Блин комом. Книга четвертая

Text
Read preview
Mark as finished
How to read the book after purchase
Font:Smaller АаLarger Aa

Последнюю проблему мы могли, в принципе, решить, просто поместив всех Бессов-гостей на «Железную Фею» и подорвав цирк к ядреной матери, но это я озвучивать не стал. В целом то, ничего страшного пока не случилось? Ну, подумаешь, эпидемия демонической одержимости, действующей и на смертных и на бессмертных. Вон и другие гости, окромя нашей команды, уже очухались от первого шока и начинают думать головой. Простых-то Бессов тут нет, сплошь важные шишки, которые и не торопятся особо никуда. Такой демон кому угодно в хозяйстве пригодится. Видно, правда, что им боязно самим подхватить себе «попутчика» в организм, но деваться-то некуда. Вдруг, уже подхватили?

Я тем временем пытался незаметно рассмотреть собравшихся, что удавалось откровенно плохо. Благодаря заявлению Умного Ежа, на меня сейчас смотрели как крестьяне на священника во время охоты на ведьм, причем даже смертные пытались аккуратно подобраться поближе. «Школа», «Корпорация Чудес», «Мистиционеры»…ну и наша матриарх из «сердешных», все красавцы как на подбор.

«Материнское Сердце» было одной из наиболее уважаемых Гильдий. Принимало к себе только обеспеченных бессмертных женщин, чей неувядший материнский инстинкт требовал выхода. Детьми же они и занимались, но с куда большим прицелом, чем это могло показаться на первый взгляд – в чем-то «матерей» можно было считать единомышленниками со «Школой», только воспитывали они смертных. Заручаясь поддержкой тех или иных правительств, «Материнское Сердце» строило детские дома, собирала сирот, а выпускало уже хорошо обученных молодых специалистов, которых отрывали с руками. Часть заработной платы у таких орлов несколько лет отчислялась «Сердцу» на обучение новых кадров. В наступившей эре Мира и Любви позиции этой Гильдии угрожали скакнуть на самые верхние строчки мирового рейтинга.

«Корпорация Чудес» – один из самых старых и могущественных Кланов Бессмертных Пана. С этими парнями все было вообще просто – Маги. Геоманты, гидроманты, аэроманты и друиды, способные к широчайшему ассортименту манипуляций с природой и ландшафтом. Они высушивают болота, делают из пустынь леса, возводят крепости и берут в уплату только нужные им материалы и золото. Просто неприличные объемы золота, которые могут себе позволить далеко не все. Зато «Корпорация» абсолютно аполитична и по популярным в народе слухам – строит себе потихоньку где-то настоящий рай на земле.

«Мистиционеры» – относительно новая Гильдия, во многом противоположная «Корпорации Чудес». Эти товарищи – настоящая солянка из магов, мистиков и даже жрецов, претендующая на должность всемирного регулятора сверхъестественного. Безуспешно, но претендующая. Успеха эта разношерстная Гильдия добивается за счет предоставления доступа к своей информационной сети сильным мира сего. Вам нужно срочно доставить секретное послание? Посылку? Связаться с кем-то? Получить девственного пятнадцатилетнего виндхальфа-альбиноса по доступной цене? Всё что угодно… пока это не грозит проблемами членам «Мистиционеров». Если грозит, то дороже.

Эйнинген посмотрел на набирающий обороты разговор разумных и… волевым решением отправил всех наших на «Железную Фею», кроме себя, меня и Светланы. Якобы для защиты дирижаблика, хотя на самом деле – чтобы исключить «Брюса» из обсуждения происходящего. Вставший на сторону абстрактного «добра» стражник, горячо убеждающий всех и каждого в необходимости найти и обезвредить причину одержимости… бесплатно, вызывал симпатию лишь у фиолетовокожей дамы и ее спутника-дрессировщика, вместе с категорическим непониманием остальных.

Оглянувшись на уходящего «защитника», фиолетовая Фалиаэлис, решила апеллировать к тем, кто еще не произнес ни единого звука. Она обратилась к гномам-близнецам:

– Гиорри! Веггад! Вы без спросу приперлись сюда с нами, и молчите, как будто вас ничего не касается! Может, все-таки скажете хоть что-нибудь, мастера хреновы?! Пока нас тут не перерезали?!

Оба гнома, не отрывая от меня недружелюбных взглядов, сделали шаг вперед. Синхронно, как автоматы. Так же синхронно они произнесли:

– Я есть Жашшо Курш Авал. Я есть одна сущность во многих телах. Я желаю говорить.

Ну… приехали.

Глава 4. Мы делили апельсин

– Джаргак, вы же знаете, что производите негативное впечатление на нашего друга! Будьте добры удалиться!

Я уныло вздохнул, с упреком посмотрел в бесстыжие глаза присутствующих и вышел из гостиного дома, не отказав себе в удовольствии как следует шваркнуть дверью.

Козлы.

Оглядевшись по сторонам, я встретил взгляды нескольких десятков разумных.

Ну, хоть экипаж «Экселенцы» меня по-прежнему любит.

Начиналось все прекрасно. Народ сидел, дружно боялся заразиться одержимостью, общался, и ценил меня, скромно сидевшего в уголке. Самое оно для скромного и красивого орка, чтобы подслушивать, мотать на ус и делать выводы. Но тут на сцену выперся этот «Жашшо Курш Авал» и высказал себя вполне адекватным собеседником… с острой аллергией конкретно на меня. Скотина такая.

И рассказал свою грустную историю.

Все началось именно с мадам Игни. Обладающая на корабле большим авторитетом и руководящая едва ли не десятком своих потомков, полурослица упорно рвалась к власти над «Экселенцой», но на ее пути лежала непреодолимая преграда в виде сеньора Алонзо Метеорры, который не только был бессмертным, но и являлся собственником воздушного цирка. Даже утащи старушка из рук капитана всю власть и сам дирижабль, что это будет стоить, если на «Экселенце» повиснет метка «краденое»? Как тогда работать? Выступать?

Решение было найдено после призыва колдуньей этого самого Жашшо. Последний был сложным подвидом роевых демонов, когда-то давно пожертвовавших индивидуальностью ради выживания, и вполне себе отвечал планам мадам Игни. Конечно, просто так, внаглую и без контракта, никого постороннего Жашшо контролировать не мог и не стремился. Все было куда сложнее – мадам Игни выращивала демонических червей-паразитов, в которых, при посредничестве Жашшо, «приглашалась» слабая демоническая сущность. После чего червь внедрялся в подходящее тело, прорастал в нем, беря под контроль и оставляя дело за малым – демон «повелитель» должен был уговорить «новобранца» стать частью себя.

И вот тут все полетело к чертовой матери.

Жашшо самокритично признался, что по его вине – не будь он так осторожен и позволь мадам Игни вытащить из преисподней другие части себя самого, то все прошло бы гладко. Вместо этого, боясь передать колдунье слишком много власти над своими частями, роевой демон согласился только на присоединение к своему разуму новых «адептов». Только вот последние совершенно не горели желанием быть поглощенными другой сущностью, отчаянно жаждали свободы и обладали совсем невысоким уровнем интеллекта, в отличие от Жашшо. Живое воплощение поговорки «одна голова хорошо, а две лучше».

Как результат – десяток смертных, шесть Бессов и покойная бабуля были одержимы демоническими червями-дебилами. Ну и еще троица молодых покойников, с которых и началась вся шумиха – их приложил корявым экзорцизмом дурачок в теле мадам Игни, от чего те и полопались вместе с оболочками. Оный же дурачок, попавший в древнюю тушку ведьмы, и захотел спровоцировать агрессию между бессмертными, объявив обо мне то, что был не должен. Авторитет старушки ее почти спас… но моя реакция и подлый удар хвостом порушили все планы и дальнейшую жизнедеятельность.

Пока все шло довольно хорошо. Наша команда самоустранилась из бесед с демоном-повелителем, оставив лишь Светлану присматривать за идущими разговорами, с ее доброй материнской улыбкой. В награду за это Эдвард взял нам вполне живое и дышащее тело сеньора Алонзо Метеорры, правда – связанное и пучащее глаза. Несмотря на поражение демоническим червем, Метеорра продолжал делать нужное – скрывать наши уровни и расы, поэтому пришлось смириться с недопущением моей персоны к дележу неубитого демона.

С остальными циркачами было все сложно – среди них царили разброд и шатание, несмотря на то, что я им лично все объяснил. Проблема локализована, никаких больше зараженных, «Экселенца» следует своим курсом, а как только от корабля-цирка отчалит «Железная Фея» – они смогут спокойно убить господина Метеорру и дождаться его воскрешения, дабы он принял бразды правления назад.

– Поймите, Джаргак, мы не протянем всю дорогу без доступа к казне «Экселенцы», – увещевала меня Фалиаэлис, – А пароль к сейфам знает только сеньор Метеорра…

– …который в данный момент недоступен, ибо им овладел демон, – пожимал плечами я, – Без полного доступа к памяти, прошу заметить.

– Поймите, если мы, в этих обстоятельствах, будем вынуждены выполнить взятые Метеоррой обязательства, то после их выполнения «Экселенце» конец! Мы просто станем финансово несостоятельны для продолжения путешествия! – горячо жестикулируя, объясняла мне женщина, – Если вы не хотите нам помочь, то дайте поговорить с тем, кого зовёте «Брюсом»!

– Я обязательно передам господину «Брюсу» ваше горячее желание использовать его в своих целях, – подкинул я на ладони записывающий кристалл, чем вызвал гримаску злобы у манипуляторши, – Прекратите морочить мне голову. У вас десяток свободных бессмертных в команде. Если даже у них ничего не отложено на черный день, то они легко смогут найти язык с любым из гостей «Экселенцы» в обмен на службу… но это вам и так прекрасно известно.

– Они просто отказались! – с надрывом выкрикнула Фалиаэлис.

– Может быть, потому, что вы им не предоставили никаких гарантий возврата их средств? – улыбнулся я, видя, что попал в точку. От моей улыбки женщина приняла почти естественный для большинства рас цвет и отшатнулась в сторону.

– Правду говорят, все бессмертные – уроды, – сплюнул на палубу молча слушавший нас мастер зверей, – Что вы, что наши… одинаковы. Только выгода вам и нужна.

– Какая выгода, болезный? – непритворно удивился я, но получить ответ не успел. В гостином доме «Экселенцы» что-то грохнуло. Из окна на первом этаже вылетел неопознанный дымящийся субъект. Пролетев несколько метров, он с влажным хрустом влип в стену соседнего строения, оставив на ней влажное красное пятно. А не, ошибка, уже объект, то есть труп.

 

Одно из бывших вместилищ Жашшо Курш Авала, один из гномов-близнецов.

***

Эйнинген влетел на борт «Железной Феи» и с размаху засадил своей фуражкой об доски. Личико «девочка», обрамленное неровно обрезанными блондинистыми волосами, было искажено в злобной гримасе.

Дела, по его словам, обстояли не очень. Высокие договаривающиеся стороны… не договорились… прибив в процессе одно из тел демона. Помер тот по насквозь глупой причине – оказавшись по другую сторону двери, открываемой с помощью ноги разъяренным орком сугубо воинского класса. Удар оказался такой силы, что надетые на гнома личные обереги сдетонировали, добавив тому остроты ощущений в последние… гм… секунды жизни. Как итог – высокие гости летающего цирка буквально синхронно сломали свои тревожные амулеты и сейчас сюда летят представители как минимум трех мощных Гильдий.

Походив по дирижаблику и погрызя ногти в раздумьях, Эйнинген принял решение не улетать с «Экселенцы», но держать «Фею» под всеми парами, а нам самим держаться подальше от гостиного дома. Циркачи, прознавшие, что сюда летят большие дяди с большими ножиками, вели себя нервно и предпочитали отсиживаться на многочисленных нижних палубах цирка, куда гости не совались.

Ну, старые гости…

А вот новые… вполне могли.

***

Редкое по своей красоте чувство – из законопослушного гражданина превращаться в остервенело орущего террориста, угрожающего взорвать все к чертовой матери, если к нему полезут. Современные реалии. Если ты хочешь независимости – будь добр предоставить достаточные аргументы, угрожая имуществу, здоровью и целям нападающего с достаточной силой, чтобы он передумал нападать. Ну а что? Мы на свободных территориях, тут царит право сильного, поэтому никто с пришедших одновременно скоростных воздушных кораблей не придавал значения нашему мнению, пока мы не пригрозили подорвать «Фею».

Репутация и известность имеют значение… видимо, именно из-за нее вызванные Бессами отряды подмоги не устроили воздушную свалку, а решили разобраться на месте. И сейчас разбирались, потроша «Экселенцу» и выстраивая циркачей стройными рядами. Спецназ, однако.

Три корабля, которые язык уже почти не поворачивается называть дирижаблями – скорее уж крылатые эфирные суда с сумасшедшей скоростью и грузоподъемностью. Плоские, широкие… мечта любого стрелка противовоздушной обороны. С каждого из этих «летающих объектов» спрыгнуло по два-три десятка боевых Бессов и тут же начали строить тех, кого могли – то есть циркачей и тех из гостей, кто не угрожал взорвать все к ядреной бабушке, если к ним полезут.

Вообще, конечно очень неприятно, что смертельная угроза в этом мире не только угроза, но часто еще и обязательный аргумент для переговоров, а то и дань вежливости, но увы, слишком многие из разумных живут далеко не один раз, а теряют при смерти обычно только время.

Наша команда расположилась на палубе «Железной Феи» и мирно наблюдала за творящимся бедламом. Эдвард пил кофе за небольшим столиком на верхней палубе «Феи», Кира ему сонно прислуживала, я делал вид, что медитирую, а Умный Еж со Светланой расслабленно беседовали на носу судна. Корму охранял бдительный «Брюс» с вампирессой в полном боевом снаряжении. Аливеолла даже в боевом доспехе из явно непростой смолисто-черной кожи какой-то твари умудрялась выглядеть развратно. Ну вот что она за труп-то такой…

Я грустно вздохнул. Кушающий кофе Эйнинген, холодно цедящий далеко посылающие фразы уже второму представителю гильдейского ОМОНа, работал на отвлечение внимания, настоящий детонатор от «Феи» был у меня под задницей. Второй детонатор, уже не для всего корабля, а для конкретно лежащего у нас в трюме Метеорры, был у «Брюса». На всякий пожарный. Из-за владельца цирка к нам и пытались приставать, требуя его выдачи… на опыты, естественно, на что мы были категорически не согласны. Эскалировать конфликт против команды со Светланой на борту служаки явно не хотели.

Раздраженный гильдеец развернулся и покинул «Фею» одним прыжком, а Эдвард неожиданно встал и закрутил головой. По всей «Экселенце» раздалось несколько тревожных криков.

– Потоки эфира структурируются… – процедил оружейник, вертя головой по сторонам, – Как будто тут целый архимаг неделю ритуал проводил…

Я тут же выпустил с пару десятков метров цепей и последовал примеру партнера, озирая окрестности. Вооруженные Бессы, таща с собой упакованных одержимых, сбегались в центр воздушного цирка, применяя те же упражнения для шеи, которыми грешили и мы. Ничего не было видно…

…или?!

Я резко задрал голову вверх.

Небо над нами явно вело себя непорядочно, на мой, искушенный очень высокой Мудростью, взгляд. А именно – оно рябило и выдавало искажения, как будто над нами висело нечто большое… больше «Экселенцы»?!

Не успел я додумать эту вне всякого сомнения интригующую и внезапную мысль, как это камуфлированное нечто образовало под собой огромных размеров заклинательный круг желтого цвета, чьи знаки и руны быстро начали наливаться интенсивным сиянием. Вся магическая абракадабра тут же грозно и низко загудела, вызывая дрожь в костях.

– Парализация! – кошкой зашипел наш капитан и с места прыгнул в мою сторону. Не долетел, звонко стукнувшись блондинистой головой о доски, но тут же зашевелил конечностями, подползая ко мне вплотную.

Едва я успел сообразить, что он хочет, как по «Экселенце» вдарило.

Когда-то давно в Вавилоне за мной охотились наемники, засыпая энергетическими парализующими выстрелами из магических копьепосохов. Парализующий заряд из такого посоха уже давненько являлся визитной карточкой стражи большинства крупных городов – очень уж удобная штука. Эдакий относительно медленный шар желтой энергии, размером с баскетбольный, при попадании передающий субъекту или объекту полную атрофию двигательного аппарата на часик-другой и хорошую дозу кинетической энергии. Последней хватало, чтобы при попадании прямой наводкой остановить на скаку взрослого человека…и уронить навзничь.

Та хрень, которой нас шарахнул неопознанный летающий объект, тоже обладала порядочной кинетической энергией.

Сначала зашумели многочисленные баллоны с эфирным газом, держащие «Экселенцу» в воздухе, вслед за ними затрещали и закачались здания на поверхности, жалобно заскрипела «Железная Фея». А после, под стук падающих парализованных разумных, раздался мощный скрип корпуса всего воздушного цирка и звуки многочисленных неприятностей в его обширном трюме.

Подгадав толчок, я перекатился поближе к сходням, обеспечивая себе лучший обзор, одновременно с этим пиная легкое, но очень недовольное тело оружейника в сторону капитанской рубки. Вполне дееспособное тело. Эдвард был в курсе моей сопротивляемости различным негативным явлениям, чем с успехом и воспользовался… правда, рассадив себе в процессе нос и получив пинка. Но это куда лучше, чем валяться беспомощным телом среди остальных.

Гигант-дирижабль издал гулкий протяжный стон и затих.

Я валялся мордой к центру «Экселенцы», изображая из себя глубоко парализованного, но готовый действовать по обстоятельствам – палубу «Феи» покрывали мои цепи. Если нас сейчас начнут резать, шансы удрать должны быть неплохими – я внезапной атакой смогу выкинуть за борт цирка несколько человек с помощью цепей, а оружейник за десяток секунд снимет разогретую «Фею» с места. Что нас могут догнать эти современные плоские корабли, на которых прибыли гильдийцы… это вообще не вопрос, но вот та закамуфлированная дура, висящая в небе? Ни малейшего шанса. Так над законами физики Пан не позволит надругаться.

А «закамуфлированная дура» начала рожать десант. По длинным канатам вниз спустилось почти пол-сотни Бессов, тут же рассыпавшихся по воздушному цирку. Половина ощетинилась оружием, оставшись в центре, другая устроила быстрый и деловитый шмон. Принадлежность у всех понабежавших на наши головы десантников была одна.

«Академия».

Они знали, зачем пришли, и знали, где оно лежит. «Академики» быстро и ловко стаскивали в центр и паковали всех живых и мертвых разумных, связанных с Жашшо Курш Авалом. То есть – одержимых. Даже саму покойную бабушку Игни не забыли и к нам в трюм заглянули. Я горько про себя застонал, продолжая притворяться парализованным – как только тело сеньора Алонзо отойдет от нас с Кирой далее чем на пять километров, ко мне появятся вопросы. А мы с Эдвардом слишком отвлеклись на шумиху с паршивым демоном…

Когда из трюма «Феи» вынесли и утащили не Метеорру, а миниатюрную гному, кота и какого-то паренька полуэльфа, я не выдал себя громким хрюком удивления лишь совершенно нечеловеческими усилиями. Оставалось лишь провожать уносимые свертки по-настоящему остекленевшими глазами. Как так-то? «Академики» там и минуты не пробыли! И как можно вообще пропустить Алонзо?! У него же четыре руки!

Как оказалось, добыча из «Феи» удивила не только меня. Несколько собравшихся у гостиного дома «академиков» начали переговариваться резкими, отрывистыми фразами. Один из них повелительно ткнул рукой в сторону нашего транспорта, явно отдав приказ.

Выполнить который не успели.

Крыша гостиного дома вспучилась и прорвалась, выпустив из недр здания смачную плюху клубящейся энергии темно-кровавого цвета. Эта клякса мухой долетела до замаскированного судна «академиков», а потом рванула с такой силой, что вся «Экселенца» затанцевала вновь. Вслед за грозным заклинанием из дырки полились злые матюги, адресованные как раз той самой «Академии», на которые столпившиеся на площади бойцы ответили чем-то весьма похожим на гранату, ловко закинутую в новообразованную дырищу.

Рвануло. Раздался явно предсмертный вопль, а из окон дома и дырищи повалил дым. «Академики» засуетились. Только бы пожара не случилось…хотя надо бы Эдварда спросить, если живы останемся, нафига нам вообще сдался этот цирк с демонами?!

Что-то гулко бухнуло внутри «Экселенцы» и дым пошел уже из многочисленных люков внутренних палуб, вместе с душераздирающими воплями из недр воздушного городка. Это послужило последней каплей для «академиков», тут же начавших срочный сбор. «Фея» была тут же позабыта. Продолжая усердно притворяться дохлым, я начал размышлять, что мне лет через триста-четыреста делать с выплачивающим неустойку Метеоррой? Для чего может пригодиться четырехрукий бывший испанец? Да вряд ли он будет этим страдать. Дождется, гад, пока Система не возвратит ему законный контроль над телом, что случается раз в неделю из-за «Немеркнущего разума», и удерет себе в нелегалы…

Сюрпризы, тем временем, не закончились, как и исходящие с нижних палуб цирка вопли и клубы дыма. Та кровавого цвета дрянь, которой шарахнул из гостиного дома неизвестный, видимо, неплохо нагадила огромному судну «академиков», заставив то сбросить маскировку. Дымящую и скрипящую «Экселенцу» накрыла тень.

…через пару минут я уже стоял на ногах, с любопытством рассматривая удаляющийся огромный корабль, ничем не напоминающий ширококрылые воздушные суда прочих гильдейцев. Больше всего детище «академиков» напоминало…гроб, длиной метров четыреста, поставленный на ребро.

– Был бы у меня камень… – Эдвард зло сплюнул за борт и раздраженно уставился вслед улетевшим.

– И что тогда? Они, как бы… и не наша проблема. Да и Алонзо у нас, – пожал плечами я, выкладывая беспомощно смотрящих товарищей в один ряд. Ради спортивного интереса попробовал положить Аливеоллу так, чтобы она выглядела менее развратно. Не. Без шансов.

– Ну… – Эдвард внезапно смутился, а потом честно признался, – Хочется же такую здоровую штуку раздолбать. А тут повод был бы…

– Хороший аргумент, – оставалось лишь серьезно кивнуть и присмотреться к разрушениям «Экселенцы». Интересно, сколько у нас времени?

Около десятка смертных суетились возле заканчивающего дымить гостиного дома, а с нижних палуб цирка вовсю бегал народ и раздавались вполне бодрые вопли. Вот так-так, они что – симулировали пожар?! Вот жулики. Одобряю.

Я уставился вслед уходящему кораблю «академиков» и задумался. Больше всего их выходка напоминала не банальную кражу ценностей, а вполне себе полновесную демонстрацию собственной мощи. Пришли, неторопливо всех нагнули и отчалили, заодно показав, что в стройных рядах их конкурентов на мировое имя есть «кроты». Даже как-то красиво у них получилось. Если бы не пожар и кровавая плюшка неизвестного смертника, то можно было бы считать акцию безукоризненно исполненным плевком в лицо прогрессивному мировому обществу Бессов.

Только вот… с какого перепугу им так называть свой летающий гроб?

Я скосил глаза в строчки логов Системы.

– "Стойкость повышена на 1"

– ""Ямато" – воздушный ударный крейсер. Принадлежность – «Академия»"

 

– "Мудрость повышена на 1"

Глава 5 Время собирать камни

Труп оскалил внушительные клыки, вытянул по направлению ко мне руки и поцарапал пальцами воздух. Я негодующе заворчал и потряс покойника еще разок. Этого тот уже не выдержал.

– Хватит меня трясти! – взвыла Аливеолла Миранда дель Каприцциа, не оставляя попыток меня пнуть. Вампиресса лягалась, извивалась и молчаливо взывала о помощи к сурово смотрящему на нее «Брюсу». Тот всем своим видом демонстрировал полную солидарность с моими действиями.

Пришлось трясти еще раз.

– Хватит! – всхлипнула кровососущая и начала плаксиво оправдываться, – Я хорошая девочка! Никого не трогала, никого не соблазняла! В жизни себя так хорошо не вела!

– А откуда у нас в трюме взялись гномка, кот и пацан?! – сварливо осведомился я, впрочем, не применяя дальнейшие санкции к безвольно повисшей вампирше.

– Саааами залезли! – заныла вампирша. Вид она имела отчаянно жалобный, но не верил ей никто. И правильно делали.

– Прямо в трюм и залезли, да? Сквозь все ловушки? – с нехорошим удивлением всплеснул ручками Умный Еж.

– Нееет, на палубу… В трюм я их уже сама… как консервы… – совсем рассопливилась мелкая дрянь.

В принципе, ругать ее было не за что, кроме легкого нарушения дисциплины. Как бы не хотело большинство присутствующих, но экипаж «Феи» уже сформирован. За самой бледнокожей мечтой педо- и некрофилов косяков нет, кроме порочного внешнего вида. Но делать нычки с едой, да еще и разумной, да еще и без одобрения капитана – это чересчур.

Кара была жестокой, изобретательной и заставила меня впечатлиться по полной. Эдвард, в приказном порядке, выдал вампирше один из своих запасных комплектов одежды, представлявщей из себя псевдовоенную форму темно-зеленого оттенка и приказал две недели носить. Вместе с высокими сапогами и фуражкой. Лучше бы он ей головку чеснока в задницу засунул… вампиресса стенала на половину «Экселенцы» остаток дня. Но форму носила.

С начальником цирка все обошлось хорошо. После того, как мы выковыряли его из небольшого тайника, куда его утрамбовала предприимчивая вампирша, я объяснил недодемону-паразиту, овладевшему Метеоррой, политику партии – либо он дает бывшему владельцу тела пять часов свободы в день, либо его шансы прожить дольше пары суток стремятся к нулю. Несмотря на явный дефицит интеллекта, вздорный паразит согласился на партнерство над телом, чем заслужил горячую благодарность сеньора Алонзо… для нас. Естественно – ни в чем не выраженную кроме слов.

Еще одной хорошей новостью было то, что «Экселенца» теперь была свободна от посторонних… не считая нашей команды. Остальные наши попутчики разъехались со своими собратьями и сочувствующими. Как в плохом анекдоте – цирк не догорел, но клоуны все равно ушли.

Остальное не радовало, так как среди циркачей шли бурления и споры, куда менее сдержанные, чем ранее. Метеорра зашивался, решая тысячи проблем, а его «Экселенца» начала незапланированное снижение. Фальшивый, но дилетантски организованный пожар и удары заклинания от «Ямато» не прошли даром для судна, поэтому цирк отклонился от маршрута и шел на посадку к крупному портовому городу, стоящему на широкой большой реке.

Эдвард внимательно выслушал просьбы и предложения циркачей, жаждавших увидеть в нас своих защитников на время стоянки в незнакомом месте, и… ответил отрицательно. Просьб было удивительно много, а предложений – только выполнить просьбы. Такая цыганщина мастеру, привыкшему работать не просто за деньги, а за деньги с уважением, была категорически антипатична. Проще говоря – циркачи от смерти были на величину толщины нижнего белья Аливеоллы.

Одной из целей нашего путешествия был поиск островов с «поднебесными камнями», чем мы и занялись, отчалив на «Железной Фее». Предварительно одолжив на несколько минут одного из смертных циркачей и принеся соответствующие клятвы о неразглашении тайн команды и путешествия.

Наш толстенький курьер снялся с места и ушел в свободное плавание.

Интерлюдия

«Искусство дознавателя – это умение быстро подмечать мелочи, не упуская из виду общей картины». – именно эта фраза учителя на первом дне классового обучения и определила судьбу Светланы Листьевой в качестве бессмертной.

В новую жизнь Света ворвалась решительно и энергично, ни на секунду не позволяя себе забыть взятое еще в учебке кредо «Я бессмертна!». Самое простое и своеобычное в Пане, даруемое всем и каждому из бывших землян и… отбрасываемое ими с небрежностью пресыщенных богов. Надежда, что «все будет хорошо», которой частенько обманывают сами себя безвольные или не знающие что им делать люди, в новом мире была штукой совершенно другого калибра – знанием, гарантией, уверенностью. Рецепт конечного успеха был прост – трудись, не трать деньги зря, и не влипай в сомнительные дела. Черноволосая эльфийка, чьей выдержки и самообладания хватило для того, чтобы получить класс «дознавателя» у эльфийского народа, была эталоном невлипающего в скверные дела разумного.

Самым сомнительным из всех дел за 88 лет жизни в новом мире Светлана занималась прямо сейчас – летела на курьерском дирижаблике вместе со старым другом. «Легкое и прибыльное путешествие» он говорил. «Долгие вечера за чашечкой кофе» он говорил…

Чертов Эйнинген!

У госпожи Листьевой был полный порядок с карьерой. Более чем! Сказать, что она была в Гильдии на хорошем счету – не сказать ничего! Знай себе катайся с комфортом по континентам и проводи аудиторскую проверку детских домов и образовательных учреждений «Сердца» – знаний, умений и опыта у Светы вагон и очень много маленьких тележек! Она была, есть и будет одним из лучших функционеров этой Гильдии, а построенные за свой счет три детских дома, с успехом работающие уже многие годы, гарантировали ей стабильное место в Совете «Материнского Сердца»!

…но стоило ей взять отпуск…

Как этот мелкий псих ее вообще уговорил?!

Сначала был цирк и знакомство с командой… набранной в Эйнуре, о чем она не подумала! Странный «Брюс» играющий в героя с пугающей самоотверженностью. Мелкая развратная вампиресса, льнущая к этому «Брюсу», как птушница к пьяному миллионеру! Сам Эдвард, о котором, несмотря на все добро, что Светлана от него видела, очень многое хотелось бы забыть! И под занавес – улыбчивый толстячок с нелепым именем и прозвищем, о котором ходили очень смутные, но страшные слухи.

Ладно, подумаешь… Какие мелочи. Эдвард сам признавался, что команду набирал впопыхах, дельце предстоит плевое, сплошной курорт и отдых. Ага… а потом он откуда-то из глуши приволок своего партнера и его Слугу! Слугу! Далеко не каждый король мог себе позволить вечного Бесса-Слугу от «Школы», а тут… какой-то орк!

Ну не просто какой-то… а серый, худой, страшный, с неприятно длинными конечностями, жуткой ухмылкой… А еще – с хвостом. Длинным, серым, голым! Впрочем, оторопь и отторжение от хвостатого верзилы быстро сошли на «нет», сменившись тщательно скрываемой… завистью.

Хвост!

Матриарх «Сердца» повидала много всего и всякого. Она встречала Бессов, умеющих безошибочно различать эмоции похоти и страха на больших расстояниях. Воспитывала собственноручно смертного мальчика-гнома, которого Дикая Магия побаловала умением поджигать взглядом что угодно. Даже лед. Не особенно удивилась четырехрукому сеньору Алонзо, который, правда, нижнюю пару рук использовал почти только для жестикуляции. Чего только не встретишь за долгие годы жизни. Но вот такой хвост… был просто нечестным.

Кирн Джаргак пользовался своей конечностью с такой свободой и легкостью, что госпожа Листьева плакала в душе от зависти, почти не обращая внимания на творящиеся вокруг дела с демонической эпидемией. Да, она делала строгий и снисходительный вид, приличествующий особам ее ранга и статуса, но сама постоянно исподтишка наблюдала за орком. Вот он ловко снимает хвостом свою чашку кофе, со стоящего поодаль дивана, подносит к лицу, отпивает и ставит назад! Никакой ловкости рук, сплошное мошенничество! Орк спокойно мог почесаться, поднять оброненное с пола, подергать за рукав для привлечения внимания стоявшую в паре метров от него Слугу…

You have finished the free preview. Would you like to read more?