– Тссс, – в панике зашипели из-за шкафа. – Отойди пока не услышали.
– Что…, – растерялся я. – Что это…
– Тебя заманили, – повторили снова.
– Но зачем? – невольно перейдя на шёпот, с недоумением спросил я (кто бы мог подумать!) у шкафа.
– Из-за машины.
– Из-за этой развалюхи, которую я купил за сотню на свалке? Да кому она нужна вообще?!
– Она нужна ему.
– Да я даром её отдам, – наивно предложил я.
– Нет, – с улыбкой, возразили там. – Зачем ему машина без истории.
И возможно учуяв моё недоумение добавили:
– У каждого снимка, своя история – диагноз. А без этого они не представляют никакой ценности.
– То есть сначала он объявит меня психом и только потом заберёт машину?
– Точно, – подтвердили оттуда. – Только после этого. Но машину ты сам отдашь – добровольно.
– А если я не захочу?
– Тогда умрёшь.
– Что?!
– С кем это вы? – на ходу спросил доктор, неожиданно влетевший в кабинет и прервавший мой оживлённый диалог с неоживлённым предметом мебели.
Вид у него был взволнован. И можно было предположить, что на третьем этаже произошло нечто незаурядное – незаурядное, пожалуй, даже для этих мест. В любом случае вспотел он изрядно, а дрожащие руки ещё не позволяли взять в руки карандаш. Наконец он выдохнул, взглянул прямо на меня и со всей учтивостью предложил продолжить.
– Прошу прощения, но, к сожалению, я не могу сейчас продолжать, – также со всей учтивостью отказался я, пятясь спиной к двери и не сводя с него глаз на всякий случай. – В любой другой день, но только не сейчас.
– Вы боитесь? – спросил он. – Это нормально, – попытался меня успокоить.
– Ничего нормального здесь нет, – не оборачиваясь и торопливо открывая дверь, вспыльчиво бросил я уже через спину, но увидев новую очередь около кабинета, что немного успокоило мои нервы, я всё-таки обернулся (любопытство возобладало). – И чего же я по-вашему боюсь?
– Вот этого, – спокойно ответил тот, указывая на плотно исписанный листок бумаги, лежащий прямо перед ним.
– Что это?
– Разве не узнаёте?
Не закрывая дверь, я неуверенно двинулся к столу.
В случае моей смерти прошу никого не винить и дважды в месяц поливать кактус, который завещаю моей любимой сестре, а также завещаю ей…, – глотая слова, прочитал я до боли знакомый текст.
– Откуда это у вас?
– Неважно, – грубо ответил он. – Лучше потрудитесь объяснить, как он появился у вас?
– Я давно об этом раздумывал, – тихо проговорил я и как провинившийся ученик упал на стул, пытаясь скрыть выступающие слёзы.
– Что! – возник голос из-за шкафа. – Он выкрал твою прощальную записку, твою последнюю волю, твой выбор, твою душу, наконец! А ты…, – захлёбываясь кричали там. – Ты будешь пресмыкаться?
– Вы считаете, что ваша цепочка случайностей всю жизнь вела вас именно к этому? – аккуратно спросил доктор.