Go to audiobook
Гордо вздернув подбородок, топаю к остановке. Слава богу, мобильный не сел, но был на вибрации. Мама звонила три раза. Набираю её. Утреннее солнышко приятно греет.
Блин, я офигенно себя чувствую!
Только вот приходится пиджак придерживать, потому что эти звери мою рубашку разорвали. И я без колготок, они лежат в сумке.
– Вася! Ты чего рано-то так? Обычно спишь до обеда, когда я Сашку забираю.
– С ним всё хорошо? Ничего вчера странного не случилось?
– Нет. Мы сходили в парк, он покатался на горках, потом поели мороженого. А почему ты спрашиваешь?
– Да так…
Внезапно передо мной останавливается машина. Чёрный «БМВ» седан. Эээ…
– Вася? Ты пропала куда-то! Всё хорошо? – зовет мама, а я теряю дар речи.
Из авто выходит высокий мужик с квадратным лицом, короткой стрижкой, поправляет костюм и молча открывает мне заднюю дверь. Пытаюсь обойти его, но массивная фигура закрывает проход.
А автобус предательски мигает мне задними фарами. И уезжает. Да вашу ж машу!
– Мамуль, отведешь Сашу в садик? – бормочу, прикидывая, что вообще происходит.
– Конечно, мы же так и договорились.
– У меня автобус, я потом перезвоню…
– Какой автобус? Ты не дома?! – кричит мама.
Упс! Кажется, я облажалась. И мне придется многое объяснить. Но сейчас это неважно. Вешаю трубку. Сглатываю.
– Василина Григорьевна? – чеканит мужик.
– Не знаю такой… – пищу.
– Вас велено доставить домой, – басит он, еще шире открывая дверь машины.
– Я на автобусе доберусь!
– Не велено, – продолжает гнуть свою линию.
– А вы скажите, что довезли, а сами…
Но суровый взгляд этого персонажа говорит, что подобных решений его мозг осмыслить не в силах.
– Не велено.
Да чтоб тебя! Снова пытаюсь его обойти, но всё тщетно. В итоге сдаюсь и плюхаюсь на мягкое кожаное сиденье. Играет тихая приятная музыка. Мы трогаемся.
Машина словно парит над землей. Такой плавный ход. Помню, Ромка всегда хвалил немецкий автопром.
– А ваши… кхм… хозяева…
– Наниматели, – обрывает меня водитель.
– Пардоньте, – огрызаюсь, – я ж не знаю, как у богатых всё устроено. Как часто ваши «наниматели» вот так похищают женщин?
– Это не похищение, а доставка с комфортом, – парирует «шкаф», – какую музыку предпочитаете?
– Я что, посылка, чтобы меня доставлять?! – закипаю, – в номер отеля меня тоже «доставили»? И вообще! Передайте своим «нанимателям» или как там, чтобы забыли обо мне!
– Не велено.
– Да что ты заладил-то?!
– Почти приехали, – он вообще не реагирует на моё возмущение, затем копается в бардачке, достает конверт, – это денежная компенсация за…
– ЧТО?! – вот тут я окончательно взрываюсь, – ЗАСУНЬ ЭТИ ДЕНЬГИ ЗНАЕШЬ КУДА?!
– Не велено, – он продолжает протягивать пухлый конверт.
Как только мы останавливаемся, я хватаю сумку и выскакиваю на улицу, не забыв громко хлопнуть дверью. Вот же сволочи! Я им шлюха что ли? Проститутка? Блин!
Влетаю в квартиру, хватаюсь за голову.
Я трахнулась с двумя мужиками, которым мой непутевый почти-бывший-муж должен денег. Как хорошо, что сегодня Сашу отводит в садик мама. Я хотя бы смогу привести себя в порядок.
Достаю из сумочки рваные колготки. Стягиваю блузку без пуговиц, лифчик. А тело ноет, хочет снова, просит. У меня действительно год уже нет секса. Шансы были, мужчинам я всегда нравилась. Но я же верная жена.
А вчера… как наваждение… я вся растворилась в двух мужчинах. Которые потом решили заплатить мне за секс. Горько усмехаюсь, выбрасываю колготки. Надеваю свой любимый домашний костюмчик.
Моя спокойная тихая гавань.
Развод. Этой ночью я окончательно убедилась в том, что не хочу продолжать фарс под названием «брак». Рома меня не любит, Сашка ему не нужен. Заработать я теперь и сама могу. А секс с мужем – весьма пресное и гадкое мероприятие. Так что по факту я уже мать-одиночка и очень давно.
Краснею, вспоминая, какой порочной была этой ночью. А меня всего лишь купили. Неприятно, скажу я… очень! При том, что в процессе совершенно не чувствовала себя какой-то неправильной или продажной. Мне было так хорошооо…
– Надеюсь, заявление на развод рассмотрят быстро. Хотя у нас ипотека, маленький ребенок… блин… – хватаюсь за голову, – и Ромки нет. Где же его носит-то?
Так и маюсь до обеда. Наступает время забирать Сашу из садика. Нужно еще будет поговорить с воспитательницей, что со следующей недели за ребенком будет приходить моя мама.
– Мамуся! – мой малыш бежит мне навстречу, но спотыкается и падает.
– Что же он у вас всё еще так плохо ходит? – подходит Марина, одна из пренеприятнеших личностей в нашем мамском коллективе, – хотя расти без отца…
Она качает головой, а мне хочется вырвать её блондинистые крашеные патлы. Её сын Всеволод… господи, а нормальные имена сейчас есть? Этот пацан развит не по годам и постоянно задирает моего Сашу.
– Мама! – сынок подходит, я крепко обнимаю его, игнорируя льющееся из всех щелей напускное превосходство Марины.
– Может, не стоило так рано отдавать его в садик? – цокает языком, – может, у вас развитие… позднее?
– А может, ты будешь думать о том, чтобы твой сыночек не цеплялся к другим детям? – с вызовом гляжу на неё, – или у самой позднее развитие?
Идеальная мама. В дорогом пальто и дешевых туфлях. С премерзким ярко-красным маникюром. Крашеная блондинка, считающая, что все вокруг должны копировать её идеальное семейство.
– Пойдем домой, маленький, – беру сына за ручку и веду к выходу.
– Я буду говорить с воспитателем! – орет вслед эта ненормальная, – ваш сын тянет группу вниз.
– О да! – разворачиваюсь, – давайте обсудим поведение вашего муженька! И то, что ваш сыночка рассказывает детям в садике!
Я кое-что знаю, так что запугивать себя не позволю! Марина мгновенно тушуется. Ясное дело, не всё так идеально в ее семье. Не она одна умеет сплетни распускать.
Хотя я не привыкла копаться в чужом грязном белье, но поведение моего мужа не обсудил только ленивый. Этим мамашам вообще заняться нечем?
– Сева опять меня удалил… – хнычет Сашенька.
– ЧТО?! Почему ты промолчал?!
– Он сказал, что у меня нет папы… но у меня есть! – сынок сжал ручки в кулачки, – у меня зе есть папа!
– Есть, маленький… есть! – обнимаю малыша, – знаешь, что? Пойдем-ка в магазин, и я куплю тебе любые вкусняшки, какие попросишь.
– И зефилку? – улыбается сынок.
– Да, зефирку твою любимую!
Мне так жаль. Чувствую себя беспомощной неудачницей. Моего сына обижают в садике, я уже не неоднократно ругалась, но этот Сева так и продолжает задираться. А в соседних садиках уже нет места. Замкнутый круг какой-то!
Он должен решить конфликт сам…
Да пошли они! Может, нам стоит выбрать другой сад?
Возвращаемся домой, загруженные пакетами с продуктами. Нам и вдвоем хорошо! Саша постоянно лепечет что-то о том, что произошло в садике. Я так люблю его!
Но, взглянув на дверь нашей квартиры, в ужасе останавливаюсь.
– Мама, а фто это?
Прямо у двери стоит пакет. Дорогой такой, матовый. Черный. Из явно очень приличного бутика. К нему прикреплена записка. Да блин! Чувствую, та ночь мне еще аукнется. Вот уж точно, за удовольствие надо платить! Хотя вроде как платила я…
– Не знаю, Саш. Давай, пошли, нечего здесь стоять.
Хватаю пакет и подталкиваю сына в квартиру. Руки дрожат. Я чувствую, как от страха покрываюсь липким потом. Одна ночь. Это была одна чертова ночь! Страстная и полная оргазмов, но одна. Первая и последняя.
Несу покупки на кухню, оставляя черную упаковку в коридоре. Мне страшно к ней прикасаться. С другой стороны, не бомба же там, в самом деле?
Но я боюсь не этого. А того, что написано в записке.
– Давай, топай мой ручки и приступим к вкусняшкам! – улыбаюсь своему сыночку.
Когда Сашенька убегает, я иду к пакету. Блин, весь мой вечер теперь подчинен одному чертовому пакету! Беру записку. Вижу аккуратный, ровный почерк. Говорят, такие у маньяков бывают. Издаю нервный смешок.
Так и знал, что ты не возьмешь деньги. Моя гордая мамочка. Эти вещи – компенсация за порванные колготки и блузку, а не плата за страстный и горячий секс. Целую во все сладкие места. Кай.
Меня начинает трясти. Кай… мгновенно краснею, вспоминая, какие непотребства с моим телом творил ночью владелец этого красивого почерка. Низ живота мгновенно обдает волной жара.
Швыряю записку на обувной шкаф. Беру пакет и иду в спальню. Без вещей Ромы она стала более пустой. Но ничего! Я быстро займу это место новой одеждой еще круче предыдущей.
– Мама!
– Сейчас, мой хороший!
До вечера я забываю про злосчастный пакет. Мы смотрим мультики, смеемся, едим его любимые зефирки. С сыном мне реально весело! Он такой смышленый, много думает, рассуждает.
Только вот записка покоя не дает. Зачем Кай ТАК её написал? Словно я была лучшей в его жизни.
Укладываю малыша спать, целую на ночь и иду в спальню. Не принимая душ, касаюсь подарка. Достаю оттуда аккуратно сложенную блузку и брючный костюм благородного темно-красного цвета. А на самом дне…
– Вот паразиты! – выругиваюсь, доставая матовую коробочку с ослепительно – белым кружевом, – и цвет же выбрали!
Примеряю вещи. Сидят идеально. А белье так вообще словно на меня шили. Как они так запомнили мои размеры?
Вся переполненная противоречивыми мыслями, ложусь спать. Долго не могу заснуть. Такое чувство, что грядут большие перемены в нашей с Сашкой жизни. Но для меня важен лишь мой сынок. Так что, если бандюки снова появятся на горизонте, я дам понять, что между нами больше ничего не будет. А тот крышесносный секс – лишь мимолетное увлечение.
С утра готовлю завтрак сыну.
– Холосо, что сегодня в садик не нузно, – лепечет он, ковыряясь ложкой в тарелке с кашей.
– Ешь давай, а не вози еду по тарелке! – смеюсь, – а то…
Тук! Тук! Тук!
– О! Бабушка пришла нас проведать, – говорю сыну и бегу открывать.
На пороге и правда стоит мама. И её взгляд не обещает ничего хорошего.
– Где ты была, Вася?! – громыхает так, что чуть стены не трясутся.
– Эм… долгая история, мамуль, – целую её в щеку.
Она смягчается.
– Ромка твой вляпался во что-то опять?
– Да. Он должен много денег опасным людям, – вздыхаю.
– Господи! – мама белеет, – так это из-за них ты вчера утром про Сашу спрашивала?
– Да.
Мы задерживаемся в коридоре. Переходим на шепот.
– И позавчера после собеседования они меня вроде как похитили, – прикусываю губу, понимая, что детали маме знать не нужно.
– БОЖЕ! Ты же пошла в полицию?! – восклицает она.
– Мам, не кричи так, ладно? Всё в порядке, они просто… спросили, где мой муж и всё.
– Не навредили?!
Ну как сказать… жестко трахали до самого утра. Чуть душу всю не вытрахали. А как я кричала под ними, мамочки! Просила, умоляла вставить поглубже. Кашляю.
– Нет, я сказала, что подала на развод и они отстали, – нещадно вру.
– Так ты сделала это? – мы проходим на кухню, мама косится на сына, – написала заявление?
– Да. Хватит уже тянуть кота за причиндалы…
– А что такое пличиндавы? – с широченной улыбкой спрашивает сын.
– У тебя каша на лице, – вытираю щеку ребенка, затем обнимаю его, – потом расскажу.
– Он такой любознательный, – улыбается мама, – вчера весь день рассказывал мне про большую машину, которую видел во дворе. Чёрную вооот такую! И про дядю с рисунками на шее.
В душе что-то ёкает. Блин… Саша видел Кая? Они следили за ним? Этим мужикам вообще нельзя приближаться к моему сыну! Жутко нервничаю.
– И что ты планируешь? Может лучше пока вам у меня пожить?
– Нет, мамуль, всё хорошо. Мне предложили должность. Консультант в парфюмерной лавке. Для начала неплохо. Сашу, как мы и думали, я забирать не смогу. Но зато хватит на ипотеку и кое-какую жизнь.
– Я сама буду забирать, не волнуйся.
– Спасибо, мамуль! Еще эта Марина, овца крашения, – рычу.
– Опять задирается?
– Её сын обижает Сашку. А я много раз уже разговаривала с хозяйкой, как об стенку горох, – вздыхаю, – он типа должен сам. Тараторит, как заведенная.
Мама задумывается.
– Ему нужен отец, Вась. Сашка очень добрый и ласковый мальчик, но стержень…
– Ой, да брось! – увожу сына в комнату и занимаю игрушками, – хреновый Ромка отец. Лучше уж никакого, чем такой.
– Наверное, ты права. Но Вась, – она садится на постель и внимательно смотрит на меня, – я тебя поддержу в любом случае. Мужчин вокруг много, дочка.
– Я знаю.
– С одним не сложилось, есть другие.
– У меня есть сын. Пока мне нужно сосредоточиться на его воспитании.
– Ты женщина, Вася. Не хорони себя. Я всегда могу помочь тебе и посидеть с сыном. Если встретишь по-настоящему достойного мужчину, не отказывайся от своего счастья.
– Да где ж найти достойных-то, мам… – вздыхаю, сажусь рядом с ней.
Почему-то перед глазами возникает хитрый взгляд Руслана. Его томный шепот эхом раздается в голове. И горячие пухлые губы Кая, я буквально ощущаю их на коже.
Он-то точно не достойный отец для Саши! Или Кай! Да они бандюки отъявленные! Брр!
Утром в понедельник просыпаюсь в приподнятом настроении. Все мысли о новой работе! Собираю Сашу в садик и выдвигаюсь в центр города. Улыбаюсь прохожим, как идиотка. Но на душе легко. Я чувствую себя свободной!
Ведь еще не знаю, что совсем скоро моя жизнь полностью изменится.
– Вот здесь у нас пробники, – приятная управляющая Лиза вводит меня в курс дела, – а здесь…
Охотно впитываю информацию. Это целый новый мир! Хотя, будучи студенткой, я была на практике в настоящем парфюмерном доме известного бренда.
Эх, были у меня когда-то амбиции, страсть к работе, желание! А потом случился Ромка, брак, беременность. Нет, я безумно люблю сына и не мыслю жизни без него, но замужество повлияло на меня не самым лучшим образом.
Только ступив за порог бутика, я окунаюсь в целый мир всяких запахов. Делая вдох, сразу же распознаю десятки различных оттенков.
– Здесь у нас не масс-маркет, – заявляет Лиза, – и сервис соответствующий. Мы закупаем парфюмерию непосредственно у производителя, выбираем лучших. Работаем с небольшими парфюмерными лавками Италии, Испании, Франции. Так что наши клиенты ждут высочайшего уровня обслуживания.
– Поняла, – киваю.
– Вот здесь, смотри, у нас подсобка. Необязательно весь день стоять на ногах, – улыбается девушка, – главное, относись к клиентам с любовью и вниманием. Уверена, что все будет супер!
Мы продолжаем общаться. Лиза показывает небольшую комнатку с микроволновкой, шатающимся столиком и низеньким холодильником.
– Если обед с собой, клади контейнер сюда. Вся техника рабочая, – наставляет Лиза, – надеюсь, я все понятно объяснила? Мы очень долго искали консультанта. Твоя предшественница работала семь лет, так что отвыкла я персонал учить.
– Спасибо! – улыбаюсь во все тридцать два, – я всё поняла.
Затылком чувствую теплое дуновение ветерка. Перемены к лучшему. Сердце трепещет. С такой зарплатой я смогу оставить квартиру и выплатить ипотеку!
Дзынь!
Мы разворачиваемся. В зал входит пожилая дама. Тонкая, как тростинка. В просторном платье-халате, с повязанным на голове платком. Рядом с ней хорошо сложенный мужчина, несет покупки.
– Элина Эдуардовна! – Лиза резко расправляет плечи, подходит к бабушенции, – добрый день!
Эээ… а мне что делать?
– Привет, Лизонька, – они чмокаются в щёчки, – пришла поглядеть на вашу новенькую.
– Василина, иди сюда! – зовет управляющая.
На негнущихся ногах топаю в их сторону.
– Доброе утро! – бодро гаркаю, глаза Элины Эдуардовны ползут на лоб.
– Красивое имя, Василина… это, кажется, значит, царица на греческом? – она буквально сканирует меня своими густо накрашенными глазами.
Ничего себе познания! Да кто ж она такая?
– Да.
– Необычно, очень необычно.
Бабуленция обходит меня, внимательно так осматривает. Будто невесту для внука выбирает. Придирчиво так.
Эм… а что происходит?
– Ладно, я доверяю тебе, Лизонька. Василина, вы знаете, кто я?
Наступает тот неловкий момент, когда понимаешь, что перед тобой известная личность. Но я её знать не знаю! И сказать это – значит подписать себе смертный приговор.
– Нет, простите, – все же решаю признаться.
Тонкие брови Элины Эдуардовны так и остаются зависшими в районе лба.
– Вы бывали в театре, милочка?
– Ну, в школьные годы смотрела «Ревизора», – блею, – и еще «Фауста», да.
– Понятно, молодееежь! – она закрывает лицо сухой рукой с длинными красными ногтями.
– Элина Эдуардовна – прима одного из ведущих театров страны, – шепчет Лиза, – и наш меценат уже долгие годы.
Упс! Важная бабуля. Вытягиваюсь в струнку. То есть, она пришла одобрить меня? А я её даже не знаю. Мда, встряла!
– Меня не нужно бояться, милочка, – она улыбается.
Надо признаться, улыбка у этой женщины очень обаятельная и притягательная.
– Я пришла за духами. Мне нужно что-то особенное для отпуска. Не навязчивое. Но со стойким шлейфом, долгоиграющее. Заодно проверим твои навыки.
В голове мгновенно формируется образ. Золото, ваниль. Ароматы востока. Как раз для столь утонченной особы. Достаю довольно невзрачный флакон в темном стекле.
– Думаю, эти, – я уверена в своём решении, – тёплый, мягкий аромат. Отлично подойдет для солнечного дня, но потом, когда раскроется…
Ловко достаю блоттер*, прыскаю выбранные духи. Протягиваю своей первой, самой притязательной, клиентке. Надеюсь, не последней. Мне безумно интересно, что она скажет. Актриса подносит его к носу.
– Как интересно! Эти духи… Лиза, что это? Ты никогда не предлагала мне… стоп! – её глаза округляются.
– Чувствуете? Аромат раскрывается, словно вокруг вас танцуют лепестки жасмина и розы! – довольно говорю ей, – самое то для активного отдыха.
– Действительно, – Элина Эдуардовна явно со мной на одной волне, – это потрясающе, Василина!
– А затем, в самом конце открываются тайные нотки кардамона и корицы. Пряные и загадочные, как восточная ночь. Они отлично подойдут творческой и чувственной натуре.
– Это потрясающе! Я их возьму! – восклицает она, затем копается в сумочке.
Достает визитную карточку. Красивую, ламинированную. Протягивает мне.
– Приходи в свободное время в мой театр, обсудим ароматы, которые подошли бы мне для различных случаев. По этой визитке тебя пропустят ко мне. Лизонька, без обид!
– Ну что вы! – та аж сияет, – я рада, что вы нашли общий язык.
Когда актриса уходит, я выдыхаю и обмахиваюсь визиткой. Аж взмокла от напряжения! Офигеть!
– Ты большая молодец! – хвалит меня управляющая, – ей очень сложно угодить. Я не стала тебе говорить, но Элина Эдуардовна тестировала всех наших консультантов и ни одна девушка не задержалась после её проверки. Ты выбрала восток, это очень интересно!
– Спасибо. Подумала, что ей такой многогранный аромат будет очень к лицу. Она актриса, примеряет множество личностей.
– Ты талантливая, очень! – восклицает Лиза, – не зарывай свои способности!
– Спасибо
Наверное, можно сказать, что первый рабочий день прошел успешно.
За ним следуют другие. Клиентов в бутике немного, но каждый либо звезда, либо блогер или какая-то популярная личность. Притязательные, высокомерные.
Я быстро втягиваюсь в работу и совсем не замечаю, как проходит целая неделя. В предвкушении выходных с сыночком расслабляюсь. Но зря.
Ведь последний рабочий день всё переворачивает с ног на голову…
Потому что появляется тот, кого я отчаянно пытаюсь забыть.
Утро начинается, как обычно. Расставляю флакончики, вытираю полочки, проверяю каталог и ценники. Напеваю себе под нос. Настроение отличное!
Кай и Руслан будто бы совсем особо мне забыли. Больше не пытались встретиться или связаться. Всю неделю я напряженно высматривала чёрный внедорожник. Но мужчин и след простыл.
Я и выдохнула. Очевидно, зря.
Приняв пару звонков, уткнулась в компьютер, чтобы проверить даты поставок новых партий ароматов, как вдруг…
– Ну привет, мамочка, – звучит насмешливый голос, и я замираю.
Как те животные, которые при приближении хищника мертвыми притворяются. Только вот меня уже заметили…
– Добрый день, – здороваюсь, пытаясь сглотнуть вставший в горле ком.
– Соскучилась? – мужчина вальяжно, хищной походкой приближается к моему столу.
– Не особо, – выдавливаю из себя, снова ощущаю крышесносный мужской запах.
Вот наградил же бог отменным нюхом! Невольно тяну носом, чтобы почувствовать больше. Кай пахнет офигенно.
– Хорошее место, – он по-хозяйски проходится вдоль стендов с парфюмерией, – нравится здесь?
– Да, – сухо заявляю, – зачем ты здесь, Кай?
– Люблю, когда ты такая серьезная, гордая, – он опирается на мой стол руками, – и как произносишь моё имя. Этими же губками ты принимала мой член, помнишь?
Тело вспыхивает. Оно помнит… очень хорошо помнит, как я кончала той ночью. Но это в прошлом.
– Если ты ищешь моего мужа, то он не появлялся, – смотрю прямо в хищные глаза Кая.
Стараюсь быть равнодушной, но не получается.
– Нет, я ищу не Ромчика. С ним разберется Руслан. Я к тебе пришел, мамочка.
– Я Василина, – рычу, – ты меня смущаешь. Уходи!
– Нет. У тебя тут подсобка есть? Я ж пиздец скучал всю неделю. Не спал, постоянно дрочил на тебя…
– Сочувствую, но это твои личные трудности.
А ведь я тоже ласкала себя. Только никто и никогда об этом не узнает.
– О, вон дверка. Там же комната для отдыха? Пойдем, Лина, ты нужна мне! Срочно! Яйца болят. Мне очень нужна твоя киска.
– Так ты приперся, чтобы слить сперму?! – взрываюсь, – я вам с Русланом не шлюха какая-нибудь! Иди сними девочку по вызову, а меня в покое оставь!
– Пошли, мамочка, прекрати меня дрочить, – он идет к двери, берет табличку «закрыто» и вешает на ручку.
– Эй! – выскакиваю из-за прилавка и это становится моей роковой ошибкой.
Через буквально пару секунд лысый татуированный громила взваливает меня на плечо и несет в небольшую кухоньку.
– Пусти! – шиплю, – я на работе!
– У тебя перерыв, – парирует он.
– Я не обедала еще! Эй! А ну поставь меня! КАЙ!
Мужчина игнорирует мои требования, включает свет и осматривается.
– Вот это нам подойдет, – ухмыляется и ставит меня спиной к столу.
– Это не смешно! – злобно сверкаю глазами, – ты не можешь так просто врыва…
– Лина, – он берет моё лицо в руки и прерывает тираду горячим поцелуем.
О, господи! Да он божество какое-то! Мягкие губы, огонь, пляшущий на языке мужчины и опаляющий мою кожу. Дрожь по телу. Во мне что-то взрывается.
Кай быстро расстегивает мою блузку.
– Она тебе очень идет, мамочка, – шепчет, целуя мои щеки, вынуждая прикусывать губу до боли, – и этот костюм. Ты такая красавица… глаз не отвести…
Ну и где моя хваленая гордость? Дрожащими пальцами расстегиваю его рубашку, срываю с покатых широких плеч. Любуюсь на тугие мощные мышцы с яркими узорами татуировок. Провожу по ним ладонями.
– Лина… пиздец ты сладкая… – моя рубашка летит на стул, щелкает застежка лифчика.
Горячие мужские ладони накрывают грудь. Хорошо, как же хорошо!
– Боже… Кааай… – стону, пока наглый бандюк выкручивает мои соски.
Терзает, издевается. Он прекрасно знает, что я тоже скучала. Что мне было безумно хорошо той ночью.
– Красивые сиськи… у тебя лучшая грудь, мамочка, – он втягивает соски губами, сминает мягкость, зарывается носом между моих грудей, – она так пахнет… сука… наконец-то!
– ААА! БОЖЕЕЕ! КАЙ! Я… я… – сгусток внизу живота раскрывается, взрывается.
Я кончила только от стимуляции сосков. Ну развратная женщина! Меня трясет, мужчина же с дьявольской ухмылкой продолжает сосать мою грудь.
– Сладкая… пиздец ты огненная… я видел тебя во сне… каждую ночь, – он лижет ареолы, кусает соски.
– Ах… ооо… ммм!
Кай выпрямляется. Снова набрасывается на мои губы. Сметает всё со стола, срывает с меня брюки, усаживает на поверхность.
– Тебе идет дорогое кружево, мамочка… как вовремя, сладкая, ты надела наш подарок, – хрипит, проводя ладонями по трусикам, – давай быстренько натяну тебя… хочешь, а? Знаю, что хочешь… я тебя чувствую, Лина.
Обхватывает рукой моё лицо. Сжимает пальцы.
– Хочу… хочу… ХОЧУУУ! – не могу сдержаться, когда толстый горячий член врывается в моё лоно.
Перед глазами скачут цветные искорки. Трусики сдвинуты, я сижу на столе с распахнутыми ногами. Бесстыдно кричу. Умоляю об удовольствии. Яйца Кая звонко шлепают об мою попку. Он входит до основания.
– Да… вот так… тугая киска… сладкая девочка… кричи, малышка, покажи, как тебе хорошо, – рычит он – смотри на меня, мамочка… давай…
Губы в губы. Глаза в глаза. Быстро, мощно и очень глубоко. Мы сейчас единое целое. Я сдаюсь с каждым толчком. Капитулирую. Нет никакой гордости. Лишь похоть, боль от неудовлетворенности и понимание, как сильно я соскучилась.
Пульсирую на толстом, большом члене. Стискиваю своими стеночками. Обнимаю Кая, жмусь к его груди стоячими сосками. Он сильный большой мужчина, а я нежная, беззащитная женщина.