Наконец-то всё позади, наконец-то он спасся.
Квартира всегда казалась ему неуютным местом, каким-то чужим. Он не любил возвращаться сюда каждый вечер, но больше у него ничего не было. Ему больше некуда было пойти и не было денег на более приличную квартиру. Всё, что Фрэнку оставалось, это доживать свой век в этом драном клоповнике.
Тем не менее, сейчас он рад был очутиться в своей квартире, словно она была крепостью, которая может защитить его от любых бед.
Фрэнк включил свет в каждой комнате. И пусть счет за электричество придет баснословный, он не хотел оставаться в темноте ни на секунду.
Только усевшись на диван в своей маленькой гостиной, Фрэнк почувствовал жуткую усталость, которая волнами раскатилась по его телу. Он ощутил, что ноги дрожат от напряжения, а руки – от всё ещё не отпустившего его страха. Маленький комок тревоги всё никак не хотел покидать его, с каждой секундой готовый вновь начать расти до невиданных масштабов.
Уиллсон был бы рад списать всё на излишки алкоголя, но он же видел всё собственными глазами. Всё то, что произошло, никак не может казаться галлюцинациями или, тем более, сном.
Но ведь не может быть это всё на самом деле.
Фрэнк обессиленно откинулся на спинку дивана. Настенные часы показывали далеко за полночь, мужчина не мог разобрать точное время, однако силуэты стрелок подсказали ему, что сейчас где-то половина третьего ночи. Усталость давала о себе знать, голова медленно опустилась на мягкую подушку дивана. Мужчина чувствовал напряжение в глазах, будто не смыкал их целую вечность. Он решил ненадолго их прикрыть, чтобы дать отдохнуть, и вскоре постепенно провалился в сон.
В квартире стояла жуткая тишина, которую можно ощутить своими руками, стоит лишь протянуть одну из них. Постоянно тикающие настенные часы вдруг замолчали, а за окном не было слышно проезжающих машин или завывания ветра.
В квартире было темно. Темнота наполняла Фрэнка страхом.
Фрэнк неожиданно вспомнил своё детство, когда ещё мальцом просил отца проверить его комнату перед сном, не запрятались ли где монстры. И пока отец не убедит его, что в комнате кроме них двоих никого нет, он отказывался засыпать. Он почувствовал себя этим мальчиком, который боялся монстров под кроватью. Только в отличие от маленького себя, он не придумывал себе никого. То, что произошло пару часов назад пошатнуло его веру в то, что никаких сверъестественных сил не существует. Он уже не знал, правда это или нет. А если и правда, то кого он встретил на заправке? Кто это был? Сам Дьявол? Чушь какая. Но всё-таки, что это было?
Он так и не смог найти объяснение этому, как ни старался. После двух, нет, даже одной бутылки пива, спросонья он никак не мог очутиться под колесами автомобиля. Всё, что произошло на заправке – правда. И он не смел бы этого отрицать, даже если бы сильно захотел.
Фрэнк встал с дивана. Он не хотел идти по темноте, однако что-то будто тащило его из комнаты и он не мог этому противиться. Сквозь щель между полом и входной дверью просачивался какой-то странный красный свет. Он манил его, и Фрэнк невольно стал идти на него. Он не слышал не единого звука, будто оказался один в открытом космосе.
Гробовая тишина. Ненавижу такие сравнения.
Фрэнк аккуратно взялся за ручку и медленно открыл входную дверь. Лампы на потолке источали кроваво-красный цвет, в коридоре было совершенно пусто. Будто весь этаж, а то и весь дом…
…вымер.
… опустел. Фрэнк медленно двинулся по длинному коридору, даже не зная, зачем он куда-то идет и что ищет. Может, он надеялся, что кого-то встретит?
Фрэнк заметил, что он не слышал даже звука собственных шагов и хриплого дыхания. К его горлу постепенно поднимался ком, на лбу выступал холодный пот.
Уиллсон шёл и шёл по коридору, однако вскоре понял, что тот не кончается. Он будто шагает на месте. Фрэнк ускорился, а потом перешёл на бег. Конец холла отдалялся от него, увеличивался в размерах, стены будто разъехались. Ему показалось, что он находится в необъятной комнате, однако до сих пор находился в тот самом коридоре.
Неожиданно в конце него вдруг вспыхнуло какое-то чёрное облако. У Уиллсона подкосились ноги, когда он увидел, что именно появилось из облака. То самое существо. Абрахам. Дьявол. Ангел смерти. Как он себя вообще называет? Кто он, черт побери, такой?
Фрэнк в ужасе остановился и рванул в другую сторону, подальше от чудовища. Оно догоняло его, кричало ему вслед проклятия, издавало нечленораздельные рычащие звуки, которые с каждой секундой становились всё громче.
–Я ДОБЕРУСЬ ДО ТЕБЯ, УИЛЛСОН! – громыхнуло существо.
Стены дрожали от его громоподобного голоса. Огромные трещины расходились по ним, уходя всё выше в потолок. Фрэнку казалось, что и пол вот-вот разойдётся под его ногами. Мужчина не выдержал и закричал:
–Что тебе нужно от меня? Оставь меня в покое!
Крик расцарапал ему гортань. Фрэнк резко проснулся, однако продолжал в ужасе кричать.
-Я не спятил, – прошептал Уиллсон, сидя на своем диване. – Нет, я не спятил, не спятил. Этого не может быть.
Он повторял эти слова, словно молитву, уже час. Ему казалось, что если он не будет произносить эту фразу, то всё, что он пережил за последние несколько часов, окажется правдой. Он снова пытался убедить себя, что это всего лишь сон. Просто отказывался верить, что подобное может происходить наяву. Это же невозможно!
То, что люди логически не могут объяснить или же то, что больше походит на фильм ужасов, всего лишь кажется сном. Но только как бы они себя ни убеждали, всё равно приходит час, когда они понимают, что эти убеждения были ложью.
Повсюду горевшие лампочки должны были успокаивать его и не давать провалиться в темноту, однако паника всё равно никуда не отступала. Ведь если Существу нужно будет, оно погасит их все, как сделал на автозаправке.
Фрэнк боялся, что из темноты выйдет существо, назвавшееся Абрахамом. Боялся, что оно вновь будет стоять в паре метров от него и сверлить его своим пустым мёртвым взглядом. Боялся вновь ощутить тот мерзкий смрад, исходящий от него. Боялся закрыть глаза и услышать его голос в своей голове. Такой низкий, властный, злобный, эхом разносящийся по всему сознанию и въедающийся в каждую клеточку организма. Фрэнк бы не выдержал этого снова.
В голове крутились слова Существа.
Я заберу тебя с собой.
Что это значит? Он заберет его жизнь? А может даже и душу? Если такая вещь, как «душа» вообще существует. Если и так, то у него она паршивая. Грязная, склизкая, пропитанная алкоголем и сигаретами, рваная и изношенная. Разве такая кому-то нужна? Никто не любит бракованные вещи.
Её уже не вернёшь и не заменишь, как в магазине.
Стеклянные глаза Фрэнка были направлены на стену с обшарпанными и грязными обоями, по которым торопливо полз небольшой рыжий таракан, но мужчина его не видел. Он не видел и не слышал ничего вокруг себя. Ни тускло светящей лампочки под потолком, ни надоедливо жужжащего холодильника в соседней комнате, ни тиканье часов.
В его голове до сих пор стоял образ того ужасного существа, которое перепугало его до смерти. Он в жизни не ощущал того страха, который обуял его в торговом зале заправки.
А что, если бы он пошел по другой тропе? По любой, которая была когда-то ему открыта, лишь бы не оказаться на той заправке. Что, если бы он всё-таки решился изменить свою жизнь? Может Существо бы и не пришло к нему, и он, Фрэнк, не пережил бы всего этого кошмара?
Менять свою жизнь? Какой смысл менять, если она прогнила прямо до основания? Гнила с самого поступления в колледж и продолжала гнить, медленно разрушая всё то, что было в его жизни. Всё умерло так же, как и надежда на что-то хорошее, желание пытаться пробиться выше положения, на котором Фрэнк остановился.
Завис.
Ему казалось, что он умер вместе со своей перспективной жизнью. Может, он уже мёртв? Может, это Ад? Говорят, что у каждого человека он свой, так же как и Рай. Так может этот – его? Или это расплата за упущенные возможности, за упущенных людей?
Не расплата. Последствия.
Слово «последствия» ему нравилось больше, звучит куда более миролюбиво. Слово, смысл которого понимаешь только тогда, когда уже совершил глупость. Только тогда они дают о себе знать в полной мере, после этого человек начинает сожалеть о том, что сделал или не сделал. Раздумывать, как можно было избежать этих последствий. Но теперь уже поздно думать. Они уже здесь.
–Я больше не вернусь туда, – прошептал Фрэнк. – Ни за что не вернусь. Не вернусь.
Слова отлетали от его губ, словно шарики для пинг-понга от ракетки.
… заберу тебя с собой…
Фрэнк на секунду закрыл глаза. Его охватило чувство расслабления и усталости, но он не собирался им поддаваться. Знал, что если поддастся им вновь, то кошмар пережитого будет приходить к нему до конца его жалкой жизни.
Теперь ты совсем не собираешься спать?
Существо не позволит ему спокойно спать.
Фрэнк не осмеливался называть его Абрахам, даже в своих мыслях. Имена даются людям. А это не человек. Не монстр. Не чудище, обитающее в шкафу или под кроватью каждого ребёнка. Но и они всегда были лишь плодом их воображения. Или нет?
Теперь уже нет.
Это существо из другого мира. Того мира, который неизвестен ни одному живому человеку. Того мира, в котором обитают подобные существа, которые даже не снились самому сумасшедшему или отчаянному безумцу.
Уиллсон открыл глаза и замер от мгновенно охватившего его ужаса. Ему показалось, что он даже перестал дышать на какое-то время. Свет больше не горел во всей квартире. Стало тихо, как в бочке. Тихо, словно в гробу.
Гроб. Эта квартира станет моей могилой.
Фрэнк ещё сильнее сжал свои ноги, впиваясь взглядом в непроглядную тьму. Она будто обволакивала его, словно одеяло. От неё исходил холод. Тяжёлое дыхание вдруг стало невыносимо громким. Сердце гулкими ударами билось о рёбра, будто намеревалось проломить их и вырваться наружу.
Глаза потихоньку начинали привыкать к темноте, и Уиллсон с трудом различил в левом углу тёмный высокий силуэт. Фрэнк почувствовал, как нижняя губа начала слегка подрагивать.
–Уходи… Прошу, – шёпотом взмолился он, зная, кто прячется в тени.
Свет в комнате начал мерцать, и Фрэнк смог увидеть его. Это был Абрахам. Не Существо. Абрахам, стоящий неподвижно и смотрящий на мужчину холодным, ничего не выражающим взглядом. Абрахам, который при первой встрече показался ему самым обычным покупателем, в черном плаще и белой рубашке.
–Ты скоро умрёшь, – спокойно сказал он. – Я это знаю.
Слова прозвучали без какой-либо угрозы, это была констатация факта. Он сказал это просто, как попросить у продавца ванильный рожок.
–Зачем ты здесь? – дрожащим голосом проговорил Фрэнк.
–Выполнить свою работу, – на бледном лице мелькнула тень улыбки. – И слегка развлечься.