Go to audiobook
Дэмиан
Часы громко отбивали поздний час, когда мы с братом вошли в холл дома бургомистра. Гулкое «бооооом!» ехидно напомнило, что мы припозднились. Но, как любила повторять моя острая на язык мама, «демоны не опаздывают, они задерживаются».
Скинув верхнюю одежду на руки подоспевших слуг, мы с Лукасом прошли в кабинет, где нас уже заждались. Об этом свидетельствовал взгляд бургомистра, нервными шагами меряющего комнату. Невысокий и худой, совершенно невзрачный на вид, он имел лишь одну отличительную особенность – роскошные пышные усы с щегольски загнутыми вверх кончиками.
Они были предметом его гордости и неустанной заботы. Дважды в неделю жители Норштадта видели его сидящим у цирюльника, который с важным видом подравнивал кончики известных на весь город усов. И пусть большую часть времени маленькие ножницы щелкали впустую, традиция все же оставалась неизменной, как утренний восход солнца. Или как ежевечерняя драка в таверне «Черный кот» на Хвойной улице.
Сейчас, снующий из угла в угол огромного кабинета, бургомистр напоминал усатого таракана – разозленного, но не имеющего возможности свои претензии высказать. А вот второй мужчина, черноволосый, сидевший в кресле, закинув ногу на ногу и сложив руки домиком, мог это сделать.
Потому что это был сам Адский Наместник Рагар Гард, глава западных земель.
Но что привело его в провинциальный небольшой городок, в который меня отправили как в ссылку?
– Вы не торопились, Фонтейн, – с усмешкой отметил он, многозначительно опустив титул и не употребив даже нейтрального обращения «господин».
– Я прибыл, как только смог, – спокойно ответил ему.
В воздухе отчетливо запахло серой. Глаза Наместника на миг прорезала огненная игла зрачка. Привык, что перед ним пресмыкаются. Но раз он здесь, значит, ему лично очень важна цель визита. Следовательно, даже такой самодовольный и высокопоставленный демон предпочтет втянуть когти и не будет раздувать пожар из крохотной искры своего недовольства.
– Может, приступим к делу? – предложил я.
– Раз вы настаиваете, – колко ответил Гард и поднялся.
Кажется, я задел его сильнее, чем хотел. Вероятно, он припомнит это наглому демону, когда придет срок.
– Итак, вот то, что привело меня в этот захудалый городок, – Наместник подошел к столу на львиных лапах, повел рукой, и на поверхности расстелилась карта, проявившись из воздуха. – Наш Повелитель приказал строить железную дорогу. Он сам прочертил на карте эту линию.
Демон провел острым, увеличимся ногтем вдоль черной полосы, которая пересекала зеленые холмики и синие почеркушки речушек.
– Дорога будет проложена через Норштадт, – озвучил очевидное бургомистр.
Его усы зашевелились.
– Что вас смущает? – Гард изогнул бровь, с неприязнью глядя на них.
– Видите ли, – протянул наш усатый, как его звали в народе, – судя по, э-э, чертежу, железнодорожное полотно пройдет через долину и…
– Говорите точнее! – Наместник начал злиться.
– Если точнее, то вот здесь, – палец бургомистра завис над коричневыми треугольниками, которые изображали горную гряду, в объятиях которой покоился город, – расположен сиротский приют.
– Здесь единственное место, где скальный массив можно легко разрушить, чтобы дорога пошла дальше. Наши исследователи облазили всю эту чертову гору, другого пути нет.
– Но что же станется с Домом для сирот?
– Вы меня удивляете! – Гард раздраженно фыркнул. – Приют будет разрушен, невелика печаль! Переселите сирот в другое место!
– Это повлечет за собой, э-э, трудности, – бургомистр снова зашевелил усами.
– Да какие трудности нам может создать пара дюжин сопливых детей, скажите на милость?! – взгляд Наместника вновь налился огнем.
– Их там более четырех сотен, – пробормотал усатый. – Но дело даже не в этом. – Он вздохнул. – Понимаете ли, Приют имени Изабеллы Рошель много значит для города. Это наследие семьи, которая основала город, граждане чтут и уважают его. И расположен приют в старинном замке, это культурное наследие, к тому же…
– Дорога пройдет здесь! – явно с трудом сдерживая гнев, прорычал Гард, прочертив когтем по бумаге. – Так хочет сам Люцифер! Желаете с ним поспорить?!
– Н-нет, не особо, – бургомистр потупился и отступил от стола.
– Отлично! Горная гряда будет разрушена вот тут, – коготь Наместника прорвал карту как раз в том месте, где располагался значок строения – квадрат с треугольником над ним, навсегда убрав его. – И точка!
В этот момент дверь кабинета распахнулась и в него впорхнула блондинка. Пышные юбки из золотой парчи прошелестели по полу под аккомпанемент дробного перестука каблучков. Нас всех накрыло облаком дорогих духов, а потом перезвоном колокольчиков смеха одной из самых красивых женщин из всех, которых я когда-либо видел.
– Господа, прошу меня простить! – она надула накрашенные алой помадой губы. – Была в гостях у подруги, и мне лишь сейчас доложили, какие важные гости к нам пожаловали! Слуги тут медлительнее улиток, право слово!
– Мы знакомы? – Гард окинул ее равнодушным взглядом.
В голубых глазах незнакомки полыхнула чистейшая ярость – но лишь на мгновение, вскоре они вновь сверкали радушием, как самые дорогие топазы на лучшей витрине ювелирного магазина столицы.
– Господин Гард, вы меня обидели, – кокетливо попеняла она. – Мы были представлены друг другу на празднике в Преисподней, в честь первых рожек единственного сына нашего Повелителя!
– Запамятовал, должно быть, – похоже, не без удовольствия отозвался Наместник. – На том празднике все лица слились для меня в одно сплошное пятно.
– Должно быть, вы отдали дань винному погребу Люцифера в тот день, – не удержалась и пустила «шпильку» женщина.
– Не склонен к злоупотреблению ни едой, ни напитками, – прозвучало в ответ, и даме стоило большого труда не стукнуть этого язвительного хама, хотя чувствовалось, что ей очень бы этого хотелось.
– Камилла Орнелия Матильда де Суаньон, – вместо этого с пафосом представилась она.
А я понял, кто передо мной – демоница, накануне свадьбы пойманная женихом у любовника. Жених, если мне не изменяет память, явился к своей зазнобе, сестре того самого любовника. Как эти двое ругались, история умалчивает, но над этим анекдотом до сих пор хохочет вся Преисподняя. Стало быть, любвеобильная дамочка была сослана к людям за свои проказы. Что ж, сурово.
– Де Суаньон? – Гард нахмурил лоб. – Да, что-то слышал. Не вы ли…
– Ныне Камилла носит мою фамилию, как и полагается супруге, – бросился спасть жену, на щеках которой расцветали алые розы, наш бургомистр. – Теперь она Веррьен, Камилла Веррьен. – Он нежно посмотрел на нее и попытался приобнять за талию. – Пока смерть не разлучит нас.
– Благодарю, – процедила она, так посмотрев на мужа, что тот поспешил отступить, чтобы смерть не разлучила их прямо сейчас. – Вы же отужинаете с нами, господин Гард? – ее взгляд, вновь сочащийся лживой приветливостью, обратился к Наместнику.
– Меня ждет экипаж, я тороплюсь с докладом к господину Люциферу, – он зашагал к выходу. – Фонтейн, идите за мной.
– А мне позволено будет составить вам компанию? – Лукас широко улыбнулся Камилле.
– В другой раз, – она рассеянно посмотрела сквозь него.
– Какая мадам! – прошептал он мне на ухо, когда мы вышли на улицу. – Вот за кем надо приударить!
– Такая тебя без соли слопает, остынь, – я усмехнулся и подошел к Наместнику, который стоял у черной кареты, запряженной четверкой вороных.
Отменные кони, надо сказать! Я с восхищением погладил одного по гриве, и тот, полыхнув алым взглядом, прищелкнул зубами, намекая на то, что в следующий раз кое-кто не досчитается пальцев.
– Подарок Люцифера, – с гордостью сказал Гард.
– Хороши, – кивнул, любуясь линиями совершенных тел.
Адские скакуны могут нестись во весь опор несколько дней кряду. Если тебе посчастливилось оказаться на спине такого коня, то ты с лихвой сможешь ощутить, что такое настоящая скорость. Когда они летят вперед, ветер с такой силой бьет в лицо, что мешает дышать, а все окружающее по бокам сливается в одно сплошное пятно.
– Послушайте меня, Фонтейн, – Наместник натянул перчатки. – Строительство участка дороги, что пройдет через этот городок, буду курировать лично я. Вас назначаю моей правой рукой. Позволяю забыть про все остальные дела. Отныне у вас одна задача – чтоб полотно было проложено как можно скорее. Вы меня поняли?
– Благодарю за доверие, – ответил спокойно, таких, как этот демон, никакими заискиваниями не проймешь, да я и не умелец этих лицемерных жеманств.
– Скажу проще, Дэмиан, – он шагнул ко мне. – Это твой шанс заслужить прощение Люцифера.
Я вздрогнул.
– Если справишься, я лично замолвлю за тебя словечко, клянусь. Твой род будет реабилитирован. Возможно, даже с частичным возвратом земель в Преисподней. А тебе не придется прозябать в земном захолустье.
Сердце заныло, уколотое булавкой надежды. Она расцвела в нем, несмотря на то, что давно запретил себе и думать о таком. Мой отец, бесстрашный демон, в последней войне перешел на сторону людей. Почему – не ведал никто. Он пал на поле боя, защищая их. И покрыв весь свой род позором.
Титулы, привилегии, земли – богатейшие и прекрасные, уважение, будущее, мы потеряли вмиг. Фамилия де ла Фонтейн, ранее произносимая с трепетом, подобострастием и завистью, стала ругательством, которому место в сточной канаве. Туда же отправились и наши с братом жизни.
Нас воспитывал дед, тоже суровый вояка, для которого предательство сына стало кинжалом в сердце. Он запретил нам с Лукасом произносить отцовское имя. Когда мы подросли, нас отправили к людям, что для любого демона считалось худшим исходом. Да еще и в мелкий городок в горах, не имеющий ровным счетом никакого значения.
По крайней мере, до сего дня.
Что-то подсказывало мне, что скоро все изменится.
Навсегда.
Изи
– Он ззззздесссь! – влетев в комнату, Жужа взволнованно залетала вокруг меня. – Изззи! Он зздесссь!
– Кто? – я закончила заплетать косу и, уложив ее пучком на затылке, закрепила несколькими серебряными шпильками со снежинками на концах – подарок жениха Вилли на мой день рождения.
– Тот демон! – продолжая нарезать круги, мушка остановилась, шлепнулась на туалетный столик и, схватившись за сердце, простонала, – сейчас из груди выскочит! Иззи, так бьется! Наверное, у меня эта, как ее, неврозззия!
– Успокойся, – я поправила белую рубашку, пенным кружевом выплескивающуюся из тугого корсажа цвета топленого молока.
Успокаивая ее, сама все-таки волновалась – сегодня мне предстоял завтрак с семьей Вилли. Вроде бы, ничего такого, мы год встречаемся, я и так всех знаю. Но на самом деле, это очень важное мероприятие. По традиции, если парень зовет девушку не на ужин или обед, а именно на завтрак, это значит, что он намерен на ней жениться – чтобы все завтраки стали совместными.
Не самый умный обычай, на мой взгляд, но куда деться? Так что сегодня я должна произвести наилучшее впечатление, ведь соберутся все тетушки, бабушки и прочие родственницы – даже те, которым я еще не представлена.
– Да как жжжже тут уссспокоитьсся-то?– возмутилась Жужа. – Если он тут!
– Кто? – рассеянно спросила ее, поправляя складки золотистого платья, которое было в меру скромным и в то же время дорогим и нарядным.
Его сшила мне портниха из нашего приюта, у нее золотые руки, благодаря ей все дети одеты в красивые добротные вещи.
– Тот демоняка, что украл твой первый поццццелуй!
Попкозябры подколодные!!!
– Что?.. – позабыв и о платье, и о завтраке, я воззрилась на мушку. – Он тут? Где? Говори яснее!
– Я в окно видела, из ссспальни девочек! – она снова взлетела. – Стоит прямо напротив приюта! – она понизила голос. – Крассссивый, жжжуть!
Как он меня нашел? Сердце заметалось. И что ему нужно? Жаловаться будет? Потребует, чтобы детей наказали за безобидную проказу? Но они ни в чем не провинились, это я проигралась на желание, мне выпало закидать снежками первого прохожего в парке! А ребята потом просто присоединились!
Их не за что наказывать! Моя вина – почти ночью разрешила сиротам выйти из дома, та еще из меня воспитательница! Отправьте Изи пустыню подметать, но детей не трогайте!
– Жужа, идем! – я сунула ноги в сапожки, подхватила сумку, плащ с пушной оторочкой и выскочила из комнаты.
***
– Господин Тафт! – деда моего жениха я застала в гостиной, он разжигал большой камин. – Мне срочно надо с вами поговорить!
– Доброе утро, Изи, – он лукаво улыбнулся, и в уголках глаз проявились лучики морщинок.
– Простите, – тут же покраснела. – Доброе утро!
– И никаких «господин Тафт», – предупредил, едва снова раскрыла рот.
– Да, точно, – кивнула. – Уильям, нам нужно срочно поговорить!
– Знаю я, все знаю, – он уложил в камин последнее полено и зажег длинную спичку. – Но тебе совершенно не о чем переживать.
– Правда?– озадаченно нахмурилась.
Когда дед моего жениха успел узнать о нашей ночной выходке?
– Конечно, – Уильям осторожно подул на огонь, и тот мигом стиснул в своих объятиях одно полено. – Первый завтрак вовсе не страшен. Мы все тебя очень любим и с удовольствием примем в семью, как только Вилли наберется, наконец, смелости и сделает тебе должное предложение, как и полагается.
Мужчина покосился на меня.
– Ты ведь из-за этого переживаешь?
– Я? – мысли заметались.
Врать этому самому доброму на свете человеку вовсе не хотелось. Надо признаться, как есть, честно.
– Дело в том, Уильям, что… – собравшись с духом, начала я, но в тот же миг в гостиную вошла Нонна, одна из учительниц Приюта.
– Доброе утро вам обоим, – она приветливо улыбнулась. – К вам посетитель, господин Тафт.
– В столь раннее время? – удивился он.
– Вот и я так подумала, но гость настаивал. Это демон, представляете?
– Занятно, – пробормотал Уильям.
– Позвольте мне самому все объяснить, – из-за спины Ноны раздался мужской голос.
Такой знакомый голос!
Все внутри меня оборвалось. Еще не понимая, что делаю, я рыбкой нырнула за огромное кресло.
– Здравствуйте, господин Тафт, – тем временем прозвучало в гостиной. – Позвольте представиться – Дэмиан де ла Фонтейн.
***
Разговор я подслушивать не стала. Мне удалось улизнуть, пятясь ко второму выходу из гостиной. Попой вперед выползла в коридор и тут же услышала:
– Не слишком ли красиво твое платье, чтобы подметать им пол?
Подняла глаза и увидела нашу портниху.
– Так получилось, – повинилась перед ней и поднялась на ноги.
– Какая же ты у меня красоточка! – она с гордой улыбкой оглядела платье, а затем и мое лицо. – И цвет к твоим глазкам так подходит!
– Благодарю!
– Как увидит тебя женишок, так сразу на одно колено встанет и замуж позовет! – женщина нахмурилась. – И учти, если пошьешь свадебный наряд в одном из этих новомодных салонов, не прощу! Поняла?
– Конечно, – я улыбнулась.
– И чего стоишь? Беги уже к своему Вилли! Уильяма не жди. Хорошая девушка на первый завтрак должна явиться пораньше, чтобы помочь на стол накрыть и завтрак этот приготовить. Тогда точно заручишься поддержкой всех этих мегер и…
– Каких мегер? – напряглась я.
– Да к слову пришлось, что ты! – она замахала руками. – Беги давай, пошустрее!
И правда, пора уже!
Не до демона мне сейчас. Нажалуется, так отвечу! Отправлю ежиков пасти! Главное, чтобы ребятам не влетело!
***
Дэмиан
Вот это громадина! Подойдя к приюту, я присвистнул, глядя на него. Да это целый замок! Мне голову пришлось запрокинуть, чтобы полностью разглядеть впечатляющее строение! Его, похоже, выдолбили прямо в скале, давным-давно.
Россыпь башенок будто из сказок про принцесс и драконов, зовущие ярким светом окна. Чувствуется, что внутри уютно и тепло. Жаль уничтожать такую красоту. Но если Люцифер чего-то пожелал, ничто и никто не встанет у него на пути.
Дернув за еловую лапку украшенной к Новом году елочки во дворе, я поднялся на крыльцо. Дверь открыла женщина с гладко зачесанными назад волосами. Сказав, что сообщит господину Тафту о моем визите, она прошла в дом. Я двинулся за ней следом, по пути оглядывая помещение.
Чувствуется, что когда-то в этом огромном замке все сияло роскошью. Под высоченными потолками гремели балы на несколько сотен гостей. Но сейчас он явно переживал не лучшие времена. По стенам, обтянутым старой тканью, облупившейся лепнине, потертым перилам и полу с видавшим виды паркетом было видно, что здание просит ремонта – хотя, скорее уж, требует и давненько.
А вот запах… Я повел носом и прищурился. Сладковатый, нежный и свежий – в точности как тот, что был у незнакомки, которую я вчера поцеловал, а теперь забыть не мог. Чудится. Алые небеса, что эта девчонка сделала с демоном, до сердца которого еще не долетела ни одна женская стрела?! И как ей это вообще удалось?
Лучшие демоницы становились спутницами де ла Фонтейна, но ни одна точеная ножка не ступила дальше моей спальни! Как эта юркая стрекоза сразу проскользнула ко мне в душу?! Расположилась там, как у себя дома, и даже не думает уходить, нахалка этакая!
Что происходит, в конце концов, я же не сопливый юнец, чтобы терять голову от одного поцелуя, за который, тем более, тут же получил по морде!
Встретившая меня женщина тем временем сообщила о прибытии гостя. Что за церемонии, в самом деле? Я раздраженно фыркнул.
– Позвольте мне самому все объяснить, – зашел в гостиную и посмотрел на старика у камина. – Здравствуйте, господин Тафт. Позвольте представиться – Дэмиан де ла Фонтейн.
Он глянул на меня поверх очков с круглыми маленькими стеклами, похожими на пенсне. Подслеповато щурясь, подошел поближе, и я отметил, что у них с замком много общего. Дед тоже был когда-то рослым красавцем, это чувствовалось. Но теперь лучшие его годы остались позади.
Впалая грудь, сутулость, свойственная многим высоким мужчинам, изрезанное морщинами лицо и обширная лысина, обрамленная белыми прядками. Но взгляд был цепким, умным и рождал уважение к этому человеку.
– Добро пожаловать, господин де ла Фонтейн, – Тафт указал на кресла около камина. – Присаживайтесь. А где, кстати, Изи? – он огляделся. – Только что ведь была здесь. Вот егоза, уже умчалась. Нонна, подай нам чай, будь добра.
– Конечно, Уильям, – женщина ушла, я сел в одно кресло, мужчина занял второе.
– У меня к вам важный разговор, господин Тафт, – сразу перешел к делу, чего тянуть. – Через Норштадт пройдет железная дорога, которую приказал построить сам Люцифер.
– Так-так, – старик кивнул, нахмурившись – видимо, опыт сразу подсказал ему, что ничего хорошего от таких вестей ждать не стоит.
– Полотно велено проложить через долину. И оно упрется в скальный массив как раз в том месте, где стоит ваш Приют.
– Вот, значит, как, – Уильям снял очки и потер переносицу. – А нас, стало быть, под снос?
– Здесь единственный участок, где порода относительно мягкая и ее будет легко разрушить.
– Да-да, мне это известно, – он кивнул. – Потому семья Рошель и построила свой замок именно тут. Уникальный был проект для своего времени. Да и люди чудесные, новаторы, целый регион на ноги подняли! – Тафт усмехнулся. – Но вам это, должно быть не интересно, молодой человек. Спасибо, что сообщили неприятную новость мне в лицо. Вы довольно смелы.
– Тут благодарить не за что, – мне стало неловко.
– Ну что вы, я не в обиде, вы всего лишь исполнитель воли тех, кто сидит настолько высоко, что Дом сирот для них значит не более букашки, что ползет под их сапогом, пока не раздавят, даже не заметив.
Он снова надел очки. Я заметил, что мужчина заметно побледнел.
– Стало быть, нам уготована участь раздавленной букарашки, – сказал, будто сам себе, а потом глянул в мое лицо. – А надежды никакой нет?
– Увы, нет, – без удовольствия разочаровал его я. – Единственное, что зависит от меня – могу поспособствовать, чтобы здание было выкуплено у вас по лучшей цене.
– Простите, молодой человек, мне нечем будет отблагодарить вас за такую любезность.
– Простого спасибо было бы достаточно, – сухо бросил я, поднявшись. – В моих словах не было намека на взятку. Мне прекрасно известно, что вы разорены, господин Тафт. Фабрика елочных украшений погрязла в долгах, как и вы сами.
– Честный демон, – он усмехнулся, – что-то новенькое. Прошу простить, если обидел вас. Обычно, э-э, ваши соотечественники ведут дела именно таким образом. Рад, что мне посчастливилось встретить демона, не зацикленного на жажде наживы.
Моя обида улетучилась, оставив чувство неловкости. Мужчина прав, демоны ведут дела именно так – откаты, взятки и прочее у нас, к сожалению, всегда в ходу.
– Позвольте мне откланяться, – я склонил голову. – Все остальное вам лучше обсудить с бургомистром.
Снова повел носом, уловив сладко-нежно-свежий аромат моего вечернего приключения. Он мне везде мерещится!
И как не догадался сделать ментальный слепок ауры? Тогда я эту крошку без труда отыскал бы. А теперь осталось лишь сожалеть, вспоминая вкус ее пухлых губок.
Я вышел на крыльцо и вгляделся в чистое голубое небо. Такими же были глаза той незнакомки. И это все, что мне о ней известно. Даже цвет волос не знаю, ведь на ее головке была надета белая шапочка. Хотя, нет, есть еще деталь – у нее отменный удар правой рукой, челюсть после той оплеухи до сих пор болит!
Пожалуй, мне надо ее отыскать. Познакомиться при свете дня, понять, что ничего необыкновенного в девице нет, все это лишь игра моего расшалившегося заскучавшего воображения, и успокоиться за сим. Точно! Я кивнул сам себе. Так и сделаю!
Сбежал с крыльца и зашагал к тропинке через поле. И снова мне показалось, что над ним плывет дразнящий аромат этой крошки, словно она только что пробежала тут, торопясь по своим делам в город.
Нет, надо найти ее и поскорее, пока я еще не свихнулся! Как можно скорее!