Go to audiobook
– Скажите, Чарли, вам нравилась эта жизнь? – Откашлявшись, спросил Лев.
– Вся целиком?.. Наверно, не очень. Вот та часть, где мы с одним красавчиком жили в уединенном домике на отшибе – очень нравилась.
– Мне тоже.
– Вы тоже жили с красавчиком, Лев?
– Ну это был не красавчик, а просто симпатичный юнец.
– М-мм. Симпатичный, значит?
– Да, только он выглядел, как фея в мешке, потому что пришлось делиться с ним своей одеждой, а он худой страшно. Да и маленький.
– Спасибо за отзыв о симпатичном юнце. Наша компания по выдаче симпатичных юнцов примет это к сведению.
– Да, запишите там себе, что он тот еще юморист.
– Что еще?
– Еще он неприспособленный к жизни неумеха, который не может позаботиться о себе.
– Понятно.
– И…
– Лимит слов для отзыва исчерпан. – Фыркнул Принц, отворачиваясь.
– И при этом он такой… Такой, мм. Всегда хочется о нем позаботиться. Хороший он парень.
Юноша снова обернулся к Льву. Молодой человек улыбнулся и опустил взгляд.
– Порой я думал, что это странное чувство, которое хочется отвергать, ведь… Что может нравиться в таком легкомысленном и неуклюжем? Что в нем такого особенного? И все-таки, что-то было. – Лев вздохнул. – Он забавный, ранимый. С ним можно было и посмеяться, и погрустить. Его было страшно оставлять одного. Сначала я смеялся над самим собой, думая, что я сошел с ума, раз позволил себе привязаться к этому существу, так не похожему на меня. Но я… Это ведь нельзя контролировать? Я осознал, что хочу быть рядом, даже если он не хочет меня видеть. И я злился на него за это… Как это ты не хочешь видеть меня? Меня? Неужели ты стал от меня независим? Это… одновременно и обижало, и увлекало. Я не знаю, это странно.
И вот ты… Подвел меня к тому, что я стал совсем другим человеком. Я уже не уверен в том, чего я хочу. Одновременно я хочу быть свободным, но также я…
Лев закрыл глаза, задумавшись.
– В тебе есть что-то, чего мне очень сильно не хватало всю мою жизнь.
– Я такой же, как и ты. – Усмехнулся Принц. – Мы оба одиноки. Оба пытаемся спасти то, что нам дорого. Ради этого мы готовы жертвовать…
«И оба предаем друг друга».
– Ты слишком добрый и мягкий. – Сказал Лев. – И мне в тебе это нравится.
– Я мягкий?
– Конечно. Только вот за тебя постоянно страшно, потому что ты о себе не заботишься совсем.
– Ну теперь уж…
– Да. Все равно скоро умрем. Но, Чарли.
– Что?
Они посмотрели друг на друга с вымученными обреченными лицами.
– Спасибо, что ты был в моей жизни.
– И тебе спасибо, Лев.
Глава двенадцатая.
Вот и все?
Принц убедился, что Лев спит. Они расположились под лестницей шестого этажа, где было меньше народа. Постепенно волнение толпы сошло на нет, но воцарилось гнетущее молчание. Все готовились к концу.
Пока юноша спускался по лестнице, укутанный в плащ, так что не видно было лица, он слышал многочисленные всхлипы, иногда даже рыдания.
Ничего, думал он, я еще могу их всех спасти. Ценой смерти дорого мне… Но придется.
Принц успел усомниться в своем решении много-много раз. Он ненавидел себя за обман, за то, что практически убил Льва собственными руками. Причинил ему столько боли, продолжает причинять.
Когда Лев засыпал, прижавшись к Принцу, чтоб согреться, юноша уже подумал о том, что никого не будет спасать. Пусть все пропадом пропадет… Но потом он вспоминал тысячи вдохновленных глаз. Вспоминал момент Рубикона, когда вся толпа объединилась под одной песней Теле. Вспоминал брошенные людьми дома, оставленные вещи. Детей, играющих в солнечных лучах, их матерей и отцов. Ведь их так много… Бывают плохие и хорошие, но каждый заслуживает жить. За что они умрут? За что умрут самые младшие, только начинающие жить? За что умрут только-только обрученные? За что умрут те, кто только обрел счастье?
Конечно, ему жалко и Льва, и себя. Возможно, ему самому никогда не обрести душевный покой, но люди… Они должны выжить. Все, кто надеялся на него. Все, кто помогал ему в парламенте.
Он просто знал, что так будет лучше, правильнее. Принц должен довести дело до конца, раз он пообещал спасти Стеллу. Обещал он, правда, Королеве, которая свой народ как-раз-таки и променяла.
Принцу стало противно до тошноты. Нет, ему нельзя становиться похожим на нее. Иначе… Это конец. Он будет пропащим человеком. Уподобившимся этой женщине…
Хотя бы на отца можно надеяться. Наверно. Принц уже ни во что не верил. Он и себя уже похоронил, как личность, как «хорошего человека». Что он делает в последнее время? Только обманывает, убивает, предает. Хороший правитель – ничего не скажешь.
Принц горько усмехнулся про себя.
Он шел на кухню и думал о Льве. На балконе он был таким… Странным? Будто бы и не он вовсе. Тем не менее Принц знал, что Лев говорит откровенно. Однако никогда прежде юноша не слышал от него таких «нежностей». До этого момента он даже не знал, почему Лев продолжал ходить за ним, даже после того, как они рассорились. Ах, он ведь простил его так легко. Весь вечер тогда Принц и Лев болтали как закадычные друзья. И никто не держал зла…
Наверное, нельзя сравнивать отношения с разбитой вазой. Либо она только треснула, а не разбилась. Совсем немного треснула, почти незаметно.
И вот когда все налаживается, Принцу приходится предавать Льва.
Почему?
Он уже потерял Теле. Теперь потеряет и его… Что станет с Принцем в конце концов? Чем он будет жить, когда все это кончится?
Задаваясь этими вопросами, Принц не заметил, как открыл тот самый ящик, где лежал настоящий эликсир. Принц достал его и сомнением осмотрел. Эта жидкость была более прозрачной и золотистой. И все же не внушала доверия.
Воровато оглядевшись, юноша спрятал бутылек в складках плаща, так как карманов у него не было, но… Его вдруг охватили ужасные опасения, что за ним кто-то следит.
Принц отправился в ту самую часть замка, где возвышалась жуткая льдина. Он думал, что эликсир стоит вылить именно на нее, чтобы уж точно… пропала… По правде говоря, юноша не представлял, как это должно работать. Наверное, так тоже можно… Пить эту жидкость было страшно.
А вдруг он увидит белых жнецов? Что тогда? Принц не знал. Он вообще решил, что не будет об этом задумываться, будет действовать по ситуации. Может ему суждено обезуметь от этих иллюзий, к которым он уже привык? Может, так будет лучше…
Принц шел по замерзшему коридору. Он смотрел на свисающие с потолка сосульки, на скользкий лед под ногами. Пару раз парень чуть не свалился. Еще крепче прижимая к себе эликсир, он ускорил шаг.
Сердце билось очень быстро, от гнетущего страха. Темный коридор выглядел как бесконечный лабиринт. Можно было совсем заплутать, если бы Принц не изучил строение замка вдоль и поперек.
Найдя нужную залу, он перевел дух. Никого не встретил по пути, счастье-то какое. Осталось совсем немного…
С опаской и тяжелым сердцем Принц приближался к льдине. Сверкающая бездна притаилась в ней, и дрожь пробегала по телу, при мысли, что в любой момент оттуда может вылезти…
Принц тяжело вздохнул. Ну вот и все?
И все же… Это невыносимо тяжело. Как назло, перед глазами всплывал образ Льва, его улыбка, зеленые глаза, такие большие.
В последнее время Лев так мало смеялся. И так часто уходил куда-то в себя. Может, стоило больше шутить при нем? Эй, Лев, мол, посмотри, какой я нелепый, улыбнись хоть разочек. Ну, напоследок. И не вздыхай так тяжело, пожалуйста. Вспомни свою любимую шутку, или… Вспомни, как ты называл меня гномом, а? А…а помнишь, как мы весь день сидели у озера и обсуждали всякую ерунду? И как ты заваривал свой прекрасный чай. Я люблю твой чай, Лев. И твои огромные свитера, в которых я так смешно выгляжу. И мне нравится смотреть на тебя, когда ты что-то рассказываешь, когда говоришь умные вещи. Иногда я тебя совсем не понимал, ты прости меня, наверное, я глуп… Ну ладно, ладно. Опять я говорю много лишнего, может, ты хочешь просто помолчать? Ну только улыбайся, прошу тебя…
Принц остановился, услышав чьи-то шаги за спиной. Он резко развернулся и обрушился на лед.
– Чарли! Да что ж ты вечно уходишь не пойми куда!
Лев подбежал к Принцу и помог ему встать.
– Что ты тут забыл? Тут же холодно и… И вообще тут опасно, ты что?
Изо рта Льва шел пар, а кончики усов начали белеть. Принц глупо уставился куда-то сквозь его переносицу, совсем растерявшись.
– Я…Эм…
– А ну-ка пойдем отсюда.
Лев схватил Принца за руку и потянул на себя. В темноте блеснул гладкий стеклянный бок бутылька…
Лев уставился на эликсир в левой руке юноши. Они оба молча смотрели на него долгие две минуты. Уши Льва упали назад, но кончик хвоста кнутом ударился об лед. Его лицо ничего не выражало.
Внутри Принца все обрушилось куда-то вниз. Он не знал, что делать. Он не знал, что говорить. Парень смотрел на Льва широко открытыми глазами, пару раз пробовал открыть рот, но так ничего и не мог произнести.
Лев нахмурился. Он вытащил бутылек из неподвижных рук Принца и поднес к самым глазам.
– Значит, вот так. – Оскалился он, глядя на Принца, лицо которого стало белее самого белого.
– Я… Дай мне объяснить…
– Что тут объяснять? Я все понял. – Лев отступил от юноши. – Я… Я просто не понимаю, зачем?
Принц не понимал, бьется ли его сердце слишком часто, либо не бьется вовсе. В груди что-то ныло.
– Просто… Просто я не хотел…
– Я понял. Ты думал, что лучше меня обмануть, чтобы спасти твой чертов город.
– А разве я не прав? Ты бы… – Принца вдруг взяла злоба, так, что аж дыхание перехватило. – Ты бы пожертвовал собой ради Стеллы, скажи на милость? Ради меня бы ты стал жертвовать? Сам говорил, что никогда не нарушишь этот свой принцип.
– Ты бы мог… – Лев прикусил язык, не зная, что сказать. Они молчали одну долгую минуту.
– Я так и думал. – Хмуро усмехнулся Принц.
– Я же нужен тебе. – Лев как-то странно посмотрел на парня, чуть подняв голову и прищурив глаза.
– Наша дружба – враг мой. Ради нее одной я бы хотел послать это все к чертям, но я не могу так поступить с невинным народом. Теле бы ни за что мне этого не простила…Отец бы меня не простил… Я бы себя не простил, в конце-то концов!
Принц давно не повышал голос. Сейчас ему казалось, что он совсем охрип. Глаза щипало.
– Те люди, с которыми ты общался, Лев. Те девушки, которым ты улыбался каждый раз. Думаешь, Эмилия бы простила тебе это? Она умерла, а ее можно было бы спасти этим эликсиром, как и всех. Знаешь, что я тебе скажу? Я… Я убил Ластора.
Лев содрогнулся. Его рот превратился в неопределенную складку, будто бы Льву одновременно хотелось рассмеяться такой небылице, но он не был уверен, что Принц врет. Мужчина отступил в растерянности.
– Как…
– Ластор хранил тело моей матери, чтоб оживить ее с помощью гребанной тыквы, хотя он мог спасти свой народ. Мой народ, Лев. Да как же вы все не поймете?!
– Мать, тело… Ты убил Ластора… – Глухо отзывался молодой человек, будто никак не мог понять смысл сказанного.
– Да плевать! – Вскричал Принц, всплеснув руками. – Если для спасения Стеллы потребовалось бы сделать это еще раз, я бы сделал. Каково тебе будет жить, зная, что все дети, которых ты видел играющими совсем недавно, все те, кто готовил тебе еду и стирал твою одежду, все те, кто окружал тебя все это время… Все умрут по твоей вине?
– Чарли, а какое мне дело до чужого народа? – Поморщился Лев. – Я и так доживаю последние дни… Ты хочешь, чтобы я пожертвовал собой ради посторонних мне людей? Всех не пережалеешь. И тебе давно пора было это понять. Я не обязан…
– Тогда уходи.
Принц кивнул в сторону прохода. Лев не понимающе воззрился на него. В ушах Принца звенела гнетущая тишина, под ногами хрустела крошка льда.
– Я даю тебе свободу выбора. – Серьезно сказал он. – Ты прав – эликсир твой. Ты же его сделал. Я обманул тебя, прости. А теперь уходи. Найди другую червоточину, переместись на безопасный этаж. Выпей эликсир и живи в одно удовольствие.
– Чарли…
– Уходи.
Принц вдруг рассмеялся, закрывая лицо руками. У него больше не было сил. И все… Все перестало иметь хоть какой-то смысл.
– Почему… Почему мне постоянно приходится прогонять тебя? Но в этот раз бежать за тобой будет некому, не переживай. Стелла умрет, и я тоже.
Лев сделал шаг навстречу…
– Прочь. – Процедил парень. Он поднял влажные глаза на Льва. Краешек его рта дернулся, Принц тяжело дышал.
– А, знаешь, что? – С вызовом сказал Лев. – Я уйду и буду жить так, как я этого заслуживаю. Ты прав, я сделал свой выбор. Я понял тебя. Зуб за зуб, так? Это твое прощение? Знаете, ваше величество, вы ничем не лучше меня. Только я знаю цену своей жизни, а какова будет твоей?.. Прощай.
С этими словами Лев обернулся зверем. Его густая грива вздыбилась, когти проскрипели по льду. Держа в зубах эликсир, лев выбежал в широкий коридор, оставив Принца совсем одного.
Отчаянно хотелось плакать, но Принца окончательно покинули силы. Он лишь закрыл руками глаза.
Послышался треск. Обернувшись, парень увидел, что льдина разрастается еще больше. Пол мрачного помещения становился белым, холод новой волной окатил Принца. Только сейчас юноша понял, что весь дрожит, обхватив себя. От невыносимо низкой температуры болели конечности, дышать было трудно…
– Сынок?
Принц поднял глаза на Королеву и Короля. Они страдальчески смотрели на сына, лица их были полны печали.
– Родители? Мама…
– Я решила, что мне стоит быть рядом. – Королева опустила лицо. Король приобнял женщину за плечи.
– Сынок, прости свою мать. – Сказал мужчина, тяжело вздохнув.
– Я и не обижаюсь. Ее ведь нет. – С улыбкой ответил Принц. – Но… Хоть вы и не настоящие… Спасибо, что вы были со мной в моих воспоминаниях. И сейчас… Я просто очень хотел бы умереть не в одиночестве.
– Мы с тобой, дорогой.
– Мам, если бы я выжил… Я бы хотел помнить о тебе только хорошее. Та женщина, из-за которой все это случилось… Это не моя мать, нет.
– Конечно, Принц.
– Я люблю тебя.
– Я буду с тобой до конца. И папа тоже.
Он осел на пол, не в силах больше стоять. Кажется, у него посинели губы. Он дрожал и все больше склонялся к полу.
Принц закрыл глаза.
– Спасибо вам.
Глава тринадцатая.
Созвездие Льва
Лев несся по широкой городской улице. Оставалось найти подходящую червоточину и все. Прощай, умирающая Стелла, холод, замок и Принц. Да, прощай. Теперь уже точно навсегда.
Гнев бушевал в груди Льва. Он остановился, положил эликсир на землю и громко зарычал в пустоту.
Рев прокатился эхом по окружающему его пространству, чуть не оглушив его самого. Он вспоминал, как часто пугались его другие львы, которые были меньше его раза в два. Но ведь он – особенный. Он – созвездие.
Начало его существования началось с золотой клетки. Его любили, разговаривали с ним, правда, не на его языке. Та богиня, или нимфа, (лев не придавал этому значения) заботилась о нем, как о домашней собачке, или кошке. Долгое время лев терпел такое надругательство над собственной свободой, пока не удалось, наконец, уговорить ее отпустить непокорное существо на землю.
Лев рассекал пространство желтой травы и яркого солнца большими прыжками, охотился на несчастных антилоп. С каким наслаждением он питался львиной жизнью, чувствуя себя царем всего живого. Однако, его собратья были неразумны. Среди своих, лев был одинок. Его не прельщало господство над подобными ему. Да и были они в разы меньше и трусливее. То еще общество.
Тогда Лев пустился в путь.
Он не знал, что ему предстоит найти. Его радовала возможность делать то, что ему вздумается. Лев мог отдыхать в тени деревьев, или полоскать шерсть в холодной соленой воде. Охота так же была весьма увлекательна: было забавно смотреть на свою жертву, такую глупую и беззащитную. А потом вкушать ее плоть. Все для него! Куда может быть лучше?
Но оказалось, что может.
Однажды, продвигаясь сквозь густые заросли джунглей, он встретил странное пятипалое существо с загорелой кожей. Оно издавало интересные звуки своим ртом, перекликаясь с похожим ему. Следуя за ними, Лев нашел целую деревню таких же существ. Оказывается, есть и другие создания, внешне похожие на его богиню.
Они были забавны и интересны. Махали передними лапами, двигая ртом, издавали смешные звуки. Лев хотел было присоединиться к ним, но как только выступил в полукруг существ, все со страхом попятились от него, завопили, а потом и вовсе разбежались.
Уж долго ему пришлось умолять щедрую богиню сделать его таким, как они. Лев считал, что он имеет полное право примкнуть к другому обществу.
Молитвы были услышаны.
В одно прекрасное утро Лев проснулся в новом теле. У тела было прелестное лицо, сильные руки и ноги. Глядя свое отражение у реки, молодой человек посмеялся над оставшимися ушами и хвостом. Но подумал, что это совсем его не смущает.
Люди были ему крайне интересны. Они научили его разговаривать, смеяться вместе с ними. Лев снова был рад своей безграничной свободе.
Откуда-то он узнал, что есть и другие, которые говорят на ином языке. Он немедля отправился к ним вместе с кораблем, пересекающем море.
Лев погрузился в бесконечное путешествие. Он изучил много разных языков, повидал много цивилизаций. Хотел остановиться везде и одновременно нигде.
Влюблялся, пил хорошее (и не очень) вино, искал приключений, проводил ночи без сна, а мог спать днями напролет. И все было так прекрасно, так замечательно…
Пока богиня не напомнила о себе.
– Почему я должен тебе служить? – Кричал он в небо.
– Потому что я тебя оживила.
– Но ведь никак не создала! Я – сам себе хозяин.
– Это мы еще посмотрим. Взгляни на свою руку. Столько дней я даю тебе, чтоб вернуться ко мне. Не вернешься – исчезнешь бесследно.
Лев был в отчаянии. И вот. Столько дней он потратил на то, чтобы найти волшебную тыкву, краем уха прослышав о ней на одном из этажей.
Обжиться в Стелле он не смог – все тут слишком чопорные. Роман с Эмилией привел его в некое состояние перманентного раздражения. Ведь вокруг нее постоянно крутились другие потенциальные ухажеры, и она не отказывала себе в удовольствии попеременно их менять. Будто бы они могли быть лучше Льва. Пф.
Лев построил себе дом на окраине и продолжал радоваться своей свободе, пока искал тыквы. Однако, его поиски превращались в одержимость…
Наш герой бесконечно думал о смерти. И о собственной гордости. Не престало льву становиться чьей-то игрушкой. Пусть лучше он умрет, чем лишится своего статуса. Он же лев, а не кошка облезлая.
Эмилия, думал он, долго еще будет его вспоминать. Он харизматичен, умен и очень красив. Без лишней скромности. Ну, впрочем, ее проблемы.
И так день изо дня он воровал тыквы, умело проскальзывая мимо садовников. За королевским огородом следили очень плохо, что было ему на руку.
Тыквы выращивали каждый день по нескольку штук с помощью какого-то магического удобрения. Лев, однако, так и не смог его выкрасть.
Он не знал, когда ему повезет, и повезет ли вообще. Но каждый день смотрел на свое запястье с тоской и страхом.
Никто не подозревал, что тот самый эпатажный мужчина в выглаженных костюмах и широкополой шляпе, который так лихо заигрывает с вечерними красавицами на улицах Стеллы, на самом деле боится каждого нового дня.
Но принципы брали над ним вверх – он не мог сдаться. Пока на его голову не свалилось нечто в виде невысокого парнишки, такого несуразного и инфантильного, что жалко было смотреть.
По началу Принц неимоверно раздражал. Он был словно маленький ребенок, не смотря на свой недетский возраст. Ему приходилось учить многим вещам. Терпеливо учить. Шаг за шагом.
– Ты слишком мало знаешь, Чарли. – Как-то раз сказал Лев, закатив глаза. – Тебе нужно больше читать.
– Что именно? – Понуро отозвался Принц. – Чего я, по-твоему, не знаю?
– Вчера ты меня спросил про мимесис Платона. Как такое можно не знать?
– Ну…
– Не «нукай», а читай. На. Потом дам тебе почитать что-нибудь из немецкого, интересно будет посмотреть на твое лицо. О, у меня где-то завалялся Кафка.
– Я не знаю, кто такие Платон и Кафка, но я понял, что ты считаешь меня тупым. – Принц хмуро положил книги на стол и скрестил руки на груди. – Но не нужно обладать особыми знаниями, чтобы понять, что ты самоутверждаешься за счет моей непросвещённости.
– Ничего себе, какие слова.
– Да, Лев. Если бы ты без всякого зазнайства поделился своей очень важной информацией, то это было бы очень неплохо.
Лев отмечал, что с Принцем интересно спорить, хоть он часто проигрывал. Иногда казалось, что ему нарочно хочется проиграть. Лев смеялся про себя, умиляясь этому желанию.
И все же… Принц превосходил его. Лев, правда, долгое время не мог понять, в чем. Спустя долгое время он наконец понял, что так восхищало его в Принце. Безграничная детская доброта. Преданность.
Это было странно. Принц прощал Льву слишком много, даже тогда, когда молодой человек нарочно перегибал палку. И, ничего не делая, не дрогнув ни одним мускулом на лице, Принц заставлял Льва почувствовать неизвестное ему доселе чувство стыда. Это было что-то новое.
Лев не мог понять своего маленького человека, подходил с одной, с другой стороны, ощупывал почву. Но Принц будто бы хранил в себе какую-то великую тайну, неразрешимую для нашего героя.
И вот он понял, почему. Принц готов пожертвовать собой ради совсем незнакомых ему людей, но которые заслуживают жить. Эх, заслуживают. И почему, хотя последнее слово за ним и осталось, Лев чувствует себя побежденным? Нет, он действительно побежден. Бесконечной щедростью и добротой.
Лев стоял посреди усыпанной снегом улицы. Ветер трепал его гриву. Он вспоминал. Наконец снова взял в зубы эликсир и развернулся в сторону замка.
Он сдался?.. Он просто делает так, как будет правильнее… Это что за проявление человечности? Когда Лев стал таким мягким? Куда делось его желание счастливой жизни?
Может быть, ему просто не хочется быть побежденным? Нет…
Лев отчаянно рычал про себя, достигая парадных ворот замка. Главное теперь не заблудиться…
А пол полностью покрывает лед. К нему примерзло несколько трупов, Лев решил не присматриваться к ним, но иголочка сострадания кольнула его свободолюбивое сердце.
Коридор… Налево? Нет, направо. Так холодно, что у льва дыбом встала шерсть. Но он лишь ускорил бег, поскальзываясь, падая, но двигаясь вперед.
Лев уже начал паниковать, пока не увидел свет в одном из проходов. Он кинулся туда.
В темной зале белым морозом покрывались стены. Лев перевоплотился в человека и тут же замерз.
– Чарли! – Охрипшим голосом крикнул он, пытаясь разглядеть Принца среди обступивших центр залы льдин.
Лев увидел его: маленькая фигурка, завернутая в плащ, но уже полностью замерзшая. Когда он подбежал к нему, то обнаружил, что губы парнишки посинели, ресницы стали белыми-белыми. Он почти не дышал, пока Лев тряс его в руках.
– Чар, проснись, прошу тебя… Только не умирай… Как я мог тебя оставить! Прости меня, прости, прости!
Принц едва открыл глаза.
– Лев, п-почем-му… Т-ты…
– Знаешь, что тогда наколдовал мне белый человек? Там… там, во сне… Я терял тебя, почти так же, как и сейчас. Я вспомнил… Я хотел быть свободным, но я понял, что ты мне нужен больше свободы, Чарли.
– Лев… – В холодном свете от льдины блеснула влага в глазах Принца.
– Я просто разозлился и… Я не понимаю, как я мог так поступить с тобой, снова. Умоляю, прости меня и на этот раз… Чарли?
– Лев… Вып-пей…
– Что? Ты с ума сошел? Я же тебе его принес!
– Я умираю, Л-ле…
– Так, ты не умрешь. Слышишь? Давай, держись. Чарли? Чарли!
Лев безуспешно звал Принца. Тот больше не открывал глаз.
– Черт. Это я во всем… Черт, черт!
Мужчина достал бутылек с эликсиром, одним пальцем скинул крышку. Еще раз посмотрел на бездыханное тело Принца. Нет, он не справится, не загадает желание… Но вдруг?
Лев разом вылил все содержимое эликсира себе в рот, обмочив подбородок. С силой заставил себя сделать пару глотков.
Принц не дышал. Лев безуспешно массировал его сердце, делал искусственное дыхание… Остатки эликсира подкатили обратно к горлу и он обмочил губы бездыханного Принца. Закашлялся. Еще раз припал к лицу друга. Ну давай же, дыши.
Такой маленький и беззащитный Принц. И Лев посмел бросить его здесь, одного, умирать в полном одиночестве…
Раздался оглушительный грохот. Лев видел, как огромная толстая трещина молнией разделила пространство на две части. Замок стал рушиться, дрожали его стены. Раздавались испуганные вопли тех, кто еще оставался в живых. Пространство будто бы смялось, надломилось… Лев зажмурился, и…
Вспышка.
Эпилог
Принцу снился сад. Все тот же цветущий сад. У фонтана сидела улыбающаяся королева в белом платье. Король стоял подле нее, положив руку на плечо. Принц сел рядом с ними на зеленую траву, подставив лицо под яркое солнце.
Мимо пролетели две красивые бабочки. Цветы раскрывали большие и маленькие бутоны, пели птицы. Журчала чистая вода фонтана.
Принц смотрел на родителей и думал о том, что непременно хотел бы поставить их образам статую. Они такие красивые… Особенно те, что запечатлелись в его памяти. Потом он вспомнил, что, скорее всего умер, раз видит их сейчас перед собой так явно.
– Я хочу, чтоб ты был жив, Лев. – Прошептал Принц самому себе. – Пожалуйста. Хотя бы ты… Живи…
Ветер пах свежестью травы и чем-то теплым. Солнце, пробивающееся сквозь густые кроны, сияло все ярче, ярче…
Он открыл глаза.
Перед ним раскинулся звездный купол неба. Что это? Как давно парень не видел звезд над своей головой. Принц приподнялся на локтях. Он лежал на огромном необъятном поле, которое со всех сторон обступали высокие горные хребты. Звезда по имени Солнце сияла чуть выше горизонта.
Шумел ветер в густой траве. Где-то там, далеко, был виден изумрудный перелесок и небольшой водопад.
Страннее всего, что во рту чувствовался странный сладковатый привкус, и Принц не знал, что с этим сделать. Но для начала он как следует ущипнул себя за плечо. Нет, это не сон.
Вдруг он обернулся. Рядом в траве еще кто-то был. Принц подполз ближе. Знакомые мягкие уши, вылезающие из-под густой копны темных волос. А вот и хвост. Да это же Лев!
Принц был вне себя от радости. Чуть не задохнувшись, он кинулся обнимать лежащего, ненароком того разбудив.
– Боже, Лев, слава небесам! Ты живой! Живой!
– Что? – Сонным голосом спросил Лев. – Где я?
– Лев, я не знаю, где мы… Может быть, мы умерли?
– Да нет, я вроде вполне себе живой. Ой, слушай… Как мы тут оказались? Голова тяжелая, что-то я вообще ничего… Совсем ничего не могу вспомнить. Все как в тумане…
Лев некоторое время молча разглядывал небо над их головами и хмурился. Принц выжидающе смотрел на него.
– Напомни свое имя? – Улыбнулся Лев, окончательно сбив его с толку.
Принц задумчиво почесал затылок. Лев не шутил. Вид у него был уж очень рассеянный. Будто это и не Лев вовсе.
– Чар… То есть, Принц.
– Принц? – Лев рассеянно улыбнулся. – А я Лев. Мы знакомы? У меня ощущение, что я очень хорошо тебя знаю… Но не могу вспомнить откуда. Послушай, э-э… Принц. Я совсем ничего не могу вспомнить…
Принц похлопал Льва по плечу, мол, это не так уж и важно. Сам он отлично все помнил, но какое-то странное волнение ныло у него в животе. Он осмотрелся.
Нет ни замка, ни города. Точно. Где Стелла? Неужели она… Исчезла?
Принц не мог понять, что он чувствует. Потерял… Он все потерял. Ну или… Почти все. Хотя, разве могло все выйти иначе? Да и каким образом? Но тысячи людей, дети, люди, которых он хорошо знал…
Принц и Лев сидели в траве. Оставшись совсем одни.
Совсем… одни.
Этот этаж принадлежит Ярославу