Благодаря своей удаленности от посторонних глаз он приглянулся и хулиганам, любителей помахать руками.
По периметру пустыря, как на линейке, выстроились школьники. В центре собрались бойцы. Кадеты уже были готовы и особо не беспокоились, чего не скажешь о группе друзей, которые ждали Флинта и заметно волновались. Среди школьников уже начинали ходить слухи о том, что сам Лука испугался кадетов. Но, не дав распространиться слухам, на поле брани появился Флинт – с перевязанной рукой и лучезарной улыбкой. Когда соперники собрались, они быстро обсудили между компаниями примерный план действий, после чего встали на исходные позиции. Через мгновение два строя бойцов вцепились друг в друга. Крики, ругань, удары. Драка была не самая красивая, но наполненная юной яростью. Противники без малейшего сострадания втаптывали друг друга в землю. Кипа после пары пропущенных ударов рассвирепел и зубами вцепился в ухо несчастного кадета, Лёня вылетел одним из первых. Флинта после первых секунд стычки беспокоила рука, которую он старался не использовать. Бобби же удалось повалить Рому и оседлать его, нещадно забивая кулаками. Через две минуты все кадеты лежали на земле. Вступаясь за товарищей, внутрь круга побежали остальные кадеты, разнимая неугомонных.
После того как все закончилось, потрясенная победой компания сидела отдельно. Все зеваки разошлись, побитых кадетов унесли свои. Больше всего было жалко парня, которому Кипа откусил мочку уха. Флинт держался за руку, которая сильно дрожала и болела. Кипа водил языком по зубам, пробуя так и не понравившейся ему вкус крови. Лёня лежал на земле и смотрел в небо, в ушах у него звенело, голова раскалывалась. У Бобби были разбиты бровь и губа, на щеке виднелся синяк. Но его это не беспокоило, он смотрел вслед Кате, которая, не обратив на него внимания, уходила с пустыря.
– Парни, спасибо вам большое. Я даже не ожидал такого, – Бобби чувствовал себя виноватым перед друзьями. – Парни, извините, мне нужно идти. Еще встретимся, – Ваня обнял каждого и поспешил покинуть пустырь.
Ребята еще долго сидели, обсуждая произошедшее, приходя в себя. Размышляли, как объяснить побои родителям.
Темнело. Кровавое солнце отражалось в окнах. Ваня, погруженный в раздумья, брел по темным дворам.
Способность мыслить – одна из основных способностей человека. Не раз бывало такое, что человек слишком глубоко погружался в собственные размышления и собственноручно топил себя в них. Быть легкомысленным в нужные моменты жизненно необходимо: это помогает поддерживать оптимизм. Вовремя прикинуться дураком – высшая мудрость. Ваня это отлично понимал, но не мог справиться с собственными переживаниями.
Вскоре Бобби дошел до дома, в котором жила Катя, но зайти к ней не решался. Он сел на лавочку, поглядывая в окно ее комнаты. Со скамейки он наблюдал драму маргиналов. Двое ценителей этилового Грааля закатили семейную ссору прямо на улице. Как оказалось позже, женушка с опухшим лицом и кокетливым синяком под левым глазом приревновала своего чумазого принца в элегантно помятом винтажном пиджаке. Этот пиджак придавал некую важность и явно давал понять, что сей представитель немало потрудился на помойках, чтобы найти столь диковинную вещь.
В окно выглянула Катя. Заметила Бобби. Он же этого почему-то испугался и хотел уже уйти. Его совсем не интересовала семейная драма уличной диаспоры. Тут железная дверь отворилась, вышла Катя. Она села на лавочку рядом с Бобби и несколько минут просто молчала.
– Спасибо, – тихо произнесла Катя.
– Ты же знаешь, что я не мог оставить этого просто так. Может, сейчас расскажешь, что случилось? – Бобби был необыкновенно мрачен.
– Нет, не расскажу. Это мое дело, и вообще зря вы с ними дрались.
– Ты о чем сейчас? Как это – твое дело? Кать, все хорошо? – недоуменно говорил Ваня, повышая голос.
– Вань, я больше не могу быть с тобой. Спасибо тебе за все. Кажется, я влюбилась в Рому. Просто мы с ним немного поругались в последний раз. А ты из этого раздул проблему.
– Знаешь, Кать, – перебил ее Ваня. – Удачи тебе. Просто вот. Пока. Был рад общаться, надеюсь, больше не придется.
После этих слов Бобби покинул двор.
Ваня долго бродил между высотками, проходя через дворы, парки. Его трясло от несправедливости и обиды. Почему-то именно в этот момент Бобби вспомнил про отца, которого не было дома два дня, и решил отправиться на его поиски.
Он обошел все пивнушки в округе, нашел дружков отца и пытался узнать хоть что-то. Было давно за полночь. Ваня уже не шел в какое-то определенное место, а просто ходил по улицам в ожидании чуда. И чудо свершилось. В парке недалеко от дома на скамейке сидел нетрезвый отец. Ваня сел на лавочку рядом с отцом и ощутил спокойствие.
– Мама дома волнуется, – сказал Ваня, обнимая отца за плечи.
– Я понимаю, – отвечал отец. – Видимо, пора возвращаться, но давай немного поговорим с тобой. Когда мы в последний раз сидели, просто разговаривали?
– Давненько, – отметил Бобби.
– А ты чего битый?
– За девушку заступился.
– За Катю? Я бы на твоем месте держался подальше от нее, нехорошая она.
– Я уже понял, мы сегодня расстались.
– А ты, Ваня, похож на меня, – улыбаясь, говорил отец. – Я тоже люблю всех, только зачастую это больно. Запомни, сын мой: когда ты доверяешься человеку, ты даешь ему возможность убить тебя. И, как ни крути, это будет твоей слабостью. Прожить жизнь без любимой девушки будет легче. Хотя не так интересно.
– Пожалуй, легче любить весь мир в целом, а не конкретных людей, – Ваня задумчиво смотрел в небо.
– Тут ты прав, сын мой.
– Мне кажется, проживу я свою жизнь один. Любя мир. Я слишком добрый, чтобы любить. Но это все лирика, а теперь идем, – Бобби положил руку отца себе на плечо и повел его домой. Путь им освещала полная луна, на небе не было ни тучки. И на улице не было ни живой души.
– Вань, а какую семью ты хотел? – спросил отец.
– Я бы хотел тебя и маму, да и хватит мне.
– А как же твоя любовь? – удивился отец.
– Моя любовь уже отдана моим друзьям. Если в этой жизни мне встретится человек, который полюбит меня и подарит этот приятный огонек в душе, я буду только рад. Но сам я боюсь, что более не смогу разжечь огонь у кого-то.
– Да ты, сынок, фантазер.
– Зато как приятно будет, если фантазии сбудутся, – Ваня наконец-то улыбнулся.
Бобби не первый раз возвращал отца домой. Через пару дней он отлежится и выйдет на работу, а через пару недель заживут раны Бобби от драки. Но осадок в душе после этого дня не исчезнет никогда.
9
Лучик солнца осторожно пробирался сквозь шторы. Добрался до больших глаз Июля. Пожмуря серую мордашку, Июль открыл глаза и сместился с линии огня солнышка. Вновь вернуться ко сну Июлю помешал Ваня, который шуршал по периметру всей квартиры, копался в больших сумках, вытаскивая старые вещи.
– О, доброе утро, – Бобби заметил, что Июль открыл глаза.
– Доброе, – противным голосом отвечал Июль. – Вань, пожалуйста, давай этот мир отдохнет от нас сегодня, а мы отдохнем от ежедневных подвигов, – Июль повернулся к спинке дивана.
– Отдохнем, но не сегодня, – Ваня нарядился в спортивные зауженные штаны, борцовку и олимпийку.
Июль так и не смог заснуть, потому с недовольной миной спрыгнул с дивана в поисках своего костюма среди сумок.
– Ты чего сегодня такой модный? – Июль поднял глаза на Ваню.
– Мы сегодня едем в модное место, – Ваня грозно глянул на гостя.
– Как скажешь, – Июль развел руками и продолжил искать костюм.
– Тебе, кстати, тоже советую одеться подобающе, свой костюм ты там только замараешь. Я могу подыскать что-нибудь на тебя, – Бобби начал рыться в сумках.
– Не утруждай себя. Я сам.
– Ты чего такой противный, я понять не могу? – повысил тон Бобби.
– Ох, извините за манеры! Я же в гостях, да еще барахло всякое на себя не цепляю, – Июль раскланивался и ходил на цыпочках.
Бобби швырнул в гостя сумкой, которая попалась под руку, сбив бедолагу с ног. Недовольный Июль поднялся, злобно посмотрел на Ваню и фыркнул, как пес, которого отшвырнули в сторону. Удалился в ванную комнату. Из-за двери раздавались странные звуки, после оттуда вышел обновленный Июль. На нем были синие тканевые кроссовки с белыми полосками, синее же зауженное спортивное трико с теми же полосками по бокам, большая разноцветная олимпийка, раскрашенная в синие, белые, фиолетовые и зеленые цвета, которая, впрочем, была ему широка, а на голове красовалась серая кепка.
– Я теперь достаточно модный, чтобы ехать с тобой? – Июль никак не мог успокоиться.
Бобби только рассмеялся.
– Ха-ха-ха, – иронично пробурчал Июль. – Смотри не помри, а то вон красный уже.
Бобби заливался смехом еще минут пять.
– Да-с, вы теперь достаточно модны для того, чтобы отправиться со мной, – серьезно сказал он.
– Ну наконец-то, – закричал Июль, поднимая руки к небу. – Куда мы, кстати говоря, направляемся?
– Мы едем в глубинку, – важно сказал Ваня и направился к выходу.
У подъезда компаньонов уже ждала «Нива», за рулем которой сидел лысоватый парень в больших очках. Друзья залезли во внедорожник. Июль расположился на заднем сиденье, Бобби сел впереди.
– Здравствуйте, друзья-грибники, – очкарик пожал руки компаньонам.
– Знакомьтесь, это Июль. Июль, это Академик.
– Приятно познакомиться, – любезничал Академик.
– А мне так себе, – язвил Июль.
– Дерзко, – Академик отвернулся от Июля и пристегнул ремень безопасности.
В машине накалилась обстановка, но она не волновала Июля. Тот лежал на заднем сиденье и задумчиво смотрел в окошко.
– А у тебя, Бобби, противный друг.
– Тяжелое детство, привыкнуть можно.
Компания быстро выехала из города. Июль с любопытством рассматривал дома, убегающие вдаль. Город, расположенный в степи, казался очень большим. Вокруг – поля, словно море, уходящее за горизонт. За окном автомобиля менялись только цвета полей, встречались редкие лесопосадки. Машин было мало, подавляющую часть потока составляли фуры, перевозящие товары. Вдалеке коптил небо локомотив, разрезая поля железной дорогой. Машина свернула с асфальтированной трассы и дальше уже ехала по гравию. К счастью, автомобиль Академика позволял ездить по таким дорогам. На холмах виднелись небольшие поселения. Жизнь в этих деревнях понемногу угасала. Молодые и те, кто может работать, уезжают в города, оставляя стариков, которые целыми днями сидят на лавочках у своих хибарок. Даже хозяйство в таких деревнях уже никто не держал. Создавалось ощущение, что все только ждут, пока смерть заберет всех жителей. Дни тянулись там лениво и долго. Вскоре пропали и эти деревни. Компания еще долго ехала по проселочной дороге меж полями, после машина повернула в поле и поехала среди высокой кукурузы.
– На выход, господа, – окликнул Академик, остановив машину.
Компания вылезла из машины, разминая ноги, затекшие после долгой дороги. Академик молча повел в глубь зарослей кукурузы.
– Вот она, родимая, – сказал Академик, выведя друзей к небольшой поляне с коноплей.
– Откуда семена брал? – с умным видом интересовался Бобби, разглядывая растения.
– Казахстан, – гордо заявил Академик.
– Что это? – Июль брезгливо тыкал в растения.
– Ну ты, братец, даешь, – рассмеялся Академик. – Это же конопля, причем хорошего урожая.
– И зачем она нам? Есть, что ли?
– Думаю, так ее никто не использует, но ты можешь по– пробовать.
– Так и что мне с ней делать? – нервничал Июль.
– Можешь веревки вить, масло делать, – все по-разному распоряжаются ей.
Бобби тем временем выбирал лучшие растения и складывал в рюкзак.
– Думаю, тебе понравится эта штука, – Бобби обратился к Июлю. – Это та трава, которую я периодически курил.
– Вон оно что. У вас тут все в магазинах продается, а ее нет?
– Ты с какой Луны свалился? – рассмеялся Академик.
– Я не с Луны, идиот, – обозлился Июль. – На Луне давно уже никого нет.
– Да ты прям Незнайка.
– Ладно, я набрал, поехали отсюда, – окликнул друзей Ваня.
Компания опять загрузилась в «Ниву», и отправились назад. Все те же поля, все те же деревни. «Нива» уверенно рысачила по проселочным дорогам. Вдруг навстречу выбежала пожилая женщина, размахивая руками. Академик ударил по тормозам, машина остановилась недалеко от старушки, едва ее не сбив.
– Ты что, бабка, из ума выжила?! – кричал Академик в открытое окно.
– Ой, родненькие, помогите! – задыхалась старушка.
– Что случилось-то? – нервничал Академик.
– Старик мой слег. У фельдшера он, да машины отвезти в город нет. Помрет ведь. Помогите, родненькие.
– Академик, надо помочь, давай отвезем мужика в больницу, – сказал Бобби.
– Вань, да у нас полные сумки травы, куда ты повезешь-то?
– В больницу, нормально все будет. Мы больного везем, никто к нам в сумки лезть не будет, – убеждал Ваня.
– Ладно, поехали,– согласился Академик. – Садись в машину, бабуля, дорогу покажешь.
Старушка с трудом залезла в машину, потеснив Июля на заднем сиденье, со страшной отдышкой стала объяснять, куда ехать. Машина быстро пролетала деревни одну за другой. Вскоре добрались до нужной и подъехали к невзрачному фельдшерскому пункту. Саманные стены, старая дверь, заросший травой вход, поломанный забор.
– Помочь там нужно, – вновь запричитала старушка. Все нехотя вылезли из машины, прошли в медпункт.
Вид внутри был не лучше. На старых грязных стенах висели пожелтевшие плакаты об опасностях СПИДа, написанные от руки. На старых деревянных полах – сантиметровый слой пыли, на котором выделялись следы. Друзья подошли к кабинету, где находился фельдшер. Там было так же грязно, стояли старые кушетки и шкафы с тоннами макулатуры. На одной из кушеток лежал старый мужчина, державшийся за живот. Над ним склонился средних лет фельдшер.
– Помощь из города прибыла! – громко крикнул Академик. – Не доктора конечно, но до больницы отвезти можем.
– Как же вы нас выручите! – обрадовался фельдшер. – Сейчас я соберусь, и можно будет ехать в больницу.
– Нет-нет, – замотал головой Академик. – У нас хватит места только для больного.
– Как же так? – обеспокоился фельдшер. – Но медлить нельзя. Грузим его, и вези в любую больницу.
– А-а-а-а-а-а-а-а-а-а! – завопил Июль, ожидавший в коридоре. Бобби выбежал к Июлю и застал концовку его битвы со змеей. Получив удар по голове, та успела укусить Июля за ногу и поспешила уползти под пол.
– Июль, ты как? – бросился к другу Ваня.
– Жить можно, – ответил тот.
– Иди в машину, мы заберем больного и вернемся. Через пару минут обычная «Нива» превратилась в карету «скорой помощи». На заднем сиденье стонал мужчина, а Июль начал закатывать глаза и дико смеяться. Страшное зрелище.
– Кажется, твоему другу совсем плохо, – сказал Академик, наблюдая картину в зеркало заднего вида.– Видимо, у него на яд такая реакция.
– Поехали уже быстрее отсюда, – паниковал Ваня. Машина тронулась из проклятой деревни. За пару минут выехали на асфальтированную дорогу и с большим превышением скорости полетели в город. Мужчина стонал, а Июль смеялся и нес какую-то чепуху, не реагируя на слова Бобби. Вдалеке показалась машина ГИБДД с ее доблестны– ми сотрудниками, которые радостно махали жезлами. Академик остановил машину недалеко от служителей закона, побледнел, на спине у него проступил холодный пот. Сотрудник автоинспекции не спеша подошел к машине. Академик опустил окошко.
– Нарушаем? – с приторной улыбкой спросил сотрудник.
– У нас больной на заднем сиденье, из деревни везем, – объяснил Бобби.
Сержант перевел взгляд на заднее сиденье, где мучились двое. Июль, увидев сержанта, радостно крутил факи.
– Да что вы себе позволяете?! – возмутился сержант.
– Его змея укусила, не в себе человек. Вы посмотрите, какой он бледный, а что с глазами?! – кричал Бобби.
Сержант оглядел серую кожу Июля и его огромные черные глаза.
– Чё вылупился? – с хохотом кричал Июль. – Вань, а прикинь, если он траву вашу спалит. Вот смеха-то будет.
Сержант удивленно смотрел на происходящее.
– Но ты, самое главное, по сумкам не рыскай, и все нормально будет, – продолжал Июль, заливаясь смехом.
Цвет кожи Академика был уже схож с Июлем, а в голове пульсировала тревога.
– Все, наскучил ты мне, иди вон в свою будку, – кричал Июль на сержанта.
Сержант уже был готов вытащить Июля из машины, но ситуацию спас больной мужчина, которому стало совсем плохо, и он завопил что есть мочи.
– Сержант, долго еще нас держать будете? Людям ведь плохо. Потом вас же по судам затаскают, – пытался отделаться Бобби.
– Поезжайте быстрее отсюда, – сквозь зубы прорычал сержант и направился к своей машине.
«Нива» с пробуксовкой тронулась с места и полетела дальше.
– Видели, как я его? Испугался, пес, – смеялся Июль.
– Июль! – закричал Бобби.
– Ой, ладно, – Июль закатил глаза и уснул.
Остаток пути прошел без приключений. Больного довезли до ближайшей больницы и передали докторам, объяснив ситуацию. Академик отвез друзей домой.
– Спасибо тебе большое. Прости за день, – извинился Бобби перед Академиком.
– Нормально все. Зато будет что вспомнить, – улыбнулся Академик.
Бобби подхватил Июля на руки и понес в квартиру. Поднявшись к себе, Ваня аккуратно уложил Июля на диван и укрыл одеялом. Тот сразу укутался в одеяло и по-детски уткнулся в подушку. Ваня поумилялся, даже улыбнулся, как над своим ребенком.
– Незнайка ты мой, – Ваня ласково погладил Июля по лысой голове.
Убедившись, что Июль заснул, Ваня достал содержимое из сумок. Методично начал раскладывать растения, что-то убирал сушиться, что-то сначала натирал.
Городские жалуются на то, что им некомфортно живется, не подозревая, что бывает ещё хуже. В наше цивилизованное время остались места, где люди не живут, а выживают. Там, где можно погибнуть от зубной боли или обычной простуды. Там один захудалый магазин, редко бывает горячая вода, потому большой популярностью пользуются бани. Там жизнь просто течет, устремления людей невысоки, как и их уровень жизни. Посещая такие деревни, откровенно поражаешься. А самое страшное – люди, живущие там, не стремятся улучшить свой уровень жизни, просто поддерживают тот, что есть: «Нормально, жить можно».
10
Такси остановилось напротив авторынка за сетчатым забором. Рай автолюбителей, где продавались машины для среднего класса. Обилие стоковых автомобилей не могло не радовать гаражных дел мастеров. Двое немолодых мужчин с умным видом ходили между рядами авто в поисках добычи подешевле.
– Евгений Матвеевич, а вы разбираетесь в машинах? – наконец поинтересовался Глеб.
– Да будет вам! Всю жизнь на одной машине проездил. Никогда в ней не разбирался, а если что, вез в сервис. А ты, Глеб, имеешь подобный опыт общения? – Евгений Матвеевич посмотрел на Глеба.
– Вы меня нашли на улице – как вы думаете?
– Действительно. Извини.
– Так что же мы будем делать? Машину-то выбирать надо.
– Надо, а вот смотри, стоит какая, – Евгений Матвеевич указал на старенькую «копейку».
Перед ними красовалась старенькая первая модель «Жигулей» жемчужного цвета с блестящими хромированными деталями и большими добрыми круглыми фарами. За рулем дремал парень лет девятнадцати.
– Уважаемый, – Евгений Матвеевич тронул парня за плечо. – А сколько вы хотите за эту ласточку?
Парень приоткрыл один глаз, посмотрел оценивающе на Евгения Матвеевича.
– Тебе, дядь, за тридцать пять отдам, – парень вновь закрыл глаза.
Друзья переглянулись. У Евгения Матвеевича не было столько денег, потому он уже хотел уйти, но его остановил Глеб.
– Позвольте, я кое-что попробую? – предложил Глеб. Евгений Матвеевич одобрительно кивнул.
– За пятнадцать заберем, – уверенно заявил Глеб.
– Да ты чего, дядь? Двадцать пять – последняя цена, – окончательно проснулся парень.
– Берем, – встрял Евгений Матвеевич.
Дальнейшее время Евгений Матвеевич посвятил бюрократии. Заполнение документов, регистрация в ГИБДД. Оформив автомобиль на себя, убедившись, что все в порядке, компаньоны отправились в тюнинг-ателье на Победе. За рулем старенькой «копейки» Евгений Матвеевич смотрелся колоритно. Винтажная машина подчеркивала возраст ее экипажа. Она очень сильно выбивалась из общего потока иномарок. Привлекала немало внимания своим хорошо сохранившимся видом и начищенным до блеска хромом.
Наконец экипаж доехал до тюнинг-ателье «Старая школа». Ателье представляло собой три бокса и одно двухэтажное административное здание. Из боксов доносилась музыка. На одной стоянке обитала техника разной породы – и спортивные автомобили, и кастомные мотоциклы. Живые легенды вроде «доджей» и новенькие борзые «R-6» обитали рядом. Около ателье крутилось много людей, которые общались с мастерами, рассматривали автомобили и строили планы. Но вместе с тем это было уютное место для избранных. «Своих» клиентов тут любили. За банальный ремонт старались не браться, а вот делать из стокового «японца» грозного зверя принимались с радостью. Евгений Матвеевич с Глебом гор– до шагали от своей «копейки» в сторону административного здания под песню «Bad Boys», доносящуюся из боксов. В уютной приемной на стенах – постеры пин-ап. Вдоль стен – витрины с разными аксессуарами для техники. Музыка в этом здании отличалась от музыки в боксах. Отдельный стенд с кубками, медалями и фотографиями. На стене – черный флаг спортивной команды «Порода» с изображением бультерьера на нем. Слева – винтовая лестница на второй этаж, в глубине комнаты – четыре стола. За приемным столом сидела обворожительная девушка с огненными волосами, в белой блузке, красной юбке. Немного веснушек делали девушку еще милее. Она обладала довольно пышной фигурой, аппетитной, как выражаются мужчины. Её улыбка сводила их с ума. Косметики на ней было минимум, что редко встречается в последнее время. А глядя в ее голубые глаза, можно было поклясться в чем угодно.
– Чем могу помочь? – спросила девушка нежным голосом, изящно улыбаясь.
От такого приема друзья даже немного забылись и не могли отвести взгляд от девушки.
– Нам нужен мастер, – Евгений Матвеевич наконец взял себя в руки. – Знакомый посоветовал мастера, затрудняюсь сказать, как его зовут, знаю, что у него есть татуировки.
– Боюсь, этого будет недостаточно, – мило отвечала девушка. – Давайте лучше я приму заказ.
– Но нам нужен определенный мастер, – настаивал Евгений Матвеевич.
– У нас, конечно, иногда практикуется такое, что мастер лично работает с заказчиком. Но это касается знакомых или коллег спортивной команды, – продолжая улыбаться, объясняла девушка.
– Стыдно признаться, но я не разбираюсь в автомобилях и не могу объяснить, что мне необходимо. Потому и ищу определенного мастера, – оправдывался Евгений Матвеевич.
– Что же, пройдитесь по боксам, возможно, вы найдете нужного мастера. Но он сейчас может быть не на месте. И если вас оттуда выгонят, я вам ничего подобного не советовала.
– Спасибо большое, – Евгений Матвеевич расплылся в улыбке. – А как вас зовут?
– Алиса, – представилась девушка.
Один из трех боксов был закрыт, и это облегчило поиски. В первом боксе стояла разобранная машина непонятной модели, и ее раму активно распиливали. На подъемнике висел «Мустанг», а под ним копался мастер.
– Мужики, вы чего тут забыли? Приемная правее, – обратился к гостям пожилой одноглазый мужчина в комбинезоне и с седыми волосами, забранными в хвост.
– День добрый, – начал Евгений Матвеевич. – Дело в том, что мы по совету знакомого ищем тут определенного мастера.
– И кого же? – старик заинтересованно слушал гостей.
– Я не знаю его имени. Единственное, что я запомнил о нем, так это наличие татуировок.
– Это, конечно, задачу не облегчает, – старик ненадолго задумался. – А как зовут вашего знакомого?
– Иван Безродный, – ответил Евгений Матвеевич.
– Ваня? Бобби? Так бы сразу и сказал, – усмехнулся старик. – Знаю я, кто нужен.
– Вы меня выручаете, – поблагодарил мастера Евгений Матвеевич.
– Гоша! – окликнул старик подмастерья. – Позови Флинта в башню.
– Понял, – отозвался парень.
– Пройдите в административный корпус на второй этаж, мастер подойдет, – обратился старик к друзьям.
Евгений Матвеевич благодарно кивнул, и гости удалились из мастерской. Вернувшись в административный корпус, мило улыбнулись Алисе, проходя мимо. Второй этаж представлял из себя что-то вроде комнаты отдыха. Тихая музыка, постеры, телевизор с игровой приставкой. Столы, установленные на автомобильных дисках. Много фотографий команды «Порода», бильярдный стол, столы с чертежами, небольшой бар. И, конечно же, удобные диваны.
Друзья только устроились на одном таком диване в ожидании мастера, как послышались шаги на лестнице. В комнату поднялся высокий подтянутый парень в комбинезоне с закатанными рукавами, на груди нашивка «Лука». Зачесанные на правую сторону волосы, борода. На правой руке татуировки морской тематики, уходящие под комбинезон, серебряная цепочка и серебряный перстень на среднем пальце, на левой руке часы с хитро сплетенным браслетом.
– Добрый день, господа, – раздался громкий картавый голос. – Вы меня искали?
– Да, возможно, – откликнулся Евгений Матвеевич. – Понимаете ли, меня знакомый направил сюда.
– Как зовут этого знакомого?
– Иван Безродный.
– Вон оно что, – с лица Луки пропала улыбка. – А что вы хотели?
– Он рассказал, что вы можете к зиме построить спортивный корч.
– Так вы, дядя, дрифтом решили заняться? – улыбка вновь вернулась к Луке.
– Можно и так сказать, – засмущался Евгений Матвеевич.
– Вы не стесняйтесь! В жизни важно пробовать что-то новое. Но, боюсь, с этим я вам помочь не смогу, – Флинт похлопал по плечу Евгения Матвеевича.
– Но Бобби посоветовал именно вас, – упавшим голосом произнес Евгений Матвеевич.
Лука собирался уходить, но эта фраза заставила его остановиться и задуматься.
– Ай, ладно. Показывайте машину.
Компания отправилась на выход. На первом этаже Алиса кому-то подмигнула, никто из троих не понял, кому это подмигивание предназначалось, но каждый засмущался, принимая на свой счет. На улице Луку ждала «копейка». Сначала он посмотрел на нее, после перевел взгляд на хозяев.
– Вы где её откопали? – удивленно спросил Лука.
– Сегодня на авторынке купили, – ответил Глеб.
– И вы хотите, чтобы я из этого сделал корч?
– Желательно, – Евгений Матвеевич виновато улыбнулся.
– Я возьмусь. Давно у меня не было бредовых проектов. Но должен сказать, что придется вложиться, и, возможно, апгрейд выйдет дороже стоимости машины.
Евгений Матвеевич, тяжело вздохнув, кивнул. Машину загнали в бокс, механики с интересом начали рассматривать автомобиль, отмечая, что модель хорошо сохранилась для своего возраста.
– Каков будет бюджет? – тихо обратился Флинт к Евгению Матвеевичу.
– Тысяч сто, – мысленно произведя подсчеты, ответил Евгений Матвеевич.
– Отлично, – Лука залез на капот «копейки». – Коллеги, друзья, братья! Нам предстоит сделать из этой крошки самый настоящий спортивный корч с бюджетом в сто тысяч. Механики радостно зааплодировали. Евгений Матвеевич и Глеб с интересом наблюдали за происходящим.
– Так закончим же работу над этой колымагой, – Лука указал на полуразобранный автомобиль. – И возьмемся за наш отечественный автопром. Ура, товарищи!
– Ура! Ура! Ура-а-а! – прокричали механики.
– Так за работу, доходяги! – призвал старый механик. Мужики, хохоча, разошлись по всей мастерской.
– Дед, подойди сюда, – обратился к старому механику Лука.
– У вас тут семейное дело? – поинтересовался Глеб.
– Да брось ты. Прозвище у него такое.
Тем временем Дед уже осматривал старенькую «копейку».
– Хороша. Любо смотреть, – улыбнулся Дед.
– Построим корч к зиме? – спрашивал Лука.
– Да как пить дать. В нашей мастерской это дело займет пару недель, если не отвлекаться на другие проекты.
Лука спрыгнул с капота и вместе с Дедом принялся осматривать автомобиль. После достал из ящика блокнот и ручку, делая в нем записи и пометки, слушая Деда. Евгений Матвеевич с Глебом тем временем наблюдали за механиками под музыку, звучавшую в мастерской. Это был клауд– рэп, на стенах – постеры пин-ап, цитаты различных людей, большая металлическая доска с планами работ, необходимыми чертежами и списками заданий для механиков разных специальностей.
– Евгений Матвеевич, стыдно сказать, но ночевать мне негде, – обратился к товарищу Глеб.
– Нужно признать, мне самому некуда ехать. Наверно, придется нам с тобой отправиться в гостиницу, а дальше что-нибудь придумаем.
– А как же ваш дом? – удивился Глеб.
– Дом – это место, где хорошо и спокойно. Я пока не обрел такого места, – отвечал Евгений Матвеевич, наблюдая за работой механиков.
– Не хочу вас утруждать собой. У меня, кажется, есть идея.
Глеб направился к Луке, осматривающему «копейку».
– Флинт, – неуверенно обратился Глеб.
– Да? – не отвлекаясь от машины, откликнулся Лука.
– У меня к вам просьба, – стесняясь, сказал Глеб. – Дело в том, что я самый настоящий бомж. Меня подобрал Евгений Матвеевич. Поэтому мне некуда идти, и я готов предложить свои рабочие руки за жилье в мастерской. Много места я не займу, не беспокойтесь.
Лука, наконец, отвлёкся от машины и поднялся с колен.
– Извините, а как вас зовут? – Флинт приподнял бровь.
– Глеб.
– Что же ты, Глеб, умеешь?
– На самом деле я учитель истории и в машинах не разбираюсь. Но могу научиться выполнять простую работу и помогать чем можно.
– Учитель истории, говоришь? – Лука задумался. – В наше время недооценивают идейных учителей. Значит так, выделим тебе комнатку, в административном корпусе имеется. Будешь полтора часа в день читать лекции, пока все будут работать, или во время обеденного перерыва. Только рассказывай что-нибудь интересное. Ну и, конечно, будешь помогать механикам. Зарплата будет семь тысяч для начала.
– Какая зарплата? Это лишнее, – отнекивался Глеб.
– Так, давай только без альтруизма. Никто из работников моей мастерской не будет обижен. А как научишься чему, так повысим зарплату.
Такому повороту событий были удивлены и Глеб, и Евгений Матвеевич.
– Дед, сходи, пожалуйста, оформи контракт с нашим другом. А я провожу Глеба в его новую комнату.
Евгений Матвеевич проследовал вместе с Дедом к Алисе. Лука же повел Глеба в глубь административного корпуса. Перед Глебом распахнулась дверь в маленькую уютную комнату. Диванчик, небольшой холодильник, комод, старенький телевизор и флаг Конфедерации во всю стену.
– Душ, туалет – дальше по коридору. Правда, единственный минус – это то, что будет слышно музыку из боксов, пока там кто-то работает. Зато с утра будильника не потребуется. Как музыка заиграет, проснешься, умоешься – и в боксы, за работу. Смены, в которые будешь работать, скажу завтра. Чуть не забыл: в начале коридора слева кухня, там можешь готовить и есть. А еще на заднем дворе мастерской, помимо всякого хлама, имеется мангал, стол и прочее по мелочи. Вроде все, ничем не обидел. Будут вопросы, обращайся.