«Поскольку мы не можем изменить мир, предлагаю поменять кабак»
Разрушенная любовь все же остается любовью.
Смерть дорогого человека превращается в глубокую печаль в тот момент, когда ты оказываешься рядом с тем, кто был ему ближе всех, и этот человек отныне становится самой сильной символической связью между тобой и покойным.
«Люди лгут с тех самых пор, как начали говорить правду»
«В Чехии даже поговорки несли в себе гуманистический размах.
— Чем отличается человек от пчелы? — спросил меня однажды один из таких пражских острословов, опять же за кружкой пива.
Поскольку я не обладал достаточным воображением, чтобы ответить на этот интересный вопрос, он принялся объяснять:
— Человек отличается от пчелы тем, что она оставляет за собой мед, а человек — дерьмо.»
Смерть - это непроверенный слух
"Телевизионные новости, игравшие главную роль в этой войне, продолжали выдавать ложь за правду. Все очевиднее становилась диспропорция между реальностью и вымыслом. Между правдой и ложью! Лгали все. Американцы, англичане, немцы, сербы, мусульмане! Всего через пять дней после начала войны телеканалы, более быстрые, чем пуля, выпущенная из автомата Калашникова, сообщили о 250 000 погибших! Складывалось впечатление, что кто-то запланировал эту цифру и делал все возможное, чтобы ее достичь. Даже гитлеровской Германии не удалось добиться таких результатов в начале военных действий. Дезинформационный бум достиг своего апогея."
В наши дни толпы людей похожи на кур с птицефабрики, память которых ограничивается последним приёмом пищи.
Я отношусь к тем, кто считает забвение фактором выживания, но я отказываюсь следовать сегодняшним тенденциям. В наши дни толпы людей похожи на кур с птицефабрики, память которых ограничивается последним приемом пищи. Забвение даже использовали для того, чтобы разработать теорию конца света, которая захлестнула мир в девяностых годах прошлого века. Проповедники либерального капитализма предложили нам отречься от нашей культуры и нашей личности, чтобы броситься в водоворот технологической революции, призванной направить наши судьбы в строго определенное русло и регулировать наши жизненные процессы. Это высокомерное заявление разбудило во мне желание возобновить мои связи с памятью, а также свести счеты с забвением.
Главное не в том, что у тебя тяжко на сердце, а в том, что ты несешь этот груз не один.