного строя»78, пограничная стража выступала в качестве вспомогательного элемента. С привлечением жандармских органов к пропуску через границу лиц, транспортных средств, товаров полицейские (политические) функции постепенно закрепились за жандармами, хотя повсеместное распространение такая организация политического контроля в указанный период не получила. И только при советской власти аналогичные структуры как органы, призванные защищать идеологические интересы государства, были воссозданы в новой форме, в форме пограничного контроля.
Незаконное перемещение товаров и грузов через государственную границу Российской империи на путях международного сообщения приобретало массовый характер – крупные партии контрабанды переправлялись на транспортных средствах. Контрабандными считались товары, привозившиеся незаконным путем: не указанные в таможенных документах, сокрытые от таможенного контроля, запрещенные законодательством к ввозу или вывозу, а также провозимые или проносимые мимо таможни. Так, правилами о пассажирских вещах устанавливалось следующее. Прежде чем таможенник приступал к досмотру вещей пассажира, он обязан был спросить пассажира о наличии у него товаров, облагаемых пошлиной. Если пассажир заявлял об отсутствии таковых, а при досмотре они обнаруживались, то на пассажира налагалось взыскание в размере двух третей причитающейся за эти товары пошлины. Товары, запрещенные к ввозу и необъявленные пассажиром, а также скрытые в тайниках или при себе под одеждой, в обуви и т. д., конфисковались.
Предусматривались различные санкции за перемещение через границу контрабанды, причем мера наказания определялась исходя из размера ущерба, причиненного экономическим интересам государства, то есть, разрешались эти товары к ввозу или не разрешались в соответствии с таможенным законодательством. Разрешенные к провозу в страну товары подразделялись на пошлинные и беспошлинные. Контрабанда беспошлинных наказывалась денежным взысканием 10 % от стоимости товара без конфискации; при вывозе за границу пошлинных товаров – 5-кратной пошлиной, без его изъятия, а при ввозе – взысканием в том же размере и его конфискацией. За контрабанду запрещенных товаров – его двойная стоимость, а товар изымался.
Согласно Таможенному уставу 1904 г. в случае, если «провозитель» «доказывал» хозяина товара, то наказанию подвергался хозяин, а «провозитель» платил штраф в размере 30–60 рублей79. Если контрабандист оказывался несостоятельным, он подлежал аресту и тюремному заключению. Меры наказания предусматривали также выселение из пограничного района, конфискацию частных средств передвижения (скот, упряжь, повозки) или возвращение казенных после оплаты их оценочной стоимости, ссылку на каторжные работы, длительные сроки тюремного заключения к тем лицам, кто занимался квалифицированной контрабандой, в составе группы, в том числе и вооруженной, оказывал сопротивление при задержании. Очевидно, что были причины и для следующей правовой нормы: «Никто из таможенных чиновников, равно офицеров и низших чинов пограничной стражи, не вправе наказывать телесно контрабандистов и кого бы то ни было из лиц, не принадлежащих к таможенному ведомству»80.
Устав 1904 г. давал право пограничной страже и таможенному надзору в целях предотвращения незаконного перемещения грузов и товаров в страну (из страны) производить в пограничной полосе шириной в 875 саженей от границы обыски и выемки в домах и других жилых помещениях пограничных губерний Царства Польского, где контрабандный промысел процветал. Наделял их теми же правами, какие были установлены для полицейских чинов, заменявших судебных следователей в производстве следственных действий.
Таможенный устав 1910 г. уточнил некоторые вопросы борьбы с контрабандой, предоставив органам таможенного надзора самостоятельно проявлять инициативу в производстве обысков и выемок контрабандных товаров в пределах 100-верстной полосы от линии сухопутной границы и морских берегов, с участием полиции, а за ее пределами – с помощью мировых судей, судебных следователей и полиции.
Увеличение преступлений, связанных с контрабандой, в конце XIX – начале XX в. было вызвано и тем, что сопредельные государства в своем экономическом развитии достигли более высокого уровня по сравнению с Россией. Так, бывший пакгаузный надзиратель Кретингенской таможни С.Р. Минцлов по этому поводу заметил: «Никакие грозные приказы и усилия штатов и окладов пограничной стражи и таможенной охраны не прекратят потока контрабанды, льющегося из Пруссии; и что есть только одно единственное, но совсем другое средство прекратить ее – надо стать в один уровень культуры с Германией. Контрабанда – точный показатель степени перевеса культурности одной страны над другой… В Австрию и Галицию контрабанда велась даже из России, а это вернейшее указание на совсем плохие дела у соседа»81.
Значительное внимание правительство уделяло вопросам расширения сил и средств, привлекаемых для борьбы с контрабандой, и выработке комплекса мер по ее предотвращению, в том числе и улучшению оперативной работы. Так, 13 мая 1906 г. было принято решение об установлении взаимного обмена между таможенным ведомством и пограничной стражей агентурными сведениями о предполагаемой контрабанде. Списки контрабандистов издавались типографским способом, регулярно обновлялись и рассылались в таможенные учреждения, структурные подразделения ОКПС. Вместе с тем, эффективность от реализуемых мер не всегда оправдывала немалых государственных затрат – «зачастую ввоз контрабанды лишь только ослаблялся. Задерживали контрабанду случайно, и гораздо большее значение имели задержания по доносам».
Очевидно, что характер контрабандных товаров определяли, в том числе, социально-экономические и политические условия, сложившиеся в России в начале XX в.
В связи с революционными событиями 1905 г. в стране огромный поток контрабанды, оружия, антиправительственной литературы, нерегулируемая массовая эмиграция захлестнули границу. И наиболее широко для нелегального проникновения использовались пути международного сообщения.
Незаконное перемещение из-за границы оружия приобретало угрожающие масштабы. Особенно усложнилась обстановка на границе с Финляндией. Финские таможенники достаточно лояльно относились к революционерам и потворствовали их деятельности. Такое положение было вызвано политикой, проводимой царским правительством по ликвидации финской автономии. В 1905 г. высочайше повелевалось о воспрещении ввоза оружия из-за границы и из Великого княжества Финляндского. В связи с этим, появился циркуляр Министерства внутренних дел о взыскании за хранение запрещенного к ввозу оружия. Затем последовали распоряжения от Министерства финансов таможенным учреждениям о том, что они немедленно должны докладывать о лицах, задержанных с оружием, местным полицейским властям, независимо от привлечения этих лиц к ответственности.
Усиление контроля за провозом через границу печатных материалов, оружия, взрывчатых веществ, боеприпасов было мерой, адекватной той реальной опасности, которая возникла для существовавшего политического строя империи. Согласно законодательству Российской империи, контроль за провозом оружия и боеприпасов возлагался на таможенный надзор, вне пределов таможни – на чинов ОКПС, но самое деятельное участие в этом принимали жандармы. По своей сути функции жандармов были направлены на защиту политических интересов государственной власти и в конце XIX – начале XX вв. стали приобретать приоритетное положение.
Полицейские функции осуществляли и пограничники, и таможенники. Уже в указании Департамента таможенных сборов от 12 марта 1881 г. содержалось требование к таможням наблюдать за ввозом взрывчатых веществ «не только в форме ручных бомб, но и в других видах, как-то: детских игрушек, букетов искусственных цветов и проч.»82. В таможенном циркуляре от 19 декабря 1895 г. сообщалось, что «тайно водворяемые из-за границы революционные издания заделываются, между прочим, в дешевые гипсовые и гончарные изделия, пересылаемые затем легальным путем через расположенные вдоль нашей границы таможенные учреждения»83.
В условиях все более усложнявшейся политической обстановки для стабилизации положения предпринимались меры, направленные на усиление пограничного режима и режима государственной границы.
Министерство внутренних дел силами жандармов и полиции проводило целостный комплекс мер по охране границы, в том числе и по борьбе с нелегальной деятельностью через границу, розыску лиц, обеспечению общего порядка. Но жесткий контроль, осуществляемый ведомствами, не уменьшал потока нелегальной литературы, а проникновение в Россию революционных материалов, оружия, боеприпасов продолжалось накануне и во время Первой мировой войны. Для обсуждения мер против незаконного ввоза оружия и политической контрабанды было созвано Особое совещание под председательством министра внутренних дел действительного статского советника Н.А. Макарова и при участии представителей Департамента полиции Министерства внутренних дел, Департамента таможенных сборов Министерства финансов, Отдельного корпуса пограничной стражи.
По распоряжению П.А. Столыпина была образована Особая комиссия. В журнальном постановлении Особой комиссии (заседала 10, 17 и 24 февраля 1907 г.) одним из важнейших мероприятий по борьбе с водворением оружия в Россию назывался обмен получаемых сведений о контрабанде между местным начальством пограничной стражи и таможенным ведомством. Мероприятие это приобретало особое значение при получении заявлений о предполагаемом водворении из-за границы оружия, когда солидарность в действиях ведомств, на которых законом были возложены специальные обязанности вести борьбу с контрабандой, становилось еще более необходимой84. Комиссия также признала необходимым командировать в районы, через которые усиленно водворялось оружие, политическая контрабанда, межведомственные комиссии, в составе которых присутствовали представители Департамента таможенных сборов, Департамента полиции, ОКПС и чины от соответствующих таможенных округов и бригад пограничной стражи. Комиссия отмечала, что «таким путем необходимо объединить негласное наблюдение, которое ведется ныне совершенно обособленно всеми тремя ведомствами, то есть таможенниками, пограничной стражей и органами Департамента полиции»85.
Межведомственная комиссия сделала выводы о необходимости поощрения участвующих в поимке оружия доносителей и лиц, его задержавших, выдачи немедленно особого вознаграждения по числу задержанных предметов. Необходимо было принять непосредственные меры против тайного ввоза оружия: соединить телеграфной сетью кордоны пограничной стражи, таможенных учреждений, рогаток, помещений пограничных жандармских властей, возобновить действие железнодорожных отрядов пограничной стражи, чтобы пограничники несли службу во взаимодействии с чинами Отдельного корпуса жандармов (ОКЖ), упорядочить движение по легитимационным билетам.
Кстати, возвращаясь к выяснению наиболее опасных мест проникновения оружия через западную сухопутную границу, представители ОКПС заявляли, что «такими местами представляются те таможенные учреждения на черте границы, рогатки, через которые производится особо оживленное пешеходное сношение местного приграничного населения в больших размерах»86.
Комиссия признавала необходимым установление особой тайной агентуры при местных начальствах пограничной стражи, по примеру жандармских управлений. Что же касалось создания подобной агентуры при таможенных учреждениях, то управляющие таможен считали такую задачу невыполнимой.
Один из главных выводов, сделанных комиссией, заключался в необходимости достижения единства действий этих ведомств в деле борьбы с тайным ввозом оружия. Для этого требовалось установить четкий порядок обмена сведений по передвижению или хранению в России оружия.
Комиссия рекомендовала, чтобы пограничники, таможенники и жандармы «в периоды времени, обусловленные на местах, собирались вместе для обсуждения вообще мер, кои по местным условиям могут быть приняты для борьбы с контрабандой, а равно для выработки наиболее целесообразных в данной местности практических приемов по розыску провозимого оружия»87.
Необходимость установления тесных контактов между ведомствами была очевидна, чему способствовала общность задач, выполняемых ими по обеспечению экономической и политической безопасности государства.
В июне 1908 г. межведомственная комиссия, которая была учреждена из представителей Департамента таможенных сборов, Отдельного корпуса пограничной стражи и Департамента полиции подготовила предложения для выработки инструкции о единстве действий чинов названных ведомств для борьбы с тайным провозом оружия и контрабандных товаров. В результате взаимоотношения ОКПС с ОКЖ определялись в рамках проведения совместного розыска лиц и согласования вопросов по ведению оперативной деятельности «при руководстве поимкой лиц, занимавшихся контрабандой оружия и товаров».
Ведомства создали систему немедленного информирования друг друга, предопределили отдельные направления взаимодействия: взаимное представление информации, согласование действий по пропуску, издание совместных распорядительных документов и др. Межведомственные комиссии и различные совещания корректировали деятельность по вопросам организации пропуска через государственную границу.
Усложнение задач по предотвращению угроз национальной безопасности Российской империи требовали объединения усилий пограничной стражи, таможенников и жандармов в пунктах пропуска на путях международного сообщения, о чем и были сделаны выводы Особой комиссией, а затем подкреплены результатами работы межведомственных комиссий. В целом уже на рубеже веков завершилось формирование основополагающих начал охраны государственной границы.
Практическому воплощению решений межведомственной комиссии помешала Первая мировая война. Но и сегодня выработанные рекомендации звучат не менее актуально. На всех исторических этапах становления и развития России борьба с контрабандой на границе являлась государственным делом. Определенные исторические аналогии деятельности по установлению законности пересечения границы лицами и транспортными средствам, перемещения грузов и товаров достаточно четко просматриваются между нынешними реалиями и Российской империи рубежа XIX – XX вв. Именно под этим углом зрения можно говорить о принципиальной сопоставимости этих периодов, при всех естественных скидках на огромные изменения, происшедшие за этот временной отрезок.