Go to audiobook
Когда мы с Соней спустились вниз, Вилберт уже успел навести относительный порядок – подмести пол, убрать со стола остатки трапезы, собрать разбросанные игрушки в большую плетеную корзину, стоявшую у камина.
При нашем появлении он окинул меня странным взглядом, я бы сказала оценивающим, и не смог сдержать легкую улыбку:
– Вы прекрасно выглядите.
– Спасибо, – кивнула я, чувствую некую неловкость. – А теперь показывайте, где у вас находится кухня.
К моему удивлению, здесь царил невероятный порядок. Видимо, женщина, которая иногда приходила помочь, все-таки ценила чистоту, просто не везде и не всегда успевала убрать за Соней и ее отцом.
– Где продукты?
– В хладнике, – мужчина открыл дверь, за которой оказалось некое подобие кладовой. Она делилась на две части: в первой половине стояли крупы, овощи, разнообразная зелень, а вот второй, было намного холоднее, и тут лежали всякие колбасы, сыры, молочная продукция.
Быстро прокрутив в голове, что можно приготовить на скорую руку, скомандовала:
– Мне нужен бекон, яйца, молоко, сыр, манная крупа и немного овощей…
В скором времени перед Соней стояла тарелка с манной кашей, в которой аппетитно таял кусочек золотистого сливочного масла, а перед ее отцом – яичница с беконом, бутерброды с сыром и чашка с салатом из свежих овощей.
– Приятного аппетита, – улыбнулась я, присаживаясь на стул и наливая в две кружки ароматный кофе.
– Невероятно, – выдохнул Вилберт, который все это время молча следил за мной. – Вы просто потрясающая женщина.
– Обыкновенная, – пожала плечами я. – Ешьте, пока не остыло.
Сонечка схватилась за ложку, и я ее предупредила:
– Дуй. Горячо.
Девочка послушно начал дуть на кашу и, кажется, ее это забавляло.
– Умница, – похвалила я малышку, наблюдая, как она начала кушать. Я специально налила кашу в плоскую тарелку, чтобы она успела остыть. Девочка съела ложку, потом другую, и я невольно с облегчением выдохнула. Манная каша не была моим любимым блюдом, и я опасалась, что ребенку она не понравится. Но сейчас наблюдая, как Соня уплетает свой завтрак, поняла – все получилось как надо.
Вилберт смотрел то на дочь, то на меня и совсем ничего не ел.
– Вам не нравится? – уточнила я.
– Лиза, как вы оказались в моем доме?
– Боюсь, вы мне не поверите, – вздохнула в ответ.
– А вы попробуйте рассказать.
Я собралась с мыслями и начала свой рассказа с того момента, как встретила пожилую женщину в скверике у клиники. Но, конечно, утаила то, что поддавшись эмоциями, согласилась стать мамой для непослушной и неподчиняющейся никому маленькой шкодницы. Тщательно подбирая слова, я рассказала мужчине мою отредактированную историю. Вилберт молча выслушал и ни разу меня не перебил. Он лишь иногда удивленно приподнимал брови, ухмылялся, качал головой и вздыхал. А когда я замолчала, уточнил:
– Лиза, я правильно понял, что вы пришли из другого мира?
– Не пришла, меня сюда переместили, – уточнила я, – во сне.
– Пожилая женщина? – последовал следующий вопрос.
– Да, – закивала в ответ. – Я и сама этого не ожидала. Поэтому, проснувшись от плача ребенка, не поняла, где нахожусь. И если честно, когда встретила вас и Марси посчитала, что мне все это снится… Я не сразу сама поняла, что оказалась в другом мире.
– Лиза, – Вилберт усмехнулся. – У вас весьма богатая фантазия.
– Вы думаете, я обманываю? – нахмурилась в ответ.
– Разве можно поверить в подобное? – в голосе мужчины звучала откровенная насмешка.
Вместо меня ответила Сонечка, которая запустила в отца кашу. Остывшая манка шлепнулась ему в лоб, а потом медленно стала сползать на нос.
– Соня! – возмутился Вилберт, вытирая лицо салфеткой. – Ты что делаешь?
И тут же опять получил очередную порцию каши. Малышка уже наелась, откровенно играла с едой, и было понятно, что ее забавляет реакция на эту шалость. Она вновь набрала ложку манки и швырнула ее в отца.
– Соня, – простонал мужчина и вскочил. – Да как же так можно?
– Мммм, – многозначительно промычал ребенок и протянул ко мне руки. – Ыыыы.
– Дорогая, у меня болит нога, – улыбнулась ей. – Поэтому, давай ты посидишь на стульчике?
– Ааааааа, – раздался боевой клич, и тарелка с кашей слетала со стола на пол и вдребезги разбилась. – Ааааа…
Стало понятно, что малышка решила добиться желаемого привычным для нее способом, но вот только я поощрять данное поведение не собиралась. И поэтому, как ни в чем не бывало, протянула Вилберту еще салфеток, а сама, откусив кусочек бутерброда, стала медленно его жевать, запивая кофе.
– Уууу, – Соня сменила тональность, понимая, что ее требования никто исполнять не спешит.
– Она плачет, – внезапно сообщил ее отец, в упор глядя на меня.
– Ииии? – протянула я.
– Надо что-то делать, – заявил лорд.
– Не надо, – покачала головой. – Ваша сердобольность именно и привела к такому результату. Соня – безмерно избалована, и уже прекрасно понимает, что своими воплями добьется желаемого. Дочка фактически шантажирует вас, вынуждая принять ее капризы.
– Лиза! – в голосе мужчины послышались укоризненные нотки. – Она маленькая девочка, лишенная внимания матери. Ей не хватает ласки и любви.
– Ей не хватает твердой руки, – решительно заявила я, прекрасно зная, о чем говорю. – В детском доме много детей и каждый со своим характером и, тем не менее, воспитатели всегда ко всем находили подход, а знаете почему?
– Почему? – автоматически переспросил Вилберт.
– Потому что в ребенке видели личность и проявляли не только ласку, но и строгость, таким образом, воспитывая каждого своего подопечного. И знаете, несмотря на отсутствие не только материнской, но и отцовской любви, многие выросли достойными людьми. Ваше потакание любому капризу дочери до хорошего не доведет. Посудите сами, она уже в столь раннем возрасте вас ни во что не ставит, а про будущее просто промолчу.
Вилберт, молча, меня слушал, и я видела, как в его глазах мелькает калейдоскоп эмоций – возмущение, несогласие, осознание, а потом он выдохнул:
– Может, вы и правы.
– Ааааа, – перебила его Соня, зашвырнув в отца ложку, которая прилетела ему в плечо. Мужчина поморщился и поинтересовался:
– И что мне теперь делать?
– Думаю, для начал просто перестать обращать внимание на пустой плач, – предложила я.
Мое предложение явно не понравилось девочке, потому что она закричала еще громче, а потом стала пытаться слезть со стула. Прекрасно понимая, что девочка сейчас может упасть, помогла ей спуститься. Но как только это произошло, Соня упала на пол и стала колотить по нему руками и ногами.
– Ууууу… Ааааа… Ыыыы…
– Это невыносимо, – подытожил Вилберт после трех минут плача.
– Пусть покричит, – бросила взгляд на малышку, которая явно прислушивалась к нашему разговору. – Рано или поздно она устанет и замолчит.
– Сомневаюсь, – скептически промолвил мужчина и, поморщившись от крика, уточнил. – А что такое детский дом?
– Дом, в котором растут и воспитываются дети, оставшиеся без попечительства родителей, – пояснила я привычными терминами, но увидев в глаза своего собеседника явное непонимание, дополнила. – Сиротский дом.
– Ваши родители погибли? Примите мои соболезнования.
– Меня оставили на крыльце одного приюта, что с моими родителями я не знаю, и о них совершенно ничего не известно.
– Какой кошмар, – сочувственно произнес Вилберт. – Мне очень, жаль, что судьба обошлась с вами так жестоко.
– Знаете, я своей жизнью довольна, вернее, была…
Вилберт явно хотел еще что-то уточнить, но тут, Соня, которой надоело орать впустую, встала и подошла к отцу. Вцепившись ручками в его ногу, она подняла голову и заорала так сильно, что я невольно поморщилась.
– Это невыносимо, – мужчина вскочил с места и подхватил на руки брыкающуюся дочь, которая от крика уже покраснела и теперь выгибалась, уже сама не понимая чего хочет.
– Я конечно не специалист по детям, но предполагаю, что ребенок просто не выспался. Она рано проснулась, потом поспала совсем немного. Поэтому попробуйте ее уложить спать, а я пока наведу здесь порядок.
– Мы с вами не договорили, – возразил он.
– Поговорим позже. Я же никуда не убегаю. Идите уже укладывайте дочку спать, а я наведу тут порядок.
Вилберт явно сомневался, но очередной вопль Сони заставил его прислушаться к моим словам.
Когда мужчина с ребенком ушли, я вздохнула, понимая всю глубину той бездны, в которую попала, и единственное чего мне хотелось – это закрыть глаза, и вновь оказаться в спальне в своей кровати. Кажется, я погорячилась со своим желанием стать матерью. К такой малышке, как Сонечка, я в принципе не была готова. В голове вертелся только один вопрос – кем была та пожилая женщина и как мне ее найти? Ведь если она поспособствовала тому, что я оказалась в замке, значит, сможет вернуть меня домой…
Тяжело поднявшись, поморщилась от боли в ноге, которая то пропадала, то вновь появлялась, и стала убирать со стола. Затем подмела пол, собрав кашу, разбросанную Соней, и даже помыла посуду. Удивительно, но, несмотря на то, что здание внешне напоминало замок, условия здесь были совсем даже современными – канализация, водопровод, электрическая плита.
Прибрав на кухне, отправилась в гостиную. И только удобно уселась на софе, вытянув ноги, послышались тихие шаги. Обернувшись, увидела Вилберта, который буквально крадучись спускался по ступенькам.
– Спит, – сообщил он, присаживаясь в кресло.
– Замечательно.
– Лиза не знаю, кто вы, но, у вас хорошо получается, понимать мою дочку. Это так удивительно, тем более Соня явно к вам благосклонно относится. Скажите мне правду, прошу, – мужчина пристально уставился на меня. – Кто вы? И как оказались в моем доме?
– Вы не поверите, – чуть улыбнулась я. – Но я вам рассказала, все как было, ничего не утаив. Ваш мир для меня действительно чужой. Разве вы сами не заметили, что мне многое в новинку? Одни домашние питомцы чего только стоят…
– Да, это было понятно, что таких, как Марси, вы еще не встречали. Но я подумал, что вы приехали из далекой деревни.
– Из чужого мира я. А переместилась сюда при помощи этого браслета, – я протянула Вилберту руку. Он, слегка сжав мое запястье, несколько мгновений рассматривал украшение, а потом воскликнул:
– Не может быть!
И тут пространство вокруг нас заискрилось серебряной дымкой, и стало похоже на рябь в зеркальном отражении…
Перед глазами пронесся цветной вихрь, и когда он исчез, посреди гостиной, буквально из воздуха, появилась уже знакомая мне пожилая женщина. Сегодня она была одета в строгий темно-зеленый костюм, состоящий из длинной юбки и короткого пиджака с золотистыми пуговицами, застегнутого наглухо из-под которого выглядывала белоснежная кофточка с жабо. На голове у женщины была смешная небольшая шапочка из фетра, украшенная полевыми цветами. В руках незнакомка держала темно-коричневый дорожный ридикюль.
– Это вы? – удивлённо выдохнула я. – Не может быть…
– Добрый день, Лизонька, – женщина ослепительно улыбнулась и окинула меня пристальным взглядом. – Смотрю, ты уже освоилась. Хорошо. Кстати, этот наряд тебе к лицу. Я не ошиблась, ты прирожденная леди. Правда, Вилберт? Какая осанка, а грация… Настоящая красавица, скажи?
Я завороженно смотрела на нее и от изумления не могла вымолвить ни слова. Пожилая женщина вела себя так непринужденно и легко, будто ничего не произошло, и ее поведение просто ошеломило меня.
– Крестная? – воскликнул Вилберт, вскочив со своего места.
– Здравствуй, мой дорогой, мальчик, – незнакомка поставила дорожную сумку на пол и шагнула к нему. Вынудив мужчину наклониться, она его обняла и похлопала по плечу. – Как вы тут? Где моя любимая девочка? Что-то в доме так тихо, даже страшно.
– Спит, – выдавил потрясенный мужчина. – Тетушка Фелиция, а что происходит?
– А что происходит? – она удивленно посмотрела на меня и подмигнула.
– Это твоих рук дело? – Вилберт отодвинулся от женщины и, буквально возвышаясь над ней, уточнил. – Это ты привела Лизу в наш мир?
– Я, – пожилая дама не стала отрицать очевидного, а потом подошла ко мне и улыбнулась. – Давай, наконец-то познакомимся, деточка. Меня можешь звать тетушка Фелиция, и я крестная мать вот этого упертого лорда. Мой крестник, конечно, иногда совсем невыносим, да и характер у него не сахар, но он очень хороший, и поверь, такие мужчины на дороге не валяются.
– Крестная! – Вилберт явно разозлился. – Ты не хочешь объяснить, что происходит?
– Да, было бы неплохо, – поддержала его. – Мне очень интересно понять, почему я проснулась в этом доме? И как вы это все устроили?
– Пространственная магия, – беззаботно ответила пожилая женщина. – Ты сказала «да», тем самым позволив мне открыть портал между мирами.
– Мы так не договаривались, – качнула головой.
– Тетушка Фелиция, объясните что происходит? И зачем вы переместили Лизу в наш мир?! И о каком договоре идет речь?! Я ничего не понимаю.
Вилберт строго смотрел на пожилую женщину, но она, будто не замечая его недовольного взгляда, махнула рукой:
– Я когда-то обещала твоей матери заботиться о тебе и всегда помогать, вот и исполняю свои же обещания. Ты сам не справляешься, разве не видишь?! В этом доме нужна сильная женская рука, которая наведет порядок.
– Я прекрасно со всем справляюсь! – возразил Вилберт.
Фелиция поставила руки на талию и, наступая на него, строго стала отчитывать лорда, как зеленого мальчишку:
– Справляешься?! Да если бы твоя покойная супруга увидела, во что ты превратил замок, она ужаснулась.
– Это не я!
– Неважно! – рявкнула Фелиция, да так грозно, что я даже подпрыгнула. – В доме жуткий бардак, Сонечка совершенно отбилась от рук, а ее отец покинул службу и погряз в хлопотах и бытовых проблемах. Вилберт – ты могущественный маг, покоривший силу четырех стихий, и тебе давно пора вспомнить о своих обязанностях перед этим миром.
– Моя главная обязанность – быть с Соней. Она лишилась матери, и не может еще лишиться отца…
Фелиция подняла ладонь, давая понять, чтобы мужчина замолчал и властно произнесла:
– Вопрос не обсуждается. Через две недели король ждет тебя при дворе.
– Что? – Вилберт побледнел. – Но на кого я оставлю дом и дочь?!
– Зная, что все агентства по найму персонала тебе уже отказали в поисках няни, я решила, что для Сони нужна особая наставница, которая сможет переломить создавшуюся ситуацию, и нашла Лизу. Она сильная молодая женщина, и поможет тебе приглядеть за девочкой. И я повторюсь, этот вопрос больше не обсуждается. Понял?!
– Фелиция, ты должна была обсудить это, прежде всего, со мной… – возразил мужчина.
– Я с тобой пыталась поговорить, но разве ты хоть раз прислушался ко мне? Вилберт пора прекратить себя жалеть. Соне нужна компания женщины, которая поможет девочке адаптироваться. Ты посмотри на нее, она же растет как дикаренок. Все ее окружение – это ты и твой дурацкий дракон. Ты не замечал, что девочка разговаривает как Марси?
– Не говори ерунды, – мужчины махнул рукой.
– Простите, что вмешиваюсь, – наконец-то я собралась с мыслями. – Но Соня действительно практически не говорит.
– Лиза, вы мою дочь видели всего ничего, а уже делаете выводы?
– Это констатация факта и не более, – пожала плечами я, а потом посмотрела на Фелицию. – Вы не могли бы меня вернуть домой?
– Нет, – послышалось в ответ. От неожиданности я обомлела, потому что совершенно не ожила услышать подобное. – Но лорд Вилберт явно не рад моему появлению в его доме, а потом…
– Он просто пока не понимает, как ему повезло, – Фелиция взяла меня под руку и потянула к лестнице. – Деточка, идем, навестим Сонечку, а мой крестник пока успокоится и примет правильное решение…
Женщина, весьма шустро, для своего возраста, поднялась по лестнице и уверенно двинулась по коридору. Она точно в этом замке бывала много раз, прекрасно ориентировалась и знала расположение комнат. Я молча следовала за ней, пытаясь осознать случившееся. В голове как-то не укладывалось, что Фелиция ради своего крестника выдернула меня из привычного мира, совершенно забыв об этом предупредить. Я морально была как-то не готова к таким неожиданным переменам в своей жизни – другой мир, постоянно орущая непослушная девчонка и ее отец, который вовсе не рад моему появлению в их замке.
Фелиция тем временем безошибочно нашла детскую. Открыв дверь, она нахмурилась и проворчала:
– Такого бардака я давно не видела.
Я заглянула в комнату и невольно ахнула. Повсюду были разбросаны игрушки вперемешку с подушками, детскими вещами и разорванной бумагой. Малышка спала на животе, засунув большой палец руки в рот. Сейчас она была похожа на спящего ангела.
– Моя девочка, – вздохнула Фелиция и осторожно сняла с белокурых волос крохи тугие резинки. – Вилберт всегда забывает, что дочь нужно расплетать на время сна… Постоянно его ругаю, но у него в одно ухо влетает, в другое вылетает.
Она нежно погладила малышку по спинке и прошептала:
– Спи мое солнышко и пусть тебе приснятся самые прекрасные сны на свете.
Соня заерзала, закряхтела, а потом перевернулась на спинку. Удивительно, но во сне малышка улыбалась.
– Когда спит, так похожа на ангела, – Фелиция укрыла девочку покрывалом и вздохнула. – Надо тут порядок навести.
Окинув взглядом комнату, покачала головой:
– Давай хоть немножко здесь приберемся…
Она стала ловко подбирать разбросанные кубики и складывать их в большой плетеный короб. Я же начала разбирать детские вещи – колготки, платьица, кофточки, то и дело, бросая взгляд на пожилую женщину. У меня к ней было немало вопросов, но начать разговор я никак не решалась.
Вдвоем мы справились довольно быстро, и вскоре в спальне царил относительный порядок. Когда мы закончили, Фелиция опустилась в кресло и вздохнула:
– Лиза, вижу, тебе не терпится задать мне свои вопросы. Так что внимательно слушаю.
– Верните меня домой, – попросила я, прижав руки к груди.
Женщина бросила в мою сторону удивленный взгляд и уточнила:
– Разве ты не хотела стать матерью?
– Хотела, – кивнула в ответ. – Но…
Недослушав меня, женщина задала еще один вопрос:
– Разве я не предупреждала, что девочка избалована, и никого не слушает?
Под ее пристальным взглядом я окончательно стушевалась, а женщина тем временем продолжала:
– Я обо всем честно тебя предупредила, и ты сама сказала: «Да», заверив, что справишься со всеми трудностями, а теперь идешь на попятную? Неужели я ошиблась?
Фелиция стыдила меня, как ребенка, давила на мою сознательность, и пыталась убедить, что я сама осознанно приняла решение, но это было не совсем так. Во-первых, женщина о многом умолчала, во-вторых, наш разговор произошел во сне…
– Подождите, – ухмыльнулась я и пристально уставилась на нее. – Вы как-то забыли о нюансах, которые не уточнили. В нашем с вами разговоре вы не упоминали другой мир.
– Запамятовала, – женщина виновато вздохнула. – Возраст уже! Все-таки четыреста пятьдесят первый пошел.
– Какой?! – крякнула я.
– Четыреста пятьдесят первый, – пожилая дама подбоченилась. – А ведь так и не скажешь, правда?
Ошеломлённо разглядывая Фелицию, пыталась осознать услышанную цифру и связать ее с продолжительностью человеческой жизни. Да она непросто долгожительница, а какой-то феномен. Люди столько не живут. А может она не человек? От этой мысли замерла, забыв, как дышать.
– Вижу, ты все поняла, – Фелиция широко улыбнулась. – Я фея, только об этом никому, потому что мы в принципе не афишируем свое присутствие. Это большой-большой секрет, но ты же умеешь хранить чужие тайны?
– А Вилберт…
– Крестник знает правду. Но для всех остальных я просто волшебница и не более. Надеюсь, ты сохранишь мой маленький секрет?
В ответ я просто кивнула. Фелиция пристально посмотрела на меня и уточнила:
– Значит, к трудностям ты не готова?
– Я не готова к другому миру, магии, замку, дракону в виде питомца. Да и потом ваш крестник мне совсем не рад. Разве это не так?
– Так, – женщина кивнула. – Может быть ты и права, мне надо было тебя предупредить. Но уже что сделано, то сделано. Ты вернешься в свой мир, но не сейчас.
– Почему?
– Пространственная магия отнимает немало энергетических сил, и на их восстановление понадобится время. Я же зашла к вам как раз перед отъездом к великому источнику.
– И сколько на это потребуется времени?
– Не меньше месяца. Источник, восстанавливающий силу, находится далеко и до него так просто не добраться.
Я обреченно вздохнула, а Фелиция защебетала:
– Лизонька, ну пока поживешь в этом доме, поможешь Вилберту, приглядишь за Сонечкой. Ведь король действительно вызывает моего крестника на государственную службу, и малышку не с кем оставить. А потом я вернусь и сменю тебя, а ты отправишься домой.
Женщина явно хитрила, но вот как это доказать…
– Ну, неужели тебе трудно помочь маленькой одинокой девочке?
Бросила взгляд на малышку. Мое сердце сжалось от нежности, и я кивнула:
– Хорошо, я согласна.
– Замечательно! – Фелиция бодренько подскочила. – Мне уже пора.
– Вы забыли об одной детали…
– Какой?
– Вилберт еще не сказал «да».
– Ой, – женщина махнула рукой. – Поверь, он согласится.
И действительно, когда мы спустились вниз, мужчина тут же подскочил с кресла и подошел к нам.
– Ну что ты мне скажешь? – поинтересовалась Фелиция.
Вилберт посмотрел на нее, потом на меня и выдохнул:
– Ты права, крестная. Мне нужна помощь, и я буду рад, если Лиза согласится ее оказать.
– Лизонька, я же говорила, – женщина мне подмигнула, подхватила ридикюль и заявила. – Вилберт через две недели король ждет тебя. Не забудь!
А затем она хлопнула в ладоши и буквально растворилась в воздухе…
Я некоторое время с изумлением смотрела на то место, где еще несколько мгновений назад стояла Фелиция, и тяжело вздохнув, перевела взгляд на Вилберта.
Заметив на его лице укоризненную насмешку, а в глазах недовольство, невольно изумилась. Еще секунду назад он был настроен благодушно, а тут такая внезапная смена настроения… Это наводило на определённые мысли, и я уже пожалела, что согласилась присматривать за девочкой, пока Фелиция восстанавливает свою магическую силу.
– Сговорились, – внезапно процедил мужчина, и в его голосе сквозило столько злости, что я невольно вздрогнула, и вопрос сам по себе слетел с моих губ:
– Почему вы так на меня смотрите? Что-то не так?
– Пытаюсь понять, что вы задумали, – раздалось в ответ.
– В смысле?
– Моя любимая и дорогая крестная никогда ничего не делает просто так. И меня одолевают смутные сомнения, что ваше появление в моем доме никак не связано с Соней. Тетушка Фелиция, видимо, решила выступить в роли свахи, а история о другом мире всего лишь нелепая отговорка. Я угадал?
– Что??? – я даже нахмурилась от подобного предположения.
– То… – мужчина прищурился. – Теперь я понимаю, почему в моем замке вы оказались в откровенном виде. Решили сразу сразить меня наповал? Надеялись, что покорите мое сердце?
– Вы в своем уме? – выдохнула я, буквально задыхаясь от гнева. В голове не укладывалось, что этот напыщенный индюк мог так обо мне подумать. – Я оказалась в таком виде перед вами, потому что легла спать в своем доме, а проснулась в этом замке.
– Лиза, а вы хорошая актриса, – Вилберт качнул головой и цокнул. – И я бы даже вам поверил, если бы не слышал, как крестная упомянула договор между вами. Интересно и о чем вы договорились?
– В моем сне Фелиция поинтересовалась, готова ли я помочь маленькой девочке, и мой ответ был «да». Вот и весь договор. Но об этом я вам рассказала сама. Разве это не так?
– Да, – кивнул мужчина. – Но уверен, что вы поведали мне заранее приготовленную легенду. И теперь, меня интересует, кто вы такая леди Лиза? Обедневшая дворянка? Охотница, желающая охмурить одинокого мужчину? И как вам удалось втереться в доверие тетушки Фелиции?
Посмотрела на него, как на умалишённого, даже не зная, что на это ответить.
– И не надо на меня так смотреть, – мужчина скрестил руки на груди. – У вас ничего не выйдет!
– Подождите! – разозлилась я. – Если вам не нужна моя помощь, то зачем вы согласились? Сказали бы свое категорическое «нет» сразу?!
– Фелиции невозможно отказать… – Вилберт вздохнул. – И потом, мне действительно не с кем оставить дочь. Уверен, что король вызывает меня к себе не просто так. Все это звенья одной хитроумной игры. Но запомните Лиза, вы не в моем вкусе, и ничего у вас не выйдет.
И тут я рассмеялась:
– Я правильно понимаю, лорд Хант, вы побаиваетесь своей крестной, но как только она за порог – сразу решили выразить свое недовольство? И очень по-мужски сделать во всем виновной меня. Но вы весьма ошибаетесь на мой счет. Ваш замок я действительно попала по глупости, просто поддалась эмоциям и сказала «да». Но… я с удовольствием вернусь домой, прямо сейчас.
– Так в чем проблема? – лорд сверкнул глазами. Ему наш разговор явно был неприятен, впрочем, как и мне.
– Потому что это невозможно. Я магией не владею, а Фелиция заявила, что применение пространственной магией отнимает много сил, и чтобы их восстановить нужно время. Ваша крестная оправилась к какому-то там источнику, а меня попросила помочь с девочкой, пока она отсутствует. А после мне обещали открыть проход домой, – заявила я. – Но если вы можете сделать это прямо сейчас, буду безмерно благодарна.
– У вас на руке ее браслет. Это древний артефакт, открывающий межпортальные двери. Воспользуйтесь им, – ехидно заявил Вилберт. – И мгновенно окажетесь в своем мире.
– Да с удовольствием, – рявкнула в ответ и, сжав украшение, четко произнесла. – Хочу вернуться домой в свою квартиру.
Несколько мгновений стояла, зажмурившись, надеясь, что у меня все получится, но когда открыла глаза и увидела Вилберта, не смогла сдержать вздох, наполненный сожалением:
– Не работает.
– Похоже, вы говорите правду.
– Ну, наконец-то, – всплеснула руками. – И кстати, хочу успокоить, вы тоже не в моем вкусе и никто охмурять вас не собирается, и как только появится возможность, я с удовольствием покину стены этого замка. Гарантирую!
Вилберт, видимо, подобного не ожидал и просто прошипел:
– Вот и договорились!
– Замечательно, – кивнула я, оставляя последнее слово за собой. – А сейчас потрудитесь вызвать доктора. Жутко болит нога. Вы и ваш питомец буквально покалечили меня.
Вилберт окинул меня пристальным взглядом и быстро покинул гостиную, скрывшись за одной из дверей.
– Самовлюблённый нарцисс, – пробормотала ему вслед и поковыляла к дивану. Усевшись поудобнее, вздохнула. «Фелиция эта, конечно, молодец. Заварила кашу и слиняла отдыхать. А мне теперь разбираться с Соней, невоспитанным питомцем и напыщенным Вилбертом, почему-то решившим, что он центр вселенной. Нет, бесспорно, лорд Хант мужчина видный, но это не значит, что все девицы при его виде должны падать к ногам. И вообще-то, я хотела стать только мамой…». Если честно я злилась на себя, на фею, на Вилберта и на всю дурацкую ситуацию, в которой оказалась волей случая. И если честно свою жизнь в этом доме я просто не представляла, но как говорится взялся за гуж, не говори, что не дюж. Раз пообещала позаботиться о Сонечке, то свое обещание выполню, а с ее отцом… разберемся.
В скором времени лорд Хант появился с невысоким худощавым мужчиной в странном серо-коричневом сюртуке. Невольно пригладив реденькие седые волосы и поправив больше очки, он поздоровался:
– Добр-р-рый день, леди, – незнакомец картавил и «рычал».
– Здравствуйте.
– Мне сказали, что вы трамвир-р-ровали стопу. Могу ли я вас осмотреть?
– Конечно, – недолго думая, задрала подол платья и выставила ногу, перемотанную палантином.
– Кхх, – кашлянул незнакомец и удивительно посмотрел на Вилберта. Тот выдавил легкую улыбку и крякнул. – Я же вас предупреждал, что леди из далекой страны и наши порядки ей пока незнакомы. Осмотрите ее и назначьте лечение. А на фривольное поведение, просто не обращайте внимания.
Я бросила на лорда злющий взгляд, мечтая только об одном, чем-нибудь потяжелее зашвырнуть в него.
Доктор опустился передо мной на колени, снял с моей ноги «фиксирующую повязку» и стал аккуратно ощупывать стопу, уточняя:
– Так больно?
– Нет, – покачала головой.
– А так?
– А вот так?
В определенный момент мужчина куда-то нажал, и я буквально взвыла от пронзившей боли:
– Ай… – на глазах даже появились слезы.
– Тшшш, – он успокаивающе погладил мою ногу. – Сейчас мы вам поможем.
Открыв свой чемоданчик, он достал флакон с какой-то коричневой жидкостью и уточнил у Вилберта:
– Леди не обладает магией?
– Нет.
– Ага, значит, нужна двойная доза.
Он достал мерный стаканчик, наполнил его на две трети, и протянул мне:
– Пейте.
– Что это? – нахмурившись, принюхалась к неизвестной жидкости. Пахло чем-то сладким. Запах был мне знаком, но точно вспомнить я не смогла.
– Болеутоляющая настойка. Она поможет вам расслабиться.
– А это точно поможет?
– Поверьте, у меня большой опыт лечебной практики и я знаю, что делаю, – мужчина важно поправил очки и пристально уставился на меня.
Вроде повода не доверять не было, но, тем не менее, меня мучили сомнения. Неизвестную настойку пить совершенно не хотелось.
– А она точно безвредная?
– Лиза, – простонал Вилберт, – пейте уже. Никто вас отравить не собирается.
– Несколько минут назад вы обвинили меня непонятно в чем, и кто знает, что у вас на уме. Лично я ожидаю чего угодно.
Лорд Хант опешил и некоторое время на меня ошеломленно смотрел, а потом рявкнул:
– Доктор, спасибо, но мы в ваших услугах не нуждаемся. Нравится леди мучиться от боли, пусть будет так.
Мужчина шепнул:
– Пейте, не бойтесь.
Я вздохнула и выпила залпом. Микстура отдавала вкусом солодки. Знаете, в детстве давали такую настойку от кашля – весьма специфическую на вкус, но довольно сладкую. Невольно поморщилась и передернула плечами:
– Все, а дальше что?
– А дальше я буду работать, – ответил доктор и, сжав мою ногу между ладонями, закрыл глаза и что-то зашептал. Сначала ничего не происходило, а потом я почувствовала тепло, которое плавно перетекло в легкий жар. Я удивленно смотрела на свою ногу, по которой растекалась едва заметная золотая сетка. Тонкие переплетения искрились и переливались, превращаясь в своеобразный ромбовидный рисунок. Это выглядело завораживающе. А потом в одно мгновение все прекратилось.
– Ну, вот и все, – доктор улыбнулся, поднимаясь с колен.
– Как все? – изумилась я.
– Вот так, – мужчина развел руками в сторону. – Попробуйте встать.
Внутренне ожидая резкой боли, поднялась, и замерла… потому что никаких неприятных ощущений не было. Не веря сама себе, я прошлась туда-сюда, попрыгала на месте, а потом, подлетев к мужчине, обняла его:
– Спасибо.
Он улыбнулся и похлопал меня по плечу:
– Берегите себя леди.
– Доктор я вас провожу, – Вилберт, все это время молча, наблюдавший за нами, показал на дверь.
Когда мужчины почти вышли из комнаты, я услышала: