Go to audiobook
Алёна стала постоянной посетительницей местного почтового отделения. Она забегала туда при любом удобном случае, когда с учетом разницы во времени могла застать дома Мишу и Петю.
– Мишенька, привет! Ну, как вы там? Я очень соскучилась, считаю дни до возвращения…
– Мы тоже. А Петька сегодня ночует у родителей. Мне завтра рано нужно…
– Очень хочу домой!
– Давай я пришлю тебе деньги на билеты, и ты прилетишь? Тем более свадьба.
– Миша, ты серьезно?! Я могу прилететь домой на праздники?! Но это же так дорого!
– Я отправлю деньги! Ты прилетишь?
– Ты еще спрашиваешь?! Конечно, да!
Алёна хотела расцеловать Мишину младшую сестру за то, что она выходит замуж. Какое счастье! Домой на праздники! Увидеть мальчиков! Быть с ними целых четыре дня! Никогда ещё Алёна так не радовалась чужой свадьбе.
Мокрый снег и соляная каша на асфальте – особенности московской погоды. Алёна постоянно мёрзла и куталась, но сейчас стояла без шапки и перчаток. «Домой на праздники! Какое счастье! Мишенька, спасибо тебе!» – повторяла она.
Самолет приземлился в аэропорту Светлоярска рано утром. Алёна еле дождалась, когда подгонят трап и пригласят к выходу. Спускаясь по ступенькам, она с удовольствием вдыхала морозный воздух. Он был таким родным и пах домом.
Миша встречал с букетом. Голова кружилась от ночного перелета и от счастья. Она готова была стоять обнявшись до конца жизни.
«Алёнушка, мне на работу еще, пойдем. Ты заберешь Петю из школы?» – мягко отстранил её Миша.
«Петьку?! Из школы?! Да это же счастье!»
Миша довез до подъезда и уехал. Едва переступив порог, Алёна принялась за домашние хлопоты. Хотелось схватиться за все и сразу: забрать Петю из школы, сделать уборку, приготовить обед, подумать о свадебном подарке и рассказать Мише, как она соскучилась! День обещал быть насыщенным, а вечер чудесным.
Петя смущенно улыбнулся, увидев маму. Алёне показалось, что он одет слишком легко и хотелось его согреть.
Она с интересом разглядывала учебники и рабочие прописи, а Петя рассказывал про новую учительницу, невкусную еду в столовой и о том, как потерялся пятак. Она впервые видела своего Петю первоклассником. Маму переполняла нежность.
На свадьбе запускали белых голубей. Петя участвовал во всех конкурсах, а потом помогал жениху с невестой разрезать торт и раздавал тарелочки гостям.
Алёну тянуло домой. До отъезда оставалось так мало, и хотелось побольше времени провести с мужем и сыном.
Ей показалось, что Миша несколько сдержан, но это было лишь обрывочным ощущением. Алёна переживала, что нужно снова улетать, что нужно улетать так скоро. Она уже готова была всё бросить и остаться дома. Но Миша разумно убеждал, что пройдена большая часть пути, что осталось совсем немного, всего каких-то полтора месяца. Алёна соглашалась, но все равно хотела остаться.
Миша провожал. Алёна обняла его как-то особенно сильно.
– Алёна, люди смотрят, – сказал Миша и снова мягко отстранил её.
– Миша, я не хочу уезжать!
– Потерпи, осталось совсем немножко, скоро мы будем вместе, – уговаривал он.
Самолет набирал высоту. Алёна смотрела на отдаляющуюся землю. Она ещё совсем не боялась летать.
Время действительно пробежало быстро. Дипломированные специалисты разъехались по домам воплощать знания в жизнь. Алёна вернулась на прежнее место, но в новой должности, и очень быстро заскучала. Она обратилась к главному врачу с просьбой о совмещении, но получила отказ. Промаявшись еще пару месяцев, Алёна написала заявление об увольнении, завершив новую карьеру, едва начав.
Первое время все было хорошо. Миша, казалось, был искренне рад и все время повторял Пете: «Наша мама вернулась!»! Алёна чувствовала себя немножко виноватой за свое длительное отсутствие и с головой окунулась в Петины школьные дела. Заботы мамы, жены и хозяйки дома были в радость.
Проблемы с работой казались временными и не такими уж значимыми. У неё была семья, которая поддерживала, и Алёна ничего не боялась.
Миша стал регулярно дежурить. Частная клиника, в которую его пригласил научный руководитель, быстро развивалась и становилась полноценным хирургическим стационаром. После операции пациенты оставались до утра и, естественно, требовали присмотра. Алёна все понимала и не возражала.
У Миши появился первый сотовый телефон, что было признаком определённого статуса. Алёна радовалась и гордилась. Миша все чаще заводил разговор об «иномарке». Алёна называла его фантазером, тем более что их автомобиль был совсем новым. Миша возражал, что она напрасно смеется и что он рано или поздно «иномарку» купит. Алёна отвечала, что идея в целом ей нравится.
Дни шли своим чередом: Петя заканчивал первый класс и собирался к морю с бабушкой и дедушкой. Алёна привыкала к новой работе, которую нашла довольно быстро. УМиши все складывалось удачно.
Но что-то смутно беспокоило Алёну с момента возвращения домой. Что-то не явное на фоне общего благополучия. Ей казалось, что какие-то перемены произошли в Мише. Что-то было не так. Алёна не могла сформулировать. Просто чувствовала.
Приближался «день медицинского работника». Завьяловы всегда отмечали этот праздник в компании одногруппников. Не собирались нарушать традицию и в этот раз.
В четверг перед сном Миша сказал:
– Мы завтра на работе отмечаем, ты меня не теряй.
– Ты поздно вернёшься? – забеспокоилась Алёна.
– Мы отмечаем на корабле, отплываем рано утром, вернемся к вечеру.
– На корабле? Так ведь рабочий день…
– Начальство сделало выходной для сплочения коллектива.
Миша выключил свет, повернулся на другой бок и уснул. Алёна ворочалась, обдумывая услышанное. Она гнала от себя беспокойство: «Для сплочения коллектива. Ну, всё правильно. Ничего страшного. На корабле. Не пригласил меня. Наверное, там все без жен и мужей. Может быть мало мест на этом корабле. Пусть едет.»
За завтраком разговор возобновился:
– Миша, ты позвони мне сразу, как приедешь, ладно? Может, успеем еще погулять?
– Погулять вряд ли. Я позвоню.
– Ты не забыл про воскресенье?
– Конечно я не забыл.
– Тебе, наверное, нужна теплая кофта? Вдруг прохладно на реке!
– Ну сложи.
Алёна вышла проводить Мишу в коридор и подала ему пакет со свитером.
Уже стемнело, но в квартире и на улице всё ещё было душно. Алёна стояла возле настежь открытого окна. Во дворе на лавочке смеялась молодёжь.
Миша не позвонил и не приехал. Алёна несколько раз сама набрала его номер с домашнего, но ей никто не ответил.
«Возможно просто разрядился телефон…» – думала она. – «Или что-то случилось на этом корабле?!»
Новые, неизвестные ранее ощущения не давали покоя. Алёна заплакала.
Она проснулась ранним утром в комнате Пети. Домашний телефон молчал всю ночь. Алёна снова набрала Мишин номер. он был по-прежнему недоступен.
«Что-то случилось!»
В записной книжке Алёна нашла фамилию наставника Миши по кандидатской диссертации и по совместительству главного врача клиники. Волнуясь, она набрала номер:
– Доброе утро! – Алёна обратилась по имени и отчеству. – Извините, пожалуйста, за беспокойство! Это Алёна Завьялова.
– А, здравствуйте… – голос шефа нельзя было назвать ни бодрым, ни дружелюбным.
– Миша не ночевал дома, и его телефон недоступен со вчерашнего дня. Я переживаю, вдруг что-то случилось…
– Он взрослый человек, ночует где хочет.
Ответ прозвучал так резко и неожиданно, что Алёна опешила. Она ожидала разных вариантов, но такого среди них точно не было. Шеф был для Алёны лицом официальным, но всё же она общалась с ним несколько раз лично, и он никогда не разговаривал так. Но и она не задавала раньше подобных вопросов.
– С Мишей все в порядке? – еще раз обратилась Алёна.
– Думаю, что да. Он спит, – последовал ответ.
– Извините, пожалуйста…
Сердце то ли билось часто, то ли останавливалось. Алёна не знала, что дальше делают в таких случаях. Таких случаев у нее никогда раньше не и было. Мысли и чувства были чужими, и вся ситуация посторонней.
«Нет, этого не может быть… Это же Миша, мой Миша. Все хорошо и это какое-то недоразумение. Шеф злой. Почему он так разговаривал со мной?! Но Миша жив и здоров – это самое главное!»
Мысли прервал телефонный звонок. Алёна схватила трубку:
– Привет, это я… – раздался заспанный голос.
– Миша! Куда ты подевался?! Я уже не знала, что думать!
– Вчера поздно приплыли, потом продолжили у шефа. Я заночевал у него.
– Миша, но ведь можно было просто позвонить, чтобы я не волновалась!
– Зарядное оставил на работе, только что приехал и подключил телефон.
– Миша, я почти не спала. Переживала. Мало ли что там на этой рек. И вообще…
– Нормально все со мной.
– Когда ты приедешь?
– Позже. Приём сегодня. И по диссертации надо посидеть.
– Шеф твой… Дурак какой-то.
– Не обращай внимания. Зачем ты вообще ему звонила?!
– Ну а что мне оставалось делать? Где тебя искать?
– Не надо меня искать! Я же сказал, что буду поздно. Чего ты подняла панику?
Алёна еще что-то собралась сказать, но Миша разговор прервал. Было двойственное чувство. С одной стороны отлегло. С другой остался какой-то осадок. Миша так холодно раньше не разговаривал. Это было ново, как и слова шефа. Но всё же Алёна немного успокоилась и пошла умываться.
Миша пришел вечером и почти сразу лег спать, сославшись на усталость. Алёна в одиночестве смотрела телевизор. Шел фильм про любовь. Она смотрела и думала о своей, о том, что человек, спящий в соседней комнате, ей очень дорог.
В воскресенье был пикник с друзьями. Алёне всё еще было немного не по себе, но она старалась быть веселой. Миша был молчалив.
– Мишка, ты чего? Хорошо отметил вчера? – подтрунивали одногруппники.
– Вроде того, – отвечал он и улыбался.
Вечером Миша снова рано лёг спать, А Алёна подумала, что скучает о Пете.
Среди недели Миша несколько раз заводил разговор о том, что на выходные весь коллектив клиники отправляется с медицинским осмотром в соседний район. Поездка рядовая и деловая, для привлечения пациентов.
Утром пятницы он встал, как обычно, рано. Алёна готовила завтрак и обдумывала вопрос, который ещё совсем недавно был вполне естественным, а сейчас казался неловким.
– Когда тебя ждать, Миша?
– Вечером в воскресенье, а может быть, в понедельник, если сразу придётся ехать на работу. У меня возможно дежурство.
– Почему дежурство, если в выходные нет операций?
– Я же сказал – возможно! Операции сегодня. Иногда пациенты остаются на все выходные. Мы не можем им этого запретить.
– Как остаются, если вы все уезжаете сегодня?! – не унималась Алёна, всё еще пытаясь что-то понять.
– Сегодня вечером всех отпустим, но они могут позвонить и вернуться в любое время, в том числе и в воскресенье. Что непонятного?!
Алёне было непонятно всё. То состояние, в котором они пребывали последнее время, нельзя было назвать ссорой, но оно было далеко от нормального и привычного общения.
– Ты позвонишь мне?
– Да.
– Когда?
– Когда вернусь.
– Тебе нужны какие-то вещи с собой?
– Нет, у меня всё есть, – Миша начал раздражаться на такое количество вопросов.
Позавтракав, он собрался, махнул рукой и молча вышел из дома.
Алёна подошла к окну. Он шел такой знакомой походкой, но не оборачивался, как раньше.
Алёна посмотрела на обручальное кольцо на безымянном пальце. Миша снял своё некоторое время назад. Оно лежало в шкатулке для украшений.
«Скоро приедет Петя, всё наладится. Не может быть по-другому!» – думала Алёна. Но что-то внутри подсказывало, что по-другому уже сейчас. Она механически допила остывший кофе. Предстоящие выходные не обещали ничего хорошего. Если раньше она их ждала, то теперь боялась.
Миша не позвонил ни в субботу, ни в воскресенье. Его номер снова был недоступен. В понедельник утром Алёна набрала рабочий телефон клиники.
– Доброе утро! Могу я услышать Михаила Михайловича?
– Минутку… Миша, это тебя!
У Алёны всё сжалось внутри. Кто-то так запросто называет его Миша. Хотя, что в этом такого? Естественно, что коллеги его так называют. Но в женском голосе было что-то такое, что смутило Алёну.
– Я слушаю.
– Миша, это я! Не могла дозвониться на сотовый. И ты не звонишь… Я беспокоилась. Когда ты вернулся?!
– Вчера.
– А почему не позвонил мне?!
– Было много работы.
– Во сколько тебя ждать?
– Не знаю. Вечером.
Алёна не знала, что можно спросить ещё. Она слышала чужой голос своего Миши, и какая-то девушка была совсем рядом с ним. Алёна не хотела развивать эту мысль, чувствуя, что дальше нет ничего хорошего. Но мысль не давала покоя.
Миша пришел вечером. За ужином разговор возобновился.
– Как съездили?
– Вчера пошел дождь. Мы вернулись.
– Все?
– Нет, мы уехали вдвоем с Юлией.
– Это кто?
– Коллега по работе. Она отвечала тебе сегодня.
– А почему с ней?
– Другие остались пьянствовать. А ей надо было домой. Муж позвонил. Я повез её.
Алёна судорожно соображала, надо ли дальше задавать вопросы. Муж – значит, замужем и не имеет никакого отношения к Мише. Это хорошо. Но почему тогда уехали вдвоем? И почему он не позвонил домой??
– А почему ты не позвонил мне, Миша?! – все-таки спросила Алёна.
– По кочану! – ответил Миша раздраженно. – Я спать.
Алёна была в замешательстве… Она ещё не знала, что это только начало романтических отношений Миши и Зайки, что они затянутся на много лет и сильно затронут её жизнь, что она сама позволит им это сделать.
Уже несколько недель Миша держался отстраненно и холодно. Алёна старалась делать вид, что всё в порядке и сглаживала углы. Последние дни ей даже показалось, что всё более менее стабилизировалось.
Миша ушёл на работу. Петя ещё спал, и Алёна уселась за стол с чашкой чая, намереваясь почитать новости. Компьютер появился в доме впервые, и новинку осваивали все члены семьи.
Первой почему-то открылась электронная почта, и Алёна увидела на экране текст письма: «Вспоминаю ту прогулку в лесу, и ёжика, и мягкие листья. Сегодня проснулась рано. Жутко болит голова…». Дальше было что-то ещё про «соскучилась» и «жду с нетерпением», но Алёна уже не разбирала ни слов, ни предложений.
Что это за письмо?! Кому?! От кого?! Почему это здесь?! Почему я это читаю?!
Резко закружилась голова и заболели плечи. Алёна перечитывала ещё и ещё раз. Глоток чая застрял в горле.
Сообщение предназначалось Мише. Оно было в его почте, которая почему-то оказалась открытой. Забыл закрыть? Или хотел, чтобы прочитала Алёна? Стало холодно и страшно. То ли в отчаянии, то ли в поисках надежды Алёна набрала знакомый номер.
– Да, – ответ прозвучал резко.
– Миша, я включила компьютер. Здесь какое-то письмо в твоей почте…
– И что?
Алёна растерялась. Действительно. И что?? Зачем она позвонила ему?? Но она продолжила:
– Миша, какие ёжики и лес? У кого болит голова?
– А тебя не учили, что чужие письма читать не принято??
– Миша, я просто включила компьютер, и это было первое, что я увидела! Если оно твое, зачем ты его оставил?!
– Я не приду сегодня.
Ответ стал неожиданным или, наоборот, болезненно ожидаемым. После него раздались короткие гудки. Ощущение того, что мир разделился на «до» и «после» было ужасным. То, чего «не может быть никогда» произошло. Алёна услышала слова, после которых уже не было смысла о чем-то спрашивать.
– Мама, мы не опоздаем? – в комнату вошёл Петя.
– Что Петенька? – ответила Алёна слабым голосом.
Она слышала сына, но не понимала слов, которые он говорит ей.
– Мы не опоздаем? – повторил вопрос Петя.
– Ты умывайся, я сейчас.
– Ты плачешь?
Слёзы текли по щекам и невыносимо болели плечи. Алёне казалось, что её больше нет.
Петя смотрел на маму серьёзно. Иногда дети видят и слышат гораздо больше, чем думают взрослые.
До остановки шли молча. Алёна несла тяжелый ранец Пети. Уже несколько дней он был второклассником.
Миша вышел во внутренний дворик клиники и полез в карман за сигаретами. Первая сломалась между пальцами. То же самое произошло со второй. Закурить удалось с третьей попытки.
Два таджикских ребенка дразнили кошку возле мусорных баков. Та шипела на них и искала способ сбежать. Миша сочувствовал кошке. При других обстоятельствах он выручил бы несчастное животное, но сейчас его заботило своё.
«Как я вообще мог такое сказать ей? А если она умрет без меня? И Петя. Как он? Да что за бред?! Никто не умрет. Она сильная. Должна выдержать. И потом, Зайка… Я не могу без неё. Я хочу быть с ней. Я обещал. Как теперь быть с обеими?»
Никотин успокоил дрожь в руках. Миша посмотрел на часы и уже собрался вернуться на рабочее место, но кто-то сзади бережно обнял его за плечи. Волна любви пробежала по всему телу. Миша повернулся к Зайке и взял её руки в свои.
– Что-то случилось, Мишутка?
Девушка небольшого роста с большими круглыми глазами смотрела на него преданно, снизу вверх. Она действительно была немного похожа на мультяшного зайку.
– Нет, все нормально. То есть да. Я сказал жене, что не приду сегодня домой.
– Ты сказал, что будешь дежурить?
– Нет, я просто сказал, что не приду.
– Что не придешь никогда?
– Да. Нет. Я не знаю, Зайка. Нельзя так сразу, понимаешь.
– Она расстроилась?
– Да.
– Сегодня у меня тогда? То есть у нас?
Миша обнял Зайку и что-то прошептал ей на ухо. Она улыбнулась.
– Пошли, приём начинается, – сказал Миша, и они зашагали в сторону клиники.
Шеф сидел за директорским столом, приблизившись очками к монитору, и что-то сосредоточенно изучал. Он махнул Мише рукой, не отрываясь от компьютера, и совершенно неожиданно пропел: «Вот пуля пролетела и ага!..»
– Вы это о чем? – спросил Миша, усаживаясь за соседний стол.
– Да так, сам себе напеваю. Ты, кстати, Михаил, главу когда закончишь?
– Работаю над этим, скоро.
– Ну, ты давай поторапливайся, к ученому-то совету должны успеть.
– Успеем.
– Как вообще дела? Хмурый чего? С Юлечкой поругались?
– Нет, всё нормально.
– С женой все ещё водишь хороводы? Не надоело?
– Опять вы…
– У тебя производительность труда падает на фоне нестабильности на личном фронте.
– Да всё стабильно у меня. Мы уже и путевки в Таиланд на новый год купили.
– О, это дело хорошее. А как с женой?
– Развожусь.
Шеф отклонился на спинку кожаного кресла и даже снял очки, хотя без них вообще ничего не видел.
– Так вас с Юлечкой можно поздравить?
– Пока рано. Надо сначала развестись.
Миша снова полез в карман в поисках пачки сигарет. Она оказалась пуста.
Миша нажал на звонок несколько раз и уже собирался уходить, когда по ту сторону повернули ключ в замке. Шеф стоял в полосатом халате, надетом поверх рубашки и брюк. Это была его обычная домашняя форма одежды. Немногочисленная растительность на голове стояла дыбом, словно он только что поднялся из постели.
– Я подумал, вас нет дома.
– Заработался, не слышал. Заходи.
– Вы один?
– Один, жена пошла в магазин, скоро вернется, будем ужинать. Как раз с тобой поработаем, пока она готовит.
Шеф был официально женат четвертый раз, и текущий брак по сравнению с предыдущими был весьма продолжительным. Всех без исключения своих жен шеф любил, но особенно отмечал первую. Он так и говорил: «Моя первая чудо как была хороша: верная, добрая. До сих пор жалею, что разошелся с ней!».
«Верная и добрая» проживала в другом городе со взрослым сыном. От двух промежуточных жен у шефа тоже были один или двое детей. Точного их количества он не знал и сам, поскольку рассказывал об этом каждый раз близко к тексту и цифры периодически менял.
Действующая жена на шефа не обижалась, хотя неоднократно слышала рассказы о своих предшественницах. Она собирала документы на визу, чтобы уехать на постоянное место жительство в Америку к каким-то дальним родственникам. Шеф относился к этому философски, хотя, как говорил всем, немного переживал.
Планы никак не влияли на отношения супругов: они жили под одной крышей, называли друг друга ласково и вполне ладили.
Длинноногая яркая блондинка с красивыми формами заглянула в комнату:
– Добрый вечер, мальчики. Всё работаете?
– Здравствуйте! – приветливо отозвался Миша.
Жена шефа ему нравилась. Она была всегда улыбчива, дружелюбна и выглядела безукоризненно. Но он не мог представить ее своей девушкой и тем более женой. Миша считал, что это не его типаж.
– Налей-ка нам чайку, любимая. Мы тут с Михаилом трудимся, —шеф расплылся в обворожительной улыбке.
– Две минуты, дорогой!
Она скрылась за дверью и действительно, через две минуты зашла с подносом для чаепития. Разлив чай по чашкам, она пригладила остатки волос на голове мужа.
– Ты самая любимая из всех моих жен! – не изменяя себе, признался шеф, нежно глядя на жену.
– Заканчивайте, мальчики, скоро будет ужин!
Девушка вышла из комнаты, всё также приветливо улыбаясь, а Миша с шефом продолжили штудировать главу.