Сидя в противогазе у макушки колонны с фильтром внутри, я часто думаю о том, как бы могла иначе сложится жизнь. Не было бы TH-12, а мы с Катей могли бы жить так, как наши родители. Уехали бы в деревню, где нет никаких новшеств, только Интернет и телевизоры. Прошло столько лет с тех пор, как Интернет перестал быть общедоступной сетью, что мне боязно подумать о том, сколько мне уже лет. В 2050 году Интернет нужен для ментального обслуживания андроидов. За каждым роботом стоит невидимый наблюдатель, который отслеживает работу и фиксирует данные. Что-то вроде технической поддержки онлайн. Роботы частично самостоятельны, и я даже не знаю, вдруг у них есть уши и кто-то из технической службы слушает то, что я иногда говорю вслух.
– Эй, – тихо сказал я TH-12, – если там есть кто-нибудь, то спасибо за чудесного малыша. TH-12 отлично работает, а за мои разговоры – извините.
Усмехнувшись своему стремительному помутнению рассудка, я вернулся к работе. Мне нужно было заменить фильтр. Это крайне ответственно, поэтому все свои мысли я сконцентрировал на открытии колпачка, снятии крышки колонны, извлечении фильтра, упаковки его в герметичный пакет, установке новых зеленых фильтров с неоновой подсветкой для красоты, закрытие крышки и защелкивание колпачка.
Теперь Москва станет немножечко чище, а людям будет легче дышать.
Я всегда стремился к тому, чтобы делать что-то полезное для людей… Даже если это простая замена фильтров, для меня это очень важно. Это мой долг. Оглядываясь вокруг, я вдруг решил, что больше не буду поддаваться бешенному ритму нашего города и нашел успокоение в границах Москвы. Они остались практически прежними. Сами москвичи выступили против глобального расширение границ, когда мэр-города предоставил для согласования с народом план. Как мы его назвали «мегоплан». Мэр предложил, чтобы границы Москвы проходили на юго-западе через Смоленск, на северо-востоке через Нижний- Новгород, на севере через Санкт-Петербург, а на юге через Воронеж. Москвичи не оценили идею и протестовали за такое расширение границ. Я и Катя тоже протестовали. Мы написали дома послание с протестом и отправили его через домашнюю информационную сеть в Министерство транспорта и безопасности границ. Нас услышали и границы не расширяли так глобально.
За 30 лет в черту города вошли все населенные пункты и города до Волоколамска, Сергиева Посада, Рязани и Калуги.
У Смоленска на много километров создали доступную космическую станцию, которая вывозит желающих на Марс. Туда и обратно, конечно же. Что осталось из прежней жизни? Только я и Катя, и так будет до тех пор, пока мы помним о нашем прошлом и думаем о будущем, именно в этот миг мы живем. Осознал, что мысли о будущем невольно заставляют жить в настоящем и сравнивать, как было до и как будет после. Я это понял, сидя на четырехметровой колонне, смотря на необъятную Москву, подсвеченную огнями. Понял, что Катя тоже должна прозреть. Слишком долго мы слепо шли по жизни.