– Ваши документы, – сурово потребовал привратник. Развернув студенческие удостоверения, маг скрупулезно проверил печать ректора и только потом начал читать. – Кто из вас Урр-Бах? – спросил маг.
– Я, – тролль ударил себя кулаком в грудь. – Я лучший ученик шамана, он сказал, такого умника надо учить только в Эркалоне, в Академии. И дал много золота на учебу, – Урр-Бах посильнее оттопырил нижнюю губу, и надул щеки.
– Я его понимаю, – тихо проворчал маг. – Никакого золота не жалко. Сколько раз говорил на совете – пора вводить строгий отбор и для алхимиков, а не только в карман заглядывать. Уже и гоблины с троллями появились.
– Бумажка правильная? – поинтересовался Урр-Бах. – Я много золота за нее отдал.
– У обоих правильно, – маг вернул документы. – Иррисель, какого Рхыза ты пялишься на своих товарищей? – маг обернулся в сторону молоденького эльфа, который не мог дождаться, когда можно будет поведать однокашникам о появлении этой парочки. Эта новость будет покруче, чем бухой магистр Триссер на вчерашней лабораторной по зельеварению. Начальство смотрело на выходки Триссера сквозь пальцы, справедливо полагая, что лучшие перегонные кубы в Эркалоне иногда надо загружать и чем-то полезным. Половина преподавателей была ценителями его трудов, благо, общительный маг никогда не жадничал.
– Господин Гиспер, я просто жду ваших указаний, – нашелся эльф.
– Вот тебе указания: отведешь новичков в общежитие, комнату дашь на третьем этаже. Потом покажешь, где столовая, библиотека и твой факультет. И попробуй только задержаться на лишнюю минуту, – грозно добавил маг.
– На третьем нельзя, я высоты боюсь, – Урр-Бах замотал головой. – Только на первом или втором. И чтобы окно было, мне без деревьев плохо. Привратник хмыкнул. Ничего такого о троллях он раньше не слышал, но возражать не стал. Мало ли что случится, вдруг тролль от страха озвереет и начнет бросаться на студентов?
– Тогда пусть живут возле запасного выхода в конце коридора, – распорядился Гиспер. – И проследи, чтобы новички ознакомились с правилами Академии. Эльф почтительно кивнул и с высоты второкурсника посмотрел на напарников:
– Идите за мной!
Как оказалось, длинное трехэтажное общежитие не пользовалось популярностью у студентов. Там жили будущие маги из простонародья, у которых не было средств снимать жилье в столице. Как объяснил провожатый, им еще предстояло расплатиться с государством за годы учебы, хорошо, хоть проценты не требовали. Две трети общежития составляла мужская часть, остальную занимали девушки. Кархи первым делом выяснил, что эльфиек среди них не было. Урр-Бах же вздохнул с облегчением. Одной заботой меньше.
Приятели оставили по небольшой сумке с вещами в довольно просторной комнате, рассчитанной на двоих. Пара столов и стулья пребывали в весьма приличном состоянии, как и светильники. Последние, к радости друзей, оказались магическими. Академии подобное расточительство ничего не стоило, артефакты изготавливали и заряжали студенты, а риск пожара свелся к минимуму. Иррисель показал, как ими пользоваться. Для активации светильника нужно было лишь подержать палец на кристалле. Таким же образом он и гасился.
Студенты удивленно смотрели на друзей, за спиной сыщиков то и дело раздавались смешки и шутки, пока эльф вел их к зданию факультета алхимии. Фантазия архитектора Академии оказалась явно не на высоте, поэтому алхимикам достался огромный кирпичный куб, весьма смахивающий на увеличенную копию их основного инструмента, о чем Кархи тут же и поведал троллю.
– У моего дяди самогонный аппарат такой же формы. Правда, шнапс получается отвратный, башка трещит после него, словно кирпичом по голове приголубили. Кстати, как насчет пойла? – обратился гоблин к эльфу. – Здесь обучают варить правильный горлодер?
– Тем, кто здесь учится, он не нужен, – сообщил Иррисель. – Они могут позволить себе умываться "Лесным дятлом" каждое утро.
– И ты тоже? – поинтересовался Урр-Бах.
– Пока нет, папаша жмот – каких свет не видывал, каждый медяк считает.
– Ух, ты, эльфийки! – Кархи ткнул в стайку разодетых девушек, одежда которых больше показывала, чем скрывала. – Раз, два, три… – принялся считать гоблин. – Восемь! А там еще пять. Да у вас тут целый эльфийский цветник!
Иррисель с кислым видом слушал Кархи, не решаясь в присутствии тролля сказать пару резких слов. Наконец, не сдержался:
– Можешь сколько угодно на них облизываться, но они тебя и близко к себе не подпустят. По ним половина курса сохнет. – И отнюдь не гоблинов.
– Я не дерево, чтобы сохнуть, да и "Третий глаз" всегда найду, если в горле пересохнет, – парировал Кархи. – И, вообще, перед тобой самый утонченный гоблин в Эркалоне. И чистоплотный, – Кархи подошел к фонтану, достал яблоко из широкого кармана штанов и изящно помыл его в кристально чистой воде.
– Хрум! – гоблин заработал челюстями. – Веди к начальству правила читать, – с первым я уже знаком, – Кархи кивнул на табличку у фонтана. "Господа будущие маги, не кормите рыбок в фонтане. Поверьте, их хорошо кормят".
– Ого! Крупные какие! – Урр-Бах подошел к небольшому бассейну и залюбовался шустро снующими золотыми рыбками размером с упитанного карася.
– Советую их не трогать! – сообщил Иррисель. – Их разводит магистр Оссура, он из боевых магов.
– За такую закуску и я бы вывернул, кого хочешь, мехом внутрь, – одобрил Урр-Бах. – А у вас, я смотрю, все как у нормальных троллей. – Как насчет драк? Любите помахать кулаками после доброй выпивки, кровь разогреть?
– Машет руками только простонародье, – презрительно отозвался эльф. – У нас выясняют отношения только на дуэли.
– Дикари! – вынес вердикт тролль. – Вы же убить железками можете! А от доброго кулака по морде только синяк будет. Эльф посмотрел на кулаки Урр-Баха и нервно возразил:
– Лучше на шпагах. Маги могут еще и магические дуэли устраивать. Не студенты, конечно.
Декан факультета алхимии Парассилиэль, эльф с мрачным взглядом и плотно сжатыми бледными губами лет за пятьдесят, с хмурым видом еще раз просмотрел документы, велел секретарю внести имена друзей в список студентов первого курса, и принялся заунывным голосом перечислять многочисленные запреты для учащихся. Никаких оргий, драк, приставаний к девушкам, полное послушание преподавателям, прилежность в учебе и прочая муть. Урр-Бах широко зевнул, и еще раз тупо кивнул, гадая, когда же закончится это словоизвержение. Шаман во время обряда прощания с покойником не так сильно наводил тоску, как этот эльф. Откуда такая кислая рожа? То ли надышался за столько лет разной дряни в своей лаборатории, вон, и цвет лица нездоровый. Нет, алхимия точно не для троллей. Пусть эльфы и гномы сами гробят здоровье.
– … надеюсь, вы поняли, что Академия щедро делится знаниями только с прилежными и воспитанными студентами? – закончил монолог эльф скрипучим голосом.
– Разумеется, господин декан, – сказал Кархи, по третьему разу рассматривая интерьер кабинета. Стены скрыты книжными полками, за спиной главы факультета крепкий шкафчик. Гоблин подозревал, что непривычный для эльфа голос декан получил после дегустации особенно крепкого зелья. На его памяти один безмозглый гобл хлебнул неразбавленный самогон и стал скрипеть точно также.
Эльф позвал Ирриселя, который покорно ждал новичков в коридоре, уже успев пустить слух о двух болванах на первом курсе.
– Иррисель, проводи студентов в столовую и позаботься, чтобы им выдали учебники и тетради для лекций. И проследи, чтобы они узнали расписание занятий на завтра. Провожатый с тоской кивнул – прощай еще два часа убитого времени.
– Советую вам, юноши, – декан кхекнул, – не опаздывать на лекции. Многие наши уважаемые преподаватели этого очень не любят. Не надо осложнять себе будущие экзамены. Кстати, в конце каждого месяца триместра студенты сдают зачеты. Это не дает им расслабляться и укрепляет в памяти пройденный материал. Надеюсь, вы станете достойными представителями эркалонских алхимиков, – в голосе эльфа прозвучало неприкрытое сомнение напополам с издевкой. Урр-Бах решил не остаться в долгу и, поклонившись, торжественно сказал:
– Мы сделаем все возможное, чтобы наши портреты висели в коридоре факультета.
– Моим именем назовут новый эликсир, – пообещал Кархи.
– Для начала, постарайтесь сдать экзамены за первый триместр, – грубовато ответил эльф. – А теперь ступайте и готовьтесь к учебе. Надеюсь, писать и читать вы можете?
Иррисель слушал разговор, внимательно запоминая слова, чтобы потом поведать о нем своим дружкам. Похоже, эти двое смогли уязвить непробиваемого Скрипуна.
– Мне он понравился, – громко сообщил Кархи троллю, идя за Ирриселем. – Надеется на нас. Урр-Бах, ты готов обессмертить свое имя?
– Только в глубокой старости, – отозвался тролль, косясь на высокую статую основателя Академии, установленную посреди площади у главного здания. Где-то наверху стройной высокой башни сейчас сидел Сертоний и думал об артефакте. Или пил вино с симпатичной студенткой. Рядом стояло приземистое здание библиотеки, хранилища которой располагались, в основном, под землей, подальше от сухого воздуха и безалаберных студентов. Как пояснил Иррисель, многие отделы библиотеки были доступны только магам. Особо ценные труды могли читать лишь избранные, по особому разрешению ректора.
– Привет, девчонки, – крикнул Кархи стайке эльфиек, выходящих из хранилища знаний. – Не подскажете, где искать кафедру вербальной магии?
Эльфийки прошли мимо гоблина, проигнорировав вопрос.
– Гордячки, – умиленно произнес Кархи, разглядывая попки красавиц.
– Что тебе опять взбрело в голову? – с подозрением спросил тролль. – Какая-то вербальная магия. Мы здесь не за этим.
– Шептуны сидят на втором этаже стихийников, – подсказал Иррисель, с любопытством глядя на гоблина.
– Зачем они тебе?
– Да, так, знакомого одного ищу, – отмахнулся Кархи. – Хорошо бы перекусить.
◆◆◆
Громкий удар гонга, раздавшийся в общежитии, сообщил студентам, что через час начнутся занятия. Урр-Бах, позевывая, толкнул гоблина и начал одеваться. Пока Кархи застегивал пуговицы на любимом желтом жилете поверх розовой рубахи, тролль взял одну из двух кожаных сумок, которыми их снабдили вчера, и засунул в нее пару тетрадей и учебник по начальной алхимии. Второй экземпляр друзья единодушно решили забрать домой, чтобы пополнить библиотеку. Подобные книги в Эркалоне не продавались, хотя ничего тайного в них не было. Просто власти считали, что эта мера снизит число фальшивомонетчиков, хотя для того, чтобы покрыть свинец золотыми пластинками, оканчивать Академию было вовсе не обязательно.
Зайдя по дороге в столовую, где студенты бесплатно могли взять перекусить без изысков, и прихватить пирожки и дешевые фрукты, напарники пошли к корпусу алхимического факультета. В него уже спешили студенты, до начала занятий, судя по еще одному удару гонга, осталось пять минут.
Просторная аудитория на втором этаже, с расположенными амфитеатром скамьями и небольшими столиками для письма, оказалась заполнена многочисленными студентами в дорогой, а зачастую, даже броской одежде. Правда, скромный, лимонного цвета жилетик Кархи вместе с дешевыми ярко-синими штанами, совсем не потерялся среди пестрых нарядов собравшихся. Заняв пустующие места в середине аудитории, друзья, по примеру остальных, выложили тетради. Чернильницы были вделаны в столешницы и предусмотрительно заправлены.
Невысокий седой старичок вошел в аудиторию и рассеянно поздоровался со студентами. К удивлению друзей, все дружно встали и вежливо поприветствовали лектора, господина Симлиса. Опускаясь на скамью, Урр-Бах шепнул гоблину:
– Сидим тихо, мы и так чересчур заметны.
Кархи кивнул и со вздохом раскрыл тетрадь. Тролль окунул перо в чернила и приготовился писать. Вернее, писать он как раз и не собирался, не для того он пошел в сыщики, но пару-другую мыслей старого алхимика записать стоило, чтобы при случае ввернуть их в разговоре с клиентами. Урр-Бах вообще решил при случае записывать в этом рассаднике знаний самые умные фразы, так сказать, афоризмы умнейших преподавателей Академии.
Лектор слегка кашлянул и произнес слабым голосом:
– Итак, уважаемые господа, продолжим нашу в высшей степени интересную беседу об условиях сбора и приготовления алхимических ингредиентов. В прошлый раз мы говорили о минералах, сегодня же обратим наш пытливый взор на растения, это мощнейшее, без всякого преувеличения, оружие в руках знающего алхимика. Будьте добры, запишите, что большая часть трав в виде кореньев собирается только при определенной фазе луны, а при сборе особо сильных, вроде эльфийского изумрудного остролиста или лилового дурманника, нужно учитывать еще время кульминации звезды Алхимика, и соединения трех главных планет: Гилары, Фермора и Ариллы. Квадрант, в котором наблюдаются сии светила, и учет их астральных проекций, позволит выжать из растений всю силу, которую им даровали боги, а если еще знать и стихию собираемой травы, то…
Урр-Бах, не привыкший к тараторенью лекторов, отложил перо сразу после слова "луны", и во все глаза глядел на говоруна. Он и не подозревал, что пальцы Б'Урр-Хырра, а именно так тролли называли пять самые яркие звезды на небосклоне, оказывается, умеют собираться в квадрат. Про то, что они соединяются, знал даже самый тупой тролль, достаточно было поднять ночью глаза на небо. Перед весенним половодьем Б'Урр-Хырр соединял вместе на востоке сразу три пальца, предупреждая своих детей об опасности. Осенняя пятерня бога радовала троллей больше всего, и пиво в это время лилось из бочек полноводной рекой. Первая бочка пива из солода нового урожая сбрасывалась шаманом в реку, чтобы и создатель троллей отведал чудесного пенящегося напитка, и был добр к своим детям до следующей осени.
Пока тролль соображал, как можно свести пальцы Б'Урр Хырра в квадрат, Кархи разглядывал эльфиек. Красавицы расположились в первом ряду и тихо болтали между собой, не утруждая себя писаниной. Как подметил гоблин, лекции записывала, от силы, половина студентов, остальные старались найти занятие поинтереснее. Кархи сделал пометку в тетради: "К старому грибу пришли одиннадцать". Потом выбрал из почти дюжины эльфиек самую красивую: темно-бронзовые волосы, пушистые ресницы, изящные ушки слегка оттопырены как у маленького гоблиненка, а темно-зеленое платье очень гармонировало с изумрудными глазами, и начал рисовать с натуры, опуская ненужные детали вроде одежды. Получилось неплохо. Чтобы и остальных не обидеть, гоблин запечатлел и их, уверенной рукой выводя волнующие изгибы и выпуклости. Не успел Кархи опомниться, как увидел на бумаге свою физиономию в окружении обнаженных красавиц. Откуда взялся он сам, гоблин совершенно не помнил, но оказалось очень приятно.
– Кархи, ты что творишь? – рассерженный тролль отнял у друга перо и кивнул на уходящего лектора. Старичок закрывал дверь, все также рассеянно улыбаясь.
– Так быстро? – удивился гоблин.
– Час прошел, неужели гонг не слышал?
– Я рисовал подозреваемых в краже артефакта, – заявил Кархи.
– А одежду куда дел? – хмыкнул тролль, сравнивая рисунки с встающими оригиналами. Надо признать, у гоблина был острый глаз художника или сутенера, словно обнаженные эльфийки позировали прямо перед Кархи.
– Если одна из этих цыпочек вздумает вынести артефакт под одеждой, я тут же замечу, – отозвался гоблин. – Ты знаешь, по-моему, вон, у той темноволосой милашки, левая грудь чуть ниже правой, дай-ка я поправлю. Не удивлюсь, если она фехтует левой рукой, причем часто. Удивленный тролль схватил щуплого парнишку, проходящего мимо, и спросил:
– Приятель, вон та черненькая худышка, случайно, не фехтует?
– Кассара? Она лучшая рапирщица курса, – ответил боязливо парень.
– Спасибо, – Урр-Бах отпустил плечо студента и с уважением посмотрел на приятеля:
– Кархи, ты становишься профессионалом сыска. Гоблин выпятил грудь и про себя отметил, что, пожалуй, и та беловолосая цыпочка в бирюзовом платье тоже часто работает левой рукой.
– Так, какая следующая лекция на очереди? – тролль широко зевнул.
– Теоретические основы элементарной магии, – отозвался Кархи, заглянув в бумажку с расписанием. – Будем учиться магичить эльфиек…, – гоблин осекся. Какой же он недоумок! Находиться в лучшей Магической Академии Каэры и забыть о приворотных зельях! Настоящих, которые действительно работают, и если не влюбляют, то, хотя бы, вызывают симпатию. В университетской библиотеке наверняка должны валяться целые книжки с проверенными веками и поколениями магов любовными рецептами. Осталось только протянуть руку и незаметно выдрать из книжки рецепт попроще.
– Слышь, Урр-Бах, ты посиди на лекции без меня, мне в библиотеку смотаться надо, давно мечтал глянуть на горы книжек. Даже не верится, что на свете есть такое. Заодно, по артефактам книжку поищу, мы, как-никак, специалисты, должны отличать деревенский амулет от дурного глаза от сильных амулетов и артефактов магов.
– Тайком только не выноси, – предупредил Урр-Бах. – Может, и мне с тобой пойти? Теория магии мне неинтересна, от нее может крыша съехать, помнишь статью о свихнувшемся чародее в "Досуге без косяка"?
– Заткни уши или изучай свои этюды по мирту, – замахал руками гоблин. – Кто-то должен же мозолить глаза окружающим, особенно в первые дни.
Урр-Бах покорно схватил свою сумку и пошел за студентами в другую аудиторию. Тролль потихоньку присматривался к окружающим, пытаясь освоиться в новой среде, в которой прячется преступник. Разумеется, он был не из эльфиек, которых старательно раздевал на бумаге беспутный гоблин. И, вообще, искать вора следовало среди молодых магов-преподавателей. Эта публика охоча до денег и власти, и среди них всегда можно найти несколько негодяев. Во всяком случае, так полагал тролль. Свое мнение он составил как из рассказов деревенского шамана, которому приходилось сталкиваться с городскими выскочками, так и из статеек эркалонских бульварных газет, регулярно живописующих о дебошах, склоках и махинациях в среде магов. Магия вполне сочеталась с алчностью и беспринципностью, не переставая удивлять этим философов Каэры.
Кархи быстро добрался до библиотеки и, приняв по возможности робкий вид студента-первокурсника, подошел к пожилому библиотекарю, грозно поглядывающему из кустистых седых бровей на ряды столов, за которыми старательные студенты конспектировали труды известных магов. Особенно поразила гоблина высоченная стопка толстых книжек в переплете одинакового серого цвета, под сенью которой приютился парень в очках.
– И среди магов бывают графоманы, – вслух отметил Кархи. – Решил накропать еще одну книжку по магии? Бутылка чернил на магическое рыло, запираем в комнате, и пиши о чем хочешь. Тогда в Эркалоне будет больше дельных книжек и молока с шерстью. Сколько пергамента сэкономим. Задумавшийся библиотекарь, было, кивнул, но потом опомнился, с удивлением увидел гоблина, и строго воззрился на него.
– Вы по какому вопросу, молодой, э, гоблин?
– Я студент, учусь на алхиме и хочу припасть к неисчерпаемой кладези мудрости сего хранилища знаний, господин верховный библиотекарь Эркалона, – скромно и торжественно объявил Кархи.
Хранитель пыльных фолиантов порозовел. Как оказалось, быть верховным библиотекарем страны не менее приятно, даже когда тебя так называет гобл, а не коллеги.
– Просто господин библиотекарь, – поправил он гоблина после долгой паузы. – Что вы хотите?
– Моя будущая специализация – зельеварение и борьба с шарлатанами, – ответил Кархи. – В Эркалоне куча мошенников, которые толкают разную гадость под видом приворотных зелий и порочат честных алхимиков. Дайте мне, пожалуйста, несколько уважаемых трудов по приворотным зельям, я хочу подготовить доклад на эту тему. Еще мой друг попросил книжку по артефактам, что-нибудь попроще. Он плохо читает.
– Тоже гоблин? – понимающе улыбнулся архивариус. – Весьма похвально, что, наконец, и гоблины поняли, как важны знания.
– Вообще-то он тролль, но алхимию любит больше пива. – Спать не может, пока не прочтет хотя бы полстраницы из учебника. Только понимает маловато, зато над книгами прямо трясется, чуть не пылинки с них сдувает.
– Весьма похвально, этому не помешало бы научиться и представителям более умных рас, – библиотекарь еще раз подозрительно осмотрел зал. Студенты сидели тихо, бесшумно листая книги и прислушиваясь к разговору Филина с гоблом. Такой кличке библиотекарь был обязан круглым светло-карим глазам, острому зрению и способностью бесшумно появляться в тот момент, когда очередной оболтус небрежно заминал страницу особо нудного трактата, чтобы в следующий раз быстро ее найти. На таких старичок налетал с громким клекотом и обычно добивался, чтобы нарушитель месяц отрабатывал в переплетной мастерской при библиотеке.
Через несколько минут Филин вернулся с тремя книжками. – Труд Нуихериуса Лесного "Тайны любовных напитков. Учет темперамента и социального положения клиентов" считается классическим по данной тематике и знаменит наиболее эффективной рецептурой, – пропыхтел библиотекарь. – Обращаю ваше внимание, что эту книгу студентам запрещено выносить за пределы библиотеки, – Филин показал на небольшой фиолетовый треугольник в верхнем правом углу обложки. – "Песни эльфийских трав" Периэли Травницы помогут подготовить вам исчерпывающий доклад по этой теме, а для вашего тролля я нашел "Артефакты и амулеты для начинающих артефактников. История, теория и практика. Том первый". Остальные тома могут читать только слушатели магических направлений, – библиотекарь развел руками. – Но и этого вполне хватит, чтобы научиться разбираться в этом вопросе. Надеюсь, он также бережно относится к книгам, как и вы? – неожиданно поинтересовался Филин.
– Его первый букварь до сих пор выглядит как новый, – поспешно сообщил гоблин, прикидывая, как "потерять" эти полезные в хозяйстве книжки. Вариант выдирания обложек и приклеивания к ним страниц из старых ненужных книжек выглядел весьма заманчиво при условии возврата книг во время дежурства другого библиотекаря.
– Благодарю вас, господин главный библиотекарь! – Кархи довольно кивнул и поспешил к столику у окна, чтобы поскорее найти заветный рецепт.
К большой досаде гоблина, "Песни эльфийских трав" оказались написаны на эльфийском. Как ни старался Кархи разобраться в каракулях старой ведьмы, из знакомых слов он нашел лишь: "вода", "вскипятить", "луна", "полкувшина "Шепота штольни". Для чего старухе эльфийке понадобился гномий горлодер, Кархи так и не разобрался, то ли сделать настойку из неизвестной ему травы, то ли напиться, чтобы наверняка подействовало зелье.
Громко захлопнув никчемную книжку, гоблин с хмурым видом раскрыл нетленку Нуихериуса Лесного. Маг, слава болотным духам, оказался вполне вменяемым, во всяком случае, советы по подготовке путей бегства от неблагодарных клиентов выглядели правдоподобно и описывались со знанием дела. Рецепты тоже не подкачали, точно и по делу: сколько и чего брать, сколько отваривать, выпаривать или мешать, сила воздействия, рекомендуемая стоимость, побочные действия и процент летального исхода. Правда, ингредиенты оказались дороговаты из-за малой доступности. Гоблин перелистал не один десяток страниц, прежде чем нашел подходящий рецепт без многочасового выпаривания крови кошки, пойманной в разгар весны, или прочей подобной дряни.
Приглянувшийся Кархи рецептик начинался словами: "Простой и надежный рецепт от древних эльфийских жрецов из недорогих ингредиентов, имеющихся в любой университетской лаборатории и доступный даже начинающему алхимику. Средняя эффективность, без неприятных симптомов и ущерба здоровью. Необходимо взять…".
Кархи воровато оглянулся – библиотекарь как раз повернулся спиной к нему, чтобы забрать у очкарика памятную стопку одноцветных книг. Никто на гоблина больше не смотрел, поэтому он незаметно вытащил метательный нож и острым лезвием срезал нужную страницу у корешка. Переписывать длинный список непонятных ингредиентов, пусть их и легко спереть из лаборатории, совершенно не хотелось. Кархи побоялся, что может где-то ошибиться и тогда вместо пламенной страсти эльфийка выльет на него ушат презрения или, что еще хуже, вывернет ее наизнанку.
Зелья – дело опасное, не зря столько места в книжке уделили отходным путям, выбору удобной обуви для длительных пеших путешествий и приемам самообороны вроде выплескивания настойки подорожника на самогоне в глаза недругу или элементарному удару поленом в зубы, предварительно вымоченным в отваре из трех трав. Травы были незнакомыми, звучали чуждо и даже неприлично. Это напомнило гоблину передачу по маговизору, где шаман Зеленый Дым заговаривал кирпич. Приемы были весьма похожи, что внушало уверенность в действенности рецепта.
Гоблин убедился, что отсутствующая страница незаметна в закрытой книжке и спокойно сдал труды Нуихериуса и Периэли. "Терять" их он передумал, самый надежный и простой рецепт уже лежал в кармане, а книжку эльфийской травницы Кархи не согласился бы использовать даже в самых прозаических целях, потому что привык при этом читать более интересные вещи вроде объявлений и криминальных хроник. Сунув книжку про артефакты в сумку, гоблин решил запастись пирожками, чтобы высидеть последнюю лекцию, а заодно приободрить приятеля, который мучался на непонятных ему лекциях.
Урр-Бах действительно провел не самым приятным образом время в отсутствие напарника. На вторую лекцию заявилась высокая магичка со строгим взглядом холодных светло-серых глаз, худощавой фигурой, идеально прямой спиной и внушающей почтение аурой, которая заставляла склоняться в приветственном поклоне даже самых наглых. Урр-Бах не сомневался, что помимо этого, суровая тетка при необходимости легко сможет использовать какое-нибудь неприятное для ее обидчика заклинание.
– Всем – добрый день, и советую проснуться тем, кто задремал на лекции почтенного Симлиса, – произнесла магичка. – Вирнэль, платье у вас и впрямь сегодня чудесное, но советую все-таки на будущее вырез делать выше, а ткань – потолще, чтобы студенты вокруг вас смотрели на меня, а не пялились на ваши соски.
Эльфийка, больше всех приглянувшаяся Кархи, вспыхнула как девчонка и с яростью вылетела из аудитории.
– Отлично, и смазливые, оказывается, понимают иногда намеки, – магичка окинула строгим взглядом притихших студентов и встретилась с глазами Урр-Баха.
– У нас новенький? К тому же и тролль. Замечательно, надеюсь, со временем вы станете деканом факультета алхимиков и научите наш ученый совет умеренности. Тролль, не зная, сказать, нехотя произнес:
– Я сплю на воловьей шкуре и по утрам поднимаю воду наверх на кухню.
– Это то, что нужно большинству из них, – благосклонно кивнула магичка. – Я слышала, что кроме вас приняли и гоблина. Где он?
– В библиотеке, изучает зельеварение.
– Удивительно! Гоблин в первые же дни идет в библиотеку, тогда как многие студенты-алхимики за многие годы так и не переступают ее порог!
– Небось, книжки выбирает, которые можно спереть, – недовольным голосом буркнул кто-то из группы слушателей в особенно дорогой одежде.
– Я была бы рада и этому, встреть там вас, господин баронет, – ядовито парировала магичка. – А теперь открывайте тетради и постарайтесь понять, о чем я буду вам говорить. К сожалению, это намного скучнее, чем обсуждение скакунов, шмотья и девок, но именно это ставит вас на ступеньку выше обычных эркалонцев. Да, господин баронет, именно знания. Их не купишь и не получишь по наследству, как имение вашего папаши. А вам, господин тролль, напоминаю, что меня зовут госпожа Пурхелия и мой предмет называется "Теоретические основы элементарной магии". По нему вам придется сдавать экзамен в конце триместра. Поблажек не будет никому, ни троллям с гоблинами, ни баронетам с наследниками миллионных состояний. Поэтому рекомендую вашему товарищу гоблину посещать библиотеку на других лекциях.
Урр-Бах промолчал, благо, в его планы не входили никакие экзамены, и особенно по теории магии. Уже завтра тролль решил приниматься за расследование кражи, начав с посещения места преступления. Чтобы не светиться, придется бывать на одной-двух лекциях, но Урр-Бах решил, что теоретическая магия вполне обойдется и без него. Если Кархи хочет, пусть рисует магичку в какой угодно одежде, а ему хватит того славного старикана-алхимика, чей шепот не мешает решать этюды по мирту или даже дремать. Чтобы не злить магичку, Урр-Бах раскрыл тетрадь и записал имя магички. Потом госпожа Пурхелия перешла на ненормативный язык свихнутых магов, и тролль, медленно написав "астральная проекция субъекта магического действия", с чувством выполненного долга раскрыл последний номер "Досуга без косяка", чтобы приступить к интересному этюду, который предлагалось решить за семь ходов без использования фигурок магов.
Магичка, скучным голосом рассказывая будущим недоалхимикам об основных магических обрядах, которые перестали использоваться лет этак шестьсот назад, иногда поглядывала в сторону задумчиво хмурящего густые брови тролля и сосредоточенно что-то рассматривающего, но не цеплялась.
Как выяснилось, лекция оказалась сдвоенной, и Кархи как раз успел к середине второй лекции. Беззаботно открыв пинком дверь, гоблин небрежно кивнул остолбеневшей от такой наглости входящей в аудиторию Пурхелии, юркнул между рядов и плюхнулся возле Урр-Баха.
– А где моя красавица? – обеспокоено поинтересовался Кархи, заметив отсутствие медноволосой эльфийки.
– У нее соски слишком заметно торчали, – флегматично отозвался тролль, – и магичка послала ее приодеться.
– Еще одна сдвинутая магичка, – буркнул гоблин. – Урр-Бах, гляди что я нашел для тебя, – Кархи достал из сумки книжку и протянул ее другу. – Вещица должна быть интересной.
Тролль раскрыл "Артефакты и амулеты для начинающих артефактников. История, теория и практика. Том первый" и начал ее перелистывать, задерживаясь на особенно причудливых амулетах, точно изображенных на цветных рисунках. Как оказалось, за многие века ленивые и воинственные олухи заказали у магов множество различных безделушек, без которых тролли вполне обходились со времен своего создания Б'Урр Хырром Громогласным. Чего стоил один артефакт Быстрой Смерти, выполненный в виде короткого жезла с кристаллом в навершии, и отправляющий свои жертвы на встречу с предками путем выплевывания своих легких. Урр-Бах ничуть не огорчился, прочитав в конце описания, что магическое оружие убило двух последних владельцев и теперь хранится в музее Академии Магии.
Пока тролль листал книгу, гоблин послушал пару минут Пурхелию, сделал совершенно определенные выводы относительно нее, ее предмета и его ценности для умных и красивых гоблинов, и раскрыл свою тетрадь для лекций. В аудитории Кархи приметил несколько незнакомых эльфиек, которых следовало немедленно обыскать. Лапать их без использования зелья было опрометчиво, поэтому гоблин ограничился зарисовкой их потрясающих фигурок. На этот раз сам Кархи оказался запечатлен сразу под тремя подозреваемыми, причем он почему-то был в широкополой шляпе.