Go to audiobook
И бывший военачальник Румхира закрыл глаза.
Минуту царило горестное молчание. Затем в этой абсолютной тишине, нарушаемой только дыханием воинов, раздался спокойный голос эльфа:
– Кто сообщит мне последние новости с поля боя?
– Мы завалили все проходы, кроме этого, – тут же отозвался один из гномов с бородой ниже пояса, заплетенной в косы, переложив топор из руки в руку. – Я – Асмир, помощник Кантада… был. Наш план – отойти в глубины гор и ждать помощи от Велленхэма.
– Плохой план, – не колеблясь, констатировал Эннареон. – Тоддмер превосходит нас числом. Враги расползутся по верхним ярусам, захватят большую площадь и смогут атаковать нижние уровни во многих местах. Единственный выход – вернуться и дать бой, пока чародеи Виккелы не разрушили завалы и не расчистили дороги для его армии. Сколько у нас воинов? – возвысил он голос.
– Сотен восемь, может, чуть больше – ответил Асмир. – Против пяти тысяч тоддмерцев… – добавил он.
– Очень хорошо. Расклад неплохой.
– Неплохой? – язвительно переспросил кто-то из толпы. – Шестеро на одного?
– Вот именно, – подтвердил Эннареон холодно. – Соотношение сил приемлемое. Воины Румхира! – вдруг воскликнул он звонко, и его голос эхом раскатился по «семь-най». – Здесь, в этом коридоре, двадцать храбрых гномов сумели положить две сотни тоддмерских мечников и с десяток чародеев!
Воины одобрительно загудели.
– Нас – восемьсот бойцов! На каждого придется всего по шесть тоддмерцев! – продолжал эльф. – Много ли это? Спросите себя! Задайте себе этот вопрос: скольких врагов каждый из вас хочет убить? Одного? Может, двух? Или все-таки больше?
– Больше! – уверенно отозвался Асмир.
– Я не слышу! – крикнул эльф толпе.
– Больше!
– Больше? Трех?
– Больше! – проревели в ответ гномы. – Всех!!!
– Всех! До единого!
– Смерть Тоддмеру!
– У них есть козырь: чародеи. Их много! – продолжал выкрикивать Эннареон. – Но с нами правда! Виккела пришел сюда с войной, но мы… Мы защищаем свой дом! И мы защитим его! В яростном бою с врагом, в кровавой сече мы уничтожим разбойников и убийц!
– Дааа!!! – бесновалась армия.
– Многие из нас погибнут! – еще сильнее повысил голос эльф. – Но вспомните, что, а главное – кого вы защищаете! Вспомните свои дома, свои кузницы и шахты! Вспомните родных, близких, любимых жен, детей, стариков, что молятся за нашу победу! Разве не стоит это того, чтобы биться с врагом, яростно и беспощадно? И разве не стоит ради этого умереть?!!
– В боооой! – отозвалось тысячеголосое войско.
Лисси неожиданно обнаружила, что кричит вместе со всеми.
Этому бою суждено было войти в легенды и песни. Румхирское войско совершило по коридору «семь-най» короткий и яростный бросок и накинулось на тоддмерцев в Главном Чертоге. Удар был так стремителен, что враг после первой же атаки понес потери более, чем в половину армии.
Военачальники Виккелы пытались собрать мечников в один кулак, чтобы контратаковать в лоб, воспользовавшись пока еще имевшимся численным преимуществом. Но Эннареон, ожидая такой ответный ход, разделил свою армию на три ударные части. Словно три клинка, рассекли они толпу тоддмерцев и более не давали им соединиться.
Эльф, выделявшийся среди румхирцев и ростом, и цветом волос, казалось, был в нескольких местах сразу, без устали нанося удары по врагам, и не забывая призывать гномов биться до последнего. Его меч яркой молнией сверкал в Главном Чертоге, неизменно принося гибель захватчикам. В тесной рубке помощь вражеских чародеев была ничтожна, из-за угрозы повредить заклятьями своих же воинов. Сами же волшебники оставались легко уязвимыми для ударов боевых секир и мечей.
Беспорядочное сопротивление Виккелы переросло в столь же беспорядочное отступление, а затем и вовсе в хаотичное бегство. Гномы догоняли разрозненные группы тоддмерцев и легко расправлялись с ними, убивали или брали в плен. Немногие из захватчиков успели вырваться из адской битвы живыми и убежать через Врата Румхира в долину. Что до невредимых – таковых не было вовсе. Каждый чудом спасшийся мечник уносил на теле несколько кровавых напоминаний о румхирских секирах.
Эннареон устало сел на камень, мокрый от крови, и огляделся. Главный Чертог, огромная чаша внутри горы Румхир, был устлан телами от «семь-най» до ворот. К нему тут же подбежали, поскальзываясь в лужах крови, Лисси и Эллагир.
– Ты весь изранен! – воскликнула девушка, увидев многочисленные порезы на руках эльфа, по счастью – не слишком глубокие.
– В такой битве не остаться невредимым, – улыбнулся Эннареон.
На его лице было наслаждение. Не победой, доставшейся дорогой ценой, а тем, что бой уже позади, что снова можно спокойно жить, не опасаясь за близких людей.
– Не верю, что тебя можно серьезно ранить, – проворчал невесть откуда взявшийся Тангор с перевязянной головой. – Я видел, как ты бился. Мне порой казалось, у тебя не две руки, а добрых два десятка. И в каждой – по клинку.
Гном вел за собой какого-то невзрачного человека, вымазанного в крови, грязного и крепко связанного.
– Взгляните-ка, кого мне посчастливилось поймать! – хмыкнул он и толкнул пленника вперед.
Эльф заморгал от удивления:
– Принц Виккела? Не ожидал. Думал, Вы уже в сотне лиг отсюда, на тоддмерском тракте!
Тоддмерец сплюнул под ноги Эннареону.
– Зачем мне бежать? Совет Старейшин Румхира освободит меня. Я предложу много золота и много рабов, чтобы восстановить город. Их старейшины… весьма практичны, – он зло усмехнулся. – Я – принц, почти король! Никто не посмеет казнить короля, как какого-то вшивого бродягу. Меня отпустят. А потом… Потом мы вернемся. На восток и на север, на юг и на запад пойдут мои войска!
– Я вернусь в Тоддмер, эльф… – продолжил Виккела. – И ни ты, ни твоя девка, – принц указал на Лисси, – не сможете чувствовать себя в безопасности! То же касается и вас! – он кивнул магам. – Я всем отплачу. Вы станете умолять меня о смерти, чтобы прекратить мучения, но я… Я не буду милостив к "великому полководцу" Эннареону и его друзьям!
– Я понял тебя, – спокойно ответил эльф, легко извлек меч из ножен и, не останавливая движение руки, перерезал принцу Виккеле горло.
Две долгих секунды тоддмерец еще смотрел на всех ненавидящими глазами, а затем почти беззвучно упал на каменный пол Главного Чертога Румхира лицом вниз.
– Скор ты! – первым опомнился Тангор.
Лисси шумно выдохнула.
– Воистину, я у тебя в долгу, уважаемый гном, – тихо произнес эльф. – Страшно подумать, каким врагом мы могли бы обзавестись, на свою голову.
– Поединок выглядел бы достойней, – нахмурился Эллагир. – Убивать связанного человека…
– Он потерял право называться человеком, – отмахнулся Эннареон.
– Все равно… – начал чародей, но Тангор перебил его:
– Чего обсуждать мерзавца? Тем более – мертвого мерзавца. – он усмехнулся. – Есть предложение поинтереснее: прервать ваш диспут и заняться более благородным делом.
– Что может быть благороднее философского диспута? – маг гротескно поклонился Эннареону. – Так сказать, духовная пища! Черпать знания из колодца мудрости…
Эльф улыбнулся:
– Мне кажется, уважаемый гном намекает на самую что ни на есть физическую пищу, в книгах мудрено называемую «обедом». Настроение, честно говоря, такое, что я бы сейчас охотнее зачерпнул из котла с мясом, чем из какого-то там колодца мудрости.
– Вы, господа, так изящно выражаетесь! – заметил Тангор, в свою очередь издевательски-вежливо кланяясь обоим. – Если я скажу "хватит трепаться, и пойдемте-ка жрать, наконец", не прозвучит ли это… диссонансом?
– Прежде нужно закончить еще одно дело, – вздохнул Эннареон, борясь с усталостью. – Покажешь мне, где темница?
"Да, без провожатого я бы пропал", – подумал эльф, шагая вслед за Тангором. Бесконечные переходы, лестницы, мосты, висящие над пропастями, сменяли друг друга так быстро, что Эннареон едва ли смог запомнить дорогу. Впрочем, он мог положиться в этом на Лисси: девушка и впрямь ориентировалась в хитросплетении коридоров не хуже иных гномов.
Подгорное королевство удивительно быстро восстанавливалось после битвы. Повсюду звучали молоты. Недавние воины уже сменили доспехи на фартуки ремесленников и сновали туда-сюда, точно муравьи. Разбирались заваленные ходы, туннели и залы очищались от трупов и камней. Врата в один день не восстановить, но не было никаких сомнений: трудолюбивый народ быстро справится и с этой задачей.
Многие из встреченных гномов приветствовали нового военачальника Румхира поклоном, но эльф лишь рассеяно кивал на ходу.
– Далась тебе эта парочка, – проворчал Тангор, сворачивая в очередной проем, безо всяких опознавательных знаков над входом.
– Что-то в них есть такое… – задумчиво ответил эльф. – Этот мальчик, он ведь готов был умереть ради спасения подруги. Такая преданность дорогого стоит!
– Вот и сидел бы в Тоддмере, со своей преданностью и подругой, – не унимался Тангор. – Пришли, наконец!
Перед ними высилась массивная железная дверь. Эннареон деликатно постучал по холодному металлу, украшенному какими-то узорами, плохо различимыми в полутьме. Гном скептически хмыкнул и со всей силы затарабанил кулаками, не отказываясь ударить и ногой.
Вскоре послышался скрежет засовов, и перед друзьями предстал стражник, одетый в легкие доспехи с секирой в руке.
– Кто вы такие и что вам тут надо? – буркнул он, оглядывая визитеров.
– По-твоему, по Румхиру разгуливают толпы эльфов, остолоп? – напустился на него Тангор. – Это – Эннареон, военачальник королевства.
– А это – мои друзья, – добавил эльф, улыбнувшись. – Я хочу видеть узницу Дееру и юношу, которого доставили вместе с ней сегодня утром.
– Прошу, – коротко поклонился стражник, приглашая следовать за собой.
Эннареон, Тангор и Лисси прошли за гномом в небольшую залу, по центру которой высился постамент. На его вершине покоилась огромных размеров книга, окованная железом. Рядом стояла чернильница с пером.
– Все узники записаны здесь, – важно пояснил стражник, открывая фолиант на последней странице. – Деера, Деера, – забормотал он, водя заскорузлым пальцем по желтой бумаге, – Деера… Вот! – воскликнул он довольно.
– Деера, уроженка королевства Тоддмер и Дейар, уроженец того же королевства. Заключены в темницу Румхира сегодня, так-так… Боюсь, вы опоздали, – повернулся к друзьям гном. – Их уже увели на казнь.
– Так быстро? – потрясенно спросил эльф. – Разве совет Старейшин уже собирался?
– Здесь записано: "по решению королевского советника Рентара", – развел руками стражник. – Наверное, у Совета и так слишком много дел, чтобы заниматься мелочами.
– Тангор, – быстро обернулся к другу Эннареон. – Проведи меня к месту казни, и поскорее!
– Чертог Возмездия, – пыхтел Тангор на бегу, – успеем, коль повезет. Пленников ведут главной дорогой, чтобы все видели работу правосудия. А я, – он нырнул в узкий туннель, почти сразу сменившийся крутой лестницей, – веду вас кратчайшим путем.
– Хорошо, – выдохнул эльф, удивляясь, что у него еще есть силы на марш-бросок по подземельям.
Гном еще пару раз резко свернул, и вдруг друзья буквально вылетели на большую и хорошо освещенную площадь. Посередине стоял деревянный помост, окруженный несколькими десятками гномов.
Как и все в подгорном королевстве, она выглядела довольно мрачно, хоть и являла собой очередное проявление искусства гномов-каменщиков. Высокий потолок, резные колонны и стены, покрытые орнаментом, в другое время восхитили бы Эннареона и Лисси.
Но сейчас им было не до красот. Эльф, которому рост позволял разглядеть происходящее поверх толпы, увидел юного тоддмерца, стоявшего на помосте со связанными руками. Затем эльф повел взглядом чуть вправо и шумно выдохнул: Деера уже стояла на коленях, положив голову на плаху. Все могло быть кончено меньше, чем за минуту!
Эннареон, сообразив это, закричал на всю площадь:
– Остановите казнь! Приказываю остановить казнь!
– Слушайте военачальника Румхира! – вторил ему Тангор, удивляясь собственному поведению.
Толпа собравшихся заволновалась, зашумела. Многие узнали эльфа и теперь принялись объяснять остальным, кто это такой. Эннареон, бесцеремонно растолкав стражу у помоста, в два прыжка очутился на площадке, где стояли приговоренные и герольд. Последний выглядел сбитым с толку и рассерженным: за без малого семьдесят лет службы такого вопиющего нарушения всех порядков еще не было.
– У меня приказ! – попробовал возразить он, переминаясь с ноги на ногу. – От имени короля, подписан советником Рентаром!
– Рентаром?! – воскликнул тоддмерец, – но ведь это…
Девушка толкнула его в бок, и тот замолчал.
– Я даю вам новый приказ, – спокойно проговорил эльф, вглядываясь в лица Дееры и Дейара, бледные и испуганные, но со вновь затеплившейся надеждой в глазах.
"Во имя Создателя! – подумал он раздраженно, – им просто рано умирать", а вслух произнес:
– Казнь отменить. Пленников отвести в темницу, я лично займусь ими.
– Советник приказал… – замялся герольд, но Тангор грубо оборвал его:
– Ты слышал слово военачальника? Марш выполнять! Куда теперь? – вопросительно обернулся он к Эннареону.
– К советнику, – пожал плечами тот.
Советник Рентар, чернобородый, тучный, но довольно высокий гном, внимательно и не перебивая выслушав эльфа, откинулся на спинку кресла и забарабанил пальцами по дубовой столешнице.
– Я правильно понял, господин Эннареон, что Вы отменили королевский приказ? – спросил он вдруг.
– Он подписан Вами, – пожал плечами эльф. – Едва ли король вообще знает о двух простых узниках…
– Не имеет значения! – перебил его Рентар. – Наш правитель слаб телом, и уже два года как все распоряжения подписываю я. Но формально они исходят от короля Румхира.
– Но я не думаю, – от неожиданности растерялся Эннареон, – что…
– За Вас об этом подумал я, – снова оборвал его гном, подвигая к себе чернильницу и лист бумаги. – Обычно такие решения действительно принимает совет Старейшин. Но увы, дел слишком много, а Совет один. Я вызвался помочь Старейшинам в разрешении мелочных дел, – Рентар не отказал себе в удовольствии понаблюдать, как исказилось лицо эльфа на этом слове.
– Пленных допросили. Выкупа за них не дадут, а следовательно, – советник выдержал паузу, наблюдая за капелькой чернил, свисающей с кончика пера, – их казнят. Так гласят наши законы, и мы не станем их менять ради случайно забредшего в Румхир эльфа, пусть и совершившего геройский поступок.
– "Геройский поступок"?! – взорвался Тангор. – Да если бы не он, в вашем кресле уже сидел бы капитан тоддмерской армии!
– По румхирским законам, – вкрадчиво начал оправившийся от первого удара Эннареон, – можно судить лишь пленников королевства. А эти двое сдались в плен исключительно мне, еще до моего назначения военачальником. Иными словами, – торжествующе заключил эльф, – они вам не подсудны.
– Они содержались в нашей темнице, – нервно возразил Рентар, комкая лист.
– По-дружески, – мягко улыбнулся Эннареон, – гномы любезно согласились поместить туда моих пленников. Но я никоим образом не передавал их Румхиру.
Лисси, не проронившая ни слова во время этой беседы, широко улыбнулась.
– Допустим, – советник взял себя в руки. – А сколько бы Вы хотели получить за пленных золота, господин Эннареон, чтобы передать их нам? – Рентар с деланным безразличием уставился на свои руки, ожидая ответа.
Эльф на мгновение потерял дар речи, ошеломленный невероятной догадкой, но тут же вновь овладел собой:
– Мой народ не продает пленных и не обменивает их, словно вещи. Таковы наши принципы, и мы не станем их менять ради гнома, пусть и старающегося во имя соблюдения румхирских законов, – он сопроводил свои слова преувеличенно вежливым поклоном.
– Что ж, – сладко улыбнулся Рентар. – Боюсь, придется королю подписать новый указ. О том, что военнопленных, не предложивших выкупа, следует казнить независимо от того, кем они были захвачены.
Эннареон молчал. Он понял, что в любом случае проиграет этот дипломатический поединок и уже догадывался, что прозвучит далее. От советника не укрылась игра мыслей на лице эльфа.
– Более того, у меня есть ощущение, что подобный указ будет датирован вчерашним днем.
Тангор грязно выругался на своем наречии.
– Но мы бесконечно благодарны Вам за захват двоих преступников, господин Эннареон, – даже не поморщившись, закончил советник.
Он придвинул к себе какие-то бумаги и сделал вид, что углубился в чтение, давая понять, что встреча окончена.
– Я пойду к королю, – вдруг произнес эльф резко.
– Наш бедный правитель не сможет Вас принять, – притворно развел руками Рентар. – Он без сознания уже несколько дней, можете уточнить у королевского целителя. Я назначу аудиенцию, если ему вдруг… станет лучше.
По тону советника было ясно, что сам он в такой исход не верит.
– Спросите меня об этом… например, завтра? – Рентар снова улыбнулся, на этот раз – откровенно холодно. – А пока что, прошу Вас, не мешайте мне работать.
– Завтра будет поздно, – сквозь зубы пробормотал эльф, выходя из кабинета советника, – а ты, мерзавец, что-то скрываешь! – Лисси, – повернулся он к девушке. – Ты хорошо ориентируешься в этих подземельях. Найди Альрин и Эллагира, они должны быть в Гостевом Чертоге. Хватайте наших лошадей и уходите из Румхира как можно скорей. С пленниками или без, но мы должны немедля покинуть это место. – Эннареон замолк на мгновение, собираясь с мыслями. – В десяти лигах отсюда по тоддмерской дороге есть родник. Укройтесь там и ждите нас.
– Что происходит, Эн? – с тревогой спросила девушка.
Даже в полутьме эльф увидел столько беспокойства и заботы у нее на лице, что комок подступил к горлу.
– Я считаю, – ответил он, мотнув головой, чтобы отогнать нахлынувшие эмоции, – Рентар – предатель и пособник Тоддмера, и, думается, не единственный. Что хуже – он скоро сообразит, что я догадался. Посему, мы все в опасности, и надо бежать! До встречи у родника!
Он припал к ее губам в горячем поцелуе, но это мгновение, сладкое и сказочно прекрасное, не могло, увы, длиться вечно.
– Ну же, скорей!..
Когда Лисси скрылась за поворотом, эльф повернулся к Тангору. – А мы – бегом к темнице. Те двое явно знают о предательстве Рентара. Иначе откуда у советника такое упорное желание их казнить? Он даже золото мне сулил! За двух якобы ничего не значащих пленников – золото? Невероятно. А Дейар там, на площади, показал, что имя Рентара явно ему знакомо.
– Давай за мной, – проворчал гном и проворно устремился вниз по коридору. – Сами допросим тоддмерцев, и выясним, наконец, правду.
– Согласен, – ответил Эннареон, перепрыгивая серый валун и стараясь не отстать.
"Откуда в идеально ровных румхирских коридорах взялся такой здоровый камень"? – мельком подумалось ему.
Снова замелькали коридоры, мосты и лестницы. Эльф, хоть и не ориентировался в этом огромном каменном городе, но все же сообразил, что Тангор ведет его другой дорогой.
– Верно, – усмехнулся тот в ответ на сомнения Эннареона. – Мы зайдем с тайного входа. Если ты прав, то на главном пути нас уже ждет стража.
– А кому еще известно про тайный вход?
Вместо ответа Тангор затормозил так резко, что эльф едва не сбил его с ног.
– Пришли.
Гном бегло ощупал стену, нашел нужный камень и надавил. В глубине что-то тихо щелкнуло, и секретная дверь открылась. Из темноты туннеля повеяло затхлостью.
– Прошу, – театрально поклонился Тангор. – Дорога открыта.
– Там есть ступеньки? – опасливо уточнил Эннареон, тщетно пытаясь всмотреться в черноту.
– Нет там никаких ступенек, – нетерпеливо ответил гном, – сплошь ровный пол и небольшой уклон. Время, дружище!
Эльф, отогнав сомнения, решительно сделал во тьму несколько шагов. Тангор резко захлопнул за ним дверь:
– Попалась, лесная пташка!
Эннареон молнией метнулся обратно и ударил в дверь плечом. Бесполезно: сработанная гномами на совесть, как и все в Румхире, она выдержала бы удары молотов северных троллей. Гном по ту сторону зашелся смехом.
– Что ты творишь? – только и мог потрясенно спросить эльф.
– Служу своему королевству! – заявил Тангор из-за двери. – Или не своему? – в притворной задумчивости спросил он сам себя и снова рассмеялся. – Так и быть, объясняю: ты оказался на редкость проницательным, Троар тебя забери!
– Предатель! – в ярости ударил кулаком по стене эльф. – Лжец и предатель!
– Ну-ну, – урезонил его Тангор. – Тебе не в чем меня обвинить. Я обещал привести тебя в темницу, и что же? Ты в ней!
От очередного издевательского смеха у Эннареона потемнело в глазах от гнева.
– Рентару совершенно не нужен слишком сообразительный полководец, понимаешь? Обидно будет, если о его планах узнают раньше времени. Жаль ребят, конечно, как бишь их… Эллагира, Альрин. И Лисси, конечно. Их возьмут прямо в Гостевом Чертоге. Застанут врасплох.
Эльф от ужаса покачнулся. От отчаяния, от осознания собственного бессилия хотелось завыть.
– У нас нет другого выбора, дружище. Ты ведь умный, должен понять, – с фальшивым сожалением в голосе продолжил гном. – Мы не можем позволить им покинуть королевство.
Эннареон машинально нащупал рукоять клинка и сжал его так, что хрустнули костяшки пальцев. Удивительное дело – почувствовав ладонью сталь, он снова обрел способность трезво мыслить.
– Ну, чего примолк, дружище? – продолжал ехидствовать Тангор.
– Я убью тебя. Голос Эннареона не дрожал, не срывался, а звучал четко и холодно, отражаясь от каменных стен. – Если с Лисси что-то случится, я найду тебя, где бы ты ни был. Я хочу убить тебя медленно и мучительно, но буду доволен и быстрой твоей смертью. Я убью тебя при первой же возможности. В открытом бою, или ударом в спину… Или может быть даже перережу горло во сне. Хотя, если удастся застать тебя спящим, я все же не удержусь от удовольствия убивать тебя медленно. Выжимая из тебя жизнь по капле, не позволяя потерять сознание. Чтобы ты понимал и чувствовал все-все, до самого конца! Я обещаю это. Ты, верно, помнишь, что эльфы никогда не лгут? Думай об этом. Думай об этом всегда, каждый день своей никчемной жизни. Потому что однажды я приду за тобой.
– Прекрасная речь, – Тангор попытался засмеяться, но не смог.
"Боится! – возликовал Эннареон. – Значит, отсюда есть возможность выбраться"!
– Твои мечты о мести останутся мечтами, – продолжил гном. – Господа! – по голосу эльф понял, что Тангор отошел от двери на несколько шагов и слегка повернулся. – Сможем ли мы одолеть одного эльфа, мастерски владеющего мечом?
Эннареон напряг слух, стараясь выяснить число прибывших к Тангору помощников.
– Он правда хорошо рубится? – спросил один гном на своем наречии.
– Превосходно! – подтвердил Тангор. – Но там абсолютно темно. Значит, он слеп, а нас все-таки немало!
– В доспехах справимся, – услышал эльф свой приговор. – Возьмем числом. Пошли к другому входу!
"Что ж, возьмите, – холодно подумал Эннареон. – Если сможете".
По удаляющемуся топоту тяжелых гномьих башмаков он прикинул, что врагов не меньше десяти.
"Пора действовать! Гномы – это сложный соперник. Не люблю с ними биться"! – вздохнул эльф мысленно.
Он принялся исследовать пещеру, в которую его заманили. Она оказалась идеально круглой, шагов пятьдесят в поперечнике, и довольно высокой. Эльф даже мечом в прыжке не смог достать потолка. Увы, несмотря на все старания, "другой вход", о котором говорили гномы, разыскать не удалось.
– Что ж, это ожидаемо, – пробормотал Эннареон.
Зато, несколько раз его ладони чувствовали влагу: некоторые камни были покрыты мельчайшими капельками воды.
– Полезное открытие, – невесело усмехнулся эльф в темноте, облизывая пальцы, – на случай, если придется пробыть тут дольше, чем хотелось.
Вдруг послышался скрежет открывающейся двери. Быстрым движением Эннареон нацарапал на камне стрелку, указывающую направление звука. Быть особенно тихим он не старался: вошедшие в темницу гномы издавали массу звуков: топали, шаркали, сопели, хотя самим им, вероятно, казалось, что они бесшумны. Наконец, они увидели эльфа своим великолепным зрением жителей подгорного мира и пошли широким полукругом, намереваясь окружить его с трех сторон. С тихим позвякиванием снимались с поясов боевые секиры, доставались кинжалы из ножен.
"Двенадцать", – определил Эннареон по шагам.
Для эльфа тьма была абсолютно непроглядной.
– Такое уважение, – насмешливо сказал он вслух, внимательнейшим образом примечая, как распространяется звук в пещере: от этих знаний зависела теперь его жизнь. – Надо же, вдесятером пришли, и все ради моей скромной персоны. А есть ли среди вас Тангор, господа? Или он отсиживается в безопасном месте, ожидая результатов боя?
По звукам эльф точно знал, что Тангор пришел, и даже знал где именно он стоит, но счел полезным об этом не упоминать.
– Впрочем, какой же это бой, толпой на одного? Скорее уж бойня, – продолжал Эннареон, растерянно оглядываясь по сторонам: нападающие были уже совсем близко. – Ну, где же вы, Троар вас побери?!
– Он нас не видит! – торжествующе сказал один из гномов на своем языке, замахиваясь секирой, и вдруг, странно булькнув, осел на пол.
– Я вас слышу, – прошептал эльф, резко выдергивая меч из тела врага.
Удар пришелся тому прямо в горло. Остальные кинулись в бой. Эннареон, крутанувшись, ушел от секиры, еще одну атаку парировал мечом, после чего обвел руку противника, и сделал резкий выпад с шагом. Меч, коротко звякнув, ткнулся в доспех, выкованный мастерами-оружейниками в недрах Румхира.
Эльф едва не выронил клинок. Конечно, тычковый удар не смог бы пробить эту броню.
"Нельзя забывать про их панцири!" – укорил он себя мысленно, моментально меняя тактику и рубя по ногам.
Крик одного из нападавших подтвердил правильность такого решения. Эннареон вновь стремительно атаковал, ориентируясь на звук. Клинок Каллериана кромсал плоть без малейшего сопротивления, а скорость, с которой эльф наносил удары, не оставляла врагам ни малейшего шанса на жизнь. Один за другим, гномы падали на скользкий от крови камень, чтобы остаться лежать здесь навсегда.
Эннареон бился, не обращая внимания на раны: о том, чтобы остаться невредимым в этой бешеной рубке, не могло быть и речи. Руки и лицо покрывали многочисленные порезы, по счастью – неглубокие.
"Я, верно, буду весь в шрамах, – подумал эльф, парируя очередную атаку. – Что на это скажет Лисси?"
Внезапно он почувствовал острую боль в плече.
– Я достал его! – выкрикнул кто-то на гномьем наречии.
Эннареон косым ударом снизу вверх молча снес столь удачливому врагу голову.
"Я чувствую руку, значит пока все в порядке", – подумал он, пять раз подряд меняя траекторию движения, запутывая гномов и сводя на нет их преимущества в зрении: не так уж много толку видеть врага, если нет ни малейшей возможности просчитать, откуда он в следующий раз ударит.
"Осталось четверо… И Тангор"! – при мысли о предателе эльф недобро усмехнулся.
– Будь ты проклят! – внезапно воскликнул один из нападавших, и, яростно размахивая топором, кинулся прямо на Эннареона.
Тот оборвал атаку одним точным ударом.
– Убейте его, наконец! – голос Тангора дрожал, ни то от страха, ни то от нетерпения.
Эльф рванулся на звук, но внезапно услышал свист, издаваемый секирой. В одно короткое мгновение он понял, что в этот раз не успеет. Тренированное тело, опережая мысли, рванулось назад, но было слишком поздно. Щекой Эннареон успел почувствовать холодную волну воздуха, несущуюся впереди лезвия.
"Все. Конец" – подумалось ему.
Вдруг траектория удара невероятным образом поменялась. Секира, вместо того, чтобы ударить в голову, лишь слегка царапнула по лбу. Эльфа спасла случайность: атакующий запнулся о чье-то лежащее тело.
– Забавно, – хрипло рассмеялся Эннареон, вонзая клинок. – От живых вас – никакой пользы. А от мертвых – пожалуйста!
Мягко уйдя от удара боевого молота, он небрежно полоснул нападавшего по горлу, и сразу же, на вытянутой руке, достал еще одного гнома. Тот умер с тихим всхлипом, и в пещере воцарилась тишина.
"Остался последний", – подумал эльф, перехватывая меч поудобней.
Тангор.
– Я могу вывести тебя отсюда! – раздался искаженный ужасом голос.
Эннареон шумно выдохнул, стараясь успокоиться.
– Что ты хочешь взамен? Чтобы я оставил тебя в живых?
– Да! – взвизгнул Тангор. – Я хочу жить!
– Как я могу верить твоему слову? Ты не эльф. Ты солгал мне раз, и с радостью сделаешь это снова.
– Я – твой единственный шанс снова увидеть любимую, – отозвался гном, унимая дрожь. – Верить или нет, – решай сам.
Эннареон осторожно переступил вперед.
– Что я должен делать?
– Дай слово никогда не убить меня, – потребовал Тангор.
– Не могу, – пожал плечами эльф. – Я уже пообещал тебе смерть.
– Ты тогда сказал, – гном нервно облизнул губы, – что убьешь меня, если с Лисси что-то случится. Но если я вызволю тебя отсюда, и ты поторопишься, с ней все будет в порядке. Это ведь меняет дело?
– Да, – после паузы, наконец, согласился Эннареон, и Тангор с облегчением перевел дух, – ты прав.
– Значит, обещаешь? – радостно подытожил гном.
– Обещаю, что никогда не убью тебя, жалкий предатель, если ты выпустишь меня.
– Отлично, – довольно заключил Тангор. – За мной!
Подойдя к стене в нужном месте, он положил ладонь на один из неприметных выступов и слегка нажал. Кусок породы, казавшийся монолитным и незыблимым, со скрипом медленно отъехал в сторону.
– В какую сторону идти?
Гном указал направление:
– Туда, все время вверх.
– Отлично, – кивнул эльф. – Осталось последнее.
Он неожиданно зашел Тангору за спину и левой рукой захватил его голову за подбородок. Гном в ужасе оцепенел:
– Ты ведь обещал! – прошептал он.
– Верно, – легко согласился Эннареон. – Но вот что: вы с Рентаром ведь любите разные секреты? Вот вам еще один.
И, наклонившись к самому уху Тангора, он прошептал:
– Эльфы тоже лгут.
С этими словами Эннареон резко дернул голову гнома влево и вверх. Чуткие пальцы эльфа почувствовали, как хрустят и ломаются шейные позвонки, после чего он отпустил захват. Мертвое тело осело на пыльный пол. Эннареон этого не видел: оставив труп остывать, он уже мчался по темному коридору.
Бегущий эльф, весь забрызганный кровью, являл собой незабываемое зрелище. Встречные гномы останавливались с удивленными возгласами, но Эннареона это нимало не заботило.
"Если… – Эннареон сглотнул, стараясь прогнать самые мрачные мысли, но они упорно лезли в голову, – если я не успею ее спасти… Что ж, эти проклятые подземелья надолго запомнят, что может сделать один разъяренный эльф, которому нечего терять"!..
Он вихрем ворвался в Гостевой Чертог, пролетел мимо смотрителя, не успевшего даже головы поднять, и, вбежав в комнату, огляделся.
Никого.
Эннареон тщательно все осмотрел. Никаких следов борьбы.
"Они должны были сопротивляться! – шептал эльф, пытаясь найти хоть что-то. – Невозможно застать врасплох двух магов и мастера клинка"!