Go to audiobook
Станция ошеломила размерами и футуристическими видами на открытый космос и планету – гигантский синий диск, заметный из каждого окна. Я ощутила себя муравьем в муравейнике. Вот уж поистине, царство стекла и бетона. Впрочем, насчет материалов, из которых построена космическая станция, я наверняка ошибалась. Но дело даже не в этом, а в том, с каким размахом тут все было обустроено. Десятки жилых ярусов соединялись между собой трубками-переходами. Внутри них мелькали летающие поезда и машины. В некоторых пешком передвигались люди и… нелюди. Многоуровневые здания с посадочными площадками на каждом ярусе, островки зелени, гигантские рекламные вывески, офисы, коробки домов и многочисленные магазинчики. Между конструкциями сновали бесхвостые вертолеты, летающие байки и скоростные машины. Дух захватывало от осознания, что я взаправду в другом мире. Чуждом, непонятном, загадочном. Вот уж действительно, первое впечатление от космической станции сохранится в памяти навсегда. Меня распирало от восторга и восхищения, что все это – творение рук человеческих. Я преклонялась перед разумом, способным придумать и сотворить подобное. Осознание, что мы не одиноки во вселенной, рождало подспудный страх затеряться среди необъятных просторов космического пространства.
Людской поток, хлынувший из зева огромного звездолета, распался на ручейки, которые втянулись в стеклянные кишкообразные коридоры. Оканчивались они терминалами с пропускными пунктами, где на выходе нас поджидали жизнерадостные сотрудники соцслужб. У каждого такого представителя на груди была прикреплена табличка с именем и должностью. Я пристроилась в хвост смешанной очереди, испытывая некоторое волнение от предстоящей проверки. В браслетах наверняка отображались наши имена и первичные данные, и уж я точно не походила на кого-то из парней. Рассчитывала на путаницу, которая неминуемо происходила в государственных службах при таком потоке населения. Главное, действовать уверенно и не подавать виду, что со мной что-то не так. Собственно, внезапно открывшееся чутье подсказало, что на этом этапе неприятностей не предвидится. Так и получилось, человек на входе кинул на меня удивленный взгляд.
– Кирилл Ермаченков?
– Что?
– Вы Кирилл Ермаченков? – переспросил проверяющий.
– Нет, – мотнула головой, – Кира Росновская.
Называться чужим именем не видела смысла. Судя по всему, инопланетяне владели полным списком освобожденных рабов и новое имя могло их насторожить. Да и не знала я другого, сама же не стала сближаться ни с кем из соотечественниц.
– А вы разве не согласились остаться на «Вирханоре»? – уточнил мужчина, подтверждая, что нужная информация у них имеется.
– Нет. Хочу попробовать себя в мирной профессии, – мило улыбнулась, – мне сказали, соцслужбы подберут достойную работу на планете.
– И это чистая правда! – вмешался сотрудник со слащавой улыбкой и именем Вохран Грут на бейдже. – Чэнс, не задерживай очередь. Явно же, вояки что-то напутали, не впервой. На месте разберемся.
Вышеупомянутый Чэнс вздохнул, поставил отметку в планшете и развернулся к следующему пассажиру:
– Ваше имя…
– Поспешим, – Грут коснулся моего плеча и слегка подтолкнул в направлении выхода, – лифт отходит через двадцать минут. Если опоздаем, следующий будет через полтора часа.
– А остальные? – удивилась.
– Ими займется другой сотрудник, – снова приторная улыбка, – вы – последняя в моей группе, – произнес с нескрываемым сожалением в голосе.
Так и оказалось, Вохран Грут подвел меня к компании молодых людей, в числе которых насчитала четырех девушек, и мы сразу направились к выходу. Нас посадили в транспортное средство, напоминающее укороченный вагон метро и маршрутку одновременно. Водитель, равно как и система управления отсутствовали. Лишь два ряда парных кресел с проходом посередине и ремни безопасности, которые сами защелкнулись, стоило только опуститься на сиденье. Как только пассажиры расселись по местам, монорельсовый вагончик резво стартовал и устремился вглубь прозрачного тоннеля. Внутри скорость не ощущалась. Только пейзаж за окном, слившийся в пестрое пятно, говорил, как быстро мы движемся. Впрочем, движение скоро замедлилось, открывая конечную цель поездки. Гигантское здание яйцевидной формы, из основания которого росли три щупальца, тянущиеся в сторону планеты.
– Орбитальные лифты, – пояснил Грут в ответ на многочисленные вопросы, посыпавшиеся от пассажиров. – Немного терпения, и скоро прокатимся на таком.
Вагончик остановился у посадочного терминала, через который мы влились в общий пассажиропоток. Миновав похожие друг на друга переходы, загрузились на платформу с поручнями, делящими ее на отдельные зоны. Помимо нас тут уже набилось человек пятьдесят. В глаза бросилась группа в светло-зеленых комбезах – соотечественники вместе с их сопровождающими. Притихшие, подавленные ошарашенные. На самом деле, у многих, как и у меня, в глубине души еще тлела надежда, что происходящее – глупая шутка, розыгрыш, какое-нибудь телешоу, в котором обманом заставили участвовать. Но, попав на станцию, убедившись, что похищение и другой мир вовсе не сон, земляне испытали шок. По крайней мере, я так прочитала эмоции на лицах соотечественников. Вполне возможно, воздействие препарата, которым людей напичкали на «Вирханоре», подходило к концу. Девчонок, с которыми оказалась в одной группе, колотило крупной дрожью. Мужчины были напряжены и старались не выдавать волнения, но со стороны эти усилия легко заметить по стиснутым в кулаки ладоням, поджатым либо закушенным губам, тонким струйкам пота, стекающим по лбам. Занятая наблюдениями, я и не заметила, как лифт пришел в движение. С непривычки заложило уши, и не только у меня. Гулко сглотнула, чтобы избавиться от неприятного эффекта. В этот момент легкий поток воздуха взметнул мои волосы, щекоча кожу на шее, и я с жадностью вдохнула полной грудью, радуясь чьей-то разумной предусмотрительности.
Этот Вохран Грут мог бы и предупредить! – одарила мужчину мрачным взглядом. Предчувствие пока что молчало, но это не значило, что этому человеку можно доверять. Уж точно не тому, кто ехидно посмеивался, наблюдая, как подопечные трясут головой, дергаются или ковыряются пальцами в ушах. – Нашел развлечение! Надо будет сто раз перепроверить договор, или что там этот сотрудник намеревался предложить.
По прибытии на планету нас снова загрузили в монорельсовый вагончик и доставили в здание социальной службы Форштауна, мегаполиса с собственным космопортом и орбитальными лифтами. О самом городе рассказал Грут, расписывая достоинства и открывающиеся перспективы. Ага, чем больше сопровождающий распинался, тем сильнее крепла уверенность, что он не договаривает. Лжи в словах мужчины не чувствовалось, но я и не детектор, чтобы это определить. Ну вот, не нравился мне этот Вохран, и все тут!
Здание соцслужбы примыкало к космопорту. Подозреваю, внутрь можно попасть и пешком, но Грут нарочито провел экскурсию. Чтобы что? Устроить рекламную акцию, задурить голову, пустить пыль в глаза? Теперь я бы пообщалась с соотечественниками на предмет того, что они обо всем этом думают. Но мой ближайший сосед прилип к окошку и с восторгом реагировал на каждую диковинку, что попадалась на глаза. Нет, я тоже оценила кибербайк, летящий в метре-двух над дорогой, и киберавто, и кибертакси. Сами дороги скорее указывали направление, изредка подсвечиваясь разноцветными направляющими. Это так называемая безопасная зона движения, когда каждый транспорт двигался строго по выделенной для этого полосе и высоте. Чуть выше, на уровне примерно двадцатого этажа сновали бесхвостые вертолеты – флаеры, рассчитанные на трех-четырех человек. Глайдеры выглядели крупнее и вмещали до десяти пассажиров. Наземного транспорта я нигде не увидела, но это не значило, что его не было совсем.
– Безопасность – превыше всего! Вы станете частью одной большой семьи. Империя заботится о каждом гражданине, предоставляя отличные возможности для реализации ваших уникальных способностей в различных сферах деятельности! И в наших силах сделать жизнь лучше, ведь каждый гражданин радеет о благе и процветании родного государства, – вещал Грут, захлебываясь от восторга и радости, что все мы скоро станем частью замечательного мира. А для этого – сущие пустяки – необходимо принять гражданство Линари и служить на благо великой империи.
Мда, особенного скепсиса на лицах соотечественников не заметила. Неужели повелись на дешевые прокламации? Или это у меня паранойя разыгралась?
Паранойя или нет, но само здание вызвало легкую тревогу. В фойе толпилась местные в деловых костюмчиках, с приклеенными радушными улыбками и цепкими взглядами, оценивающими вновь прибывающие партии бывших рабов. Наткнулась я и на человека в военной форме космофлота, и еще нескольких вербовщиков из других ведомств. Не ошибусь, если первый явился по мою душу.
Ну-ну, – хмыкнув, демонстративно отвернулась, – вот уж точно кому ничего не обломится.
Нас провели в зал ожидания, выдали буклеты, где содержались краткие сведения о Форшате и прописаны правила поведения для гостей. Так, каждый прибывающий обязан подать сведения в службу миграции, если срок нахождения на планете превышал три дня. Если же переселенец планировал осесть на новом месте, то должен найти работу, жилье и платить налоги. За нарушение предусматривалась система штрафов и предупреждений. Набравший десять штрафов, человек получал первое предупреждение. После третьего понижался социальный рейтинг, который говорил о благонадежности гражданина. У меня пока что нулевой рейтинг, с принятием гражданства присваивалась единица. Повысить рейтинг можно каким-нибудь поступком на благо империи или города, например, сообщить о преступлении или нарушении правил. Подробности этих самых правил в брошюре не сообщались. Предполагалось, что эти сведения есть в свободном доступе. Ага, для обладателей нейросети, этот доступ открывался автоматически. То есть, приобретение умного девайса – первоочередная задача. Отыскала рекламную брошюру компании с идентичным названием и поняла, что нормальная нейросеть – дорогое удовольствие. Особенно, если уровень интеллекта выше ста единиц. Кстати, лин Грут – приставка «лин» обозначала статус гражданина империи, – как раз организовывал прохождение теста на способности. Без этой проверки идентификационную карту не получить. Делать нечего, отправилась вместе со всеми.
Поднялись на шестой этаж здания, удивительно напоминающий поликлинику запахами лекарств и средств для дезинфекции поверхностей, белоснежными коридорами и скамейками для ожидания. Помимо нашей группы, тут уже расположилась другая, прибывшая на том же орбитальном лифте. Видимо, их сопровождающий оказался расторопнее и сразу отправил подопечных на оценку интеллекта и других параметров тела. Сообразив, что ждать придется долго, заняла очередь, а сама решила прогуляться и осмотреться, благо за нами строгого присмотра не велось. На первом этаже заприметила информационные терминалы. Направилась к ним в надежде почерпнуть какую-нибудь информацию. Собственно, в бесплатном доступе оказалось не так много, как хотелось бы. Но и того хватило, чтобы понять, сотрудники соцслужбы зарабатывали на каждом из нас. И толпа рекрутеров ошивалась тут неспроста. Большинство – представители корпораций, которые пасутся здесь в поисках дешевой рабочей силы. Тысяча бывших рабов с нулевым рейтингом, без нейросетей и знаний о мире – лакомый кусок. Не зная местных реалий, люди легко подпишут контракт, если пообещать стабильную работу, установку нейросети и льготное жилье. Ну а то, что нейросеть будет самая плохенькая, вместо дома – каморка в неблагополучном районе, а работать придется с утра до ночи, об этом бедолаги узнают много позже. Но тогда новые граждане уже будут по уши в долгах, вернуть которые возможно лишь горбатясь на корпорантов.
Мда, такой вариант меня категорически не устраивал. Можно было бы сейчас развернуться и уйти, но этим сразу поставлю себя вне закона. Нет, так поступать не следует. Во-первых, потому что обследование на способности вне стен соцслужбы стоило кредов – местных денег. Во-вторых, за счет империи новоприбывшим на три дня предоставлялся ночлег и питание. Если я этим не пользовалась, то стоимость еды и жилья выплачивалась в денежном эквиваленте. В-третьих, упиралось в ту самую проверку интеллекта. Я надеялась на хороший результат. «Мозги» в этом мире ценились на вес золота. Если повезет, сумею продать себя подороже. Иного приемлемого способа устроится в новом мире не видела.
Поднявшись наверх, подождала еще с полчаса, пока подойдет очередь, и зашла в просторный кабинет. В глаза сразу бросилась установка, похожая на ту, куда меня едва не уложили на «Вирханоре». То есть, там тоже хотели проверить интеллект?
– Добрый день! – поздоровался работник в белоснежном комбинезоне и с планшетником в руках, – ваше имя?
– Кира Росновская, – представилась, подмечая, как напрягся мужчина. Если бы специально за ним не наблюдала, не заметила бы, как вздулась жилка на лбу.
– Прекрасно! Меня зовут лин Родвер Лас. Прошу вас, ложитесь сюда и ничего не бойтесь. Это медкапсула предназначена для лечения пациентов и для обучения. Также она определит ваши параметры.
Было что-то убаюкивающее в словах лина Родвера, успокаивающее. Несмотря на внутреннюю нервозность, я понимала необходимость проверки, поэтому и поддалась на уговоры.
– Не переживайте! Расслабьтесь. Устраивайтесь поудобнее, – мужчина помог забраться внутрь капсулы и включил подстройку ложемента. – Это совсем не больно. Процедура займет не больше пяти минут, – напоследок слащаво улыбнулся, опуская прозрачную крышку. А у меня, как у собаки Павлова, выработался рефлекс на такие улыбочки. Я подобралась внутренне, ожидая подвоха или какой-нибудь каверзы, вот только сделать уже ничего не успела. Через специальные трубки внутрь капсулы хлынул газ, вдохнув который я моментально отключилась.
Пришла в сознание резко, будто кто-то щелкнул выключателем. Обнаружив себя внутри ящика, через стеклянный верх которого просматривался белый потолок из металлических панелей, запаниковала. Молча, обмирая от ужаса и беспомощности, отчего сердце зашлось в сумасшедшем ритме. Медкапсула отреагировала мгновенно, впрыснув в кровь что-то успокаивающее. Уже через минуту спокойно вздохнула. Тем более, что и память услужливо напомнила, что я не на «Вирханоре» и не в плену у пиратов, а на Форшате, в здании соцслужбы, прохожу медосмотр, если можно его так назвать. Вот только…
Куда делся доктор Лас? Вряд ли медик проигнорировал бы мое состояние. Почему я еще внутри? Он же говорил, пять минут? Внутреннего секундомера не было, но что-то подсказывало, времени прошло больше. И еще одна странность… маринуясь в очереди, я не видела, чтобы мужчина отлучался во время осмотра пациента. В перерывах – да, были небольшие промежутки, но, чтобы вот так… подозрительно!
В этот момент я услышала голос доктора, разговаривающего по коммуникатору – аналогу земного смартфона со всевозможными наворотами.
– Да-да, никакой ошибки! Девчонка – уникум, я дважды перепроверил. Не пожалеете. Нет, что вы, не слышит. Под наркозом. Я ввел двойную дозу. Обязательно дождусь представителя. Ни в коем случае, что вы! Никакого насилия. Нет, информация пока еще не ушла в банк данных. Полчаса у вас есть.
Злость, хлынувшая в кровь, вкупе с адреналином разбудили окончательно. Эта тварь торговала мной, как вещью!? Рванулась из капсулы, упираясь руками и ногами в стеклянную крышку. Наверное, программой предусмотрена экстренная система вскрытия, иначе не справилась бы. Но с той яростью, что кипела внутри, я бы и стекло проломила.
– Вы… – Лас ошарашено уставился на меня, – ты… как умудрилась… так нельзя! Немедленно вернитесь в медкапсулу! Обследование еще не закончено. У вас выявились некоторые патологии, которые подлежат тщательному изучению.
– Те самые, о которых вы так восторженно распинались недавно? – зло улыбнулась, спрыгивая на пол и всовывая ноги в матерчатые тапочки.
– Послушайте, Кира, вы не так поняли! Речь шла о другом человеке, – заговаривая зубы, Родвер медленно приближался, отрезая пути к отступлению. Небрежным жестом подхватил со столика шприц и завел руку за спину. В голове сразу щелкнула картинка, как этот тип набрасывается на меня и вкалывает лекарство, от которого теряю сознание. Этого хватило, чтобы действовать первой. Бросилась к этажерке на колесиках, где лежали инструменты и какие-то медицинские примочки в упаковках. Толкнула ее в доктора, создавая помеху между нами. Тут же сместилась в сторону, потому что тот шприц в виде пистолета запросто выстреливал ампулы с игольным наконечником. Одна такая впилась в пластик, и встроенный поршень тут же выдавил препарат, который тонкой струйкой потек по стене.
– А, по-моему, все я поняла правильно! Кому вы меня продали, лин Родвер Лас? Сколько вам обещали заплатить? Давно торгуете людьми? Разве это не запрещено законами империи?
– Какая торговля, лина Росэновска? Ни вам лично, ни вашей свободе ничего не угрожает. Успокойтесь, пожалуйста! Я объясню, все объясню. Только не нервничайте и не кричите так! – примирительно поднял руки кверху. – Мы же взрослые люди. Давайте поговорим, обсудим. Я… я готов предложить двадцать процентов. Вам ведь нужны креды? Они всем нужны. У бывших рабов ни креда за душой. А я всего лишь продал информацию, что вы обладаете высоким уровнем интеллекта. Корпоранты готовы много заплатить, чтобы получить такие сведения первыми. Вам-то как раз ничего не грозит, только в плюсе окажетесь.
– В каком смысле?
– В том, что вас будут убеждать заключить контракт именно с ними. И это выгодно прежде всего вам, лина Росэновска. С такими исходными данными вам жизненно необходима продвинутая нейросеть, импланты, базы для обучения. Это стоит приличных денег, которых, полагаю, у вас нет. Корпорация их предоставит, рассчитывая заполучить высококлассного специалиста.
– Допустим, – прищурилась, пристально наблюдая за докторишкой. Вроде бы не врал, но чего-то не договаривал. – Но зачем усыплять и держать здесь?
– Чтобы первыми не добрались конкуренты или же госслужбы, – приторная улыбка послужила спусковым крючком. Наверное, потому, что вдруг увидела, как этот гад бросается на меня и всаживает ампулу, которую не заметила в его ладони. Сам шприц он отложил, чтобы притупить бдительность, а вот лекарство оставил. Зачем бы это делать?
Бросившись на мужчину, оглушила его хлестким ударом по ушам и сделала подсечку. Неуклюже взмахнув руками, тот бухнулся на пол. От удара сработал поршень в ампуле, впрыскивая ее содержимое в самого доктора. Тот моментально закатил глаза и обмяк.
Надо же, получилось! – хмыкнула, для верности пнув Ласа ногой. Вдруг притворяется? Но нет, тот мирно спал и не подавал никаких признаков активности.
Без стеснения обшарила карманы лина Родвера, обнаружила там ключ-карту, коммуникатор и еще несколько мелочей. По телефону и в наше время спецслужбы без труда отслеживали беглецов, так что забирать его не видела смысла. Мстительно запустила коммуникатор в стену, отчего тот рассыпался на составляющие. В шкафчике нашла повседневную одежду доктора – потертые джинсы, рубашку, ботинки. Мда, размерчик великоват и на девушке будет странно смотреться. Запасной медицинский комбинезон также не подходил, слишком уж выделялся белоснежным цветом. Поразмыслив, все-таки напялила белый комбинезон. Проще будет затеряться в здании, где светло-зеленый цвет сразу выдал бы бывшую рабыню. В кофр, обнаруженный в том же шкафчике, покидала вещи и нехитрую добычу. Прибавила к этому шприц и ампулы со снотворным. Неплохо было бы и в медкапсуле подчистить данные, вот только я мало разбиралась в иномирной технике. Нет, нажать на красные кнопки и подтвердить удаление результатов, моих знаний хватило. Но где гарантия, что нет резервной папки или сервера, куда стекалась информация с осмотров?
О том, чтобы в кабинет не совались посторонние, позаботился сам доктор. Для верности вкатила ему вторую ампулу снотворного, после оттащила в уголок, чтобы не бросался в глаза от двери, и прошмыгнула через запасной выход для персонала. С непроницаемым лицом спустилась на первый этаж, прошла мимо охраны и оказалась на стоянке личного транспорта. Наверняка ведь и у лина Ласа имелась какая-нибудь колымага. Но что толку, если не умею ею управлять?
Глубоко вздохнув, направилась в сторону космопорта. Еще из окон вагончика заметила, что на его территории полно магазинчиков и павильонов, торгующих мелочевкой. Можно было бы отыскать такие и в городе, но, если откровенно, он меня пугал.