Go to audiobook
Как и все в переходный период после развала Советского Союза, кроме основной работы, подрабатывал я в выходные дни торговлей бытовой химией на рынках области.
Бизнес, конечно, не ахти какой, но дополнительный заработок был. И вот однажды подходит ко мне мужчина, в морской форме офицера и спрашивает:
– А у вас средство от тараканов, есть?
– Есть, – ответил я! – и показал ассортимент: аэрозоль и инсектицидный мелок «Машенька».
– Ну, аэрозоль я пробовал – не помогает. А мелки возьму. Все что есть.
Торговать в город Медынь на рынок я ездил один раз в неделю, и еженедельно он приходил за мелками и скупал все.
Каждый раз, меня подмывало спросить, а зачем вам так много мелков, у вас что много тараканов?!
И однажды спросил.
На что он ответил, что он ими мажет свое тело, чтобы ночью тараканы не нападали на него.
– Как это? – удивился я.
– Запах моего тела привлекает тараканов, и они меня жрут, вернее, мою кожу, за ночь могут обглодать приличную часть.
– Да, ладно! – удивился я его рассказу. – А как вы об этом узнали?
– Когда я служил на корабле, заметил: стала кожа на теле слезать до крови, я думал, аллергия на что-то и обратился к доктору.
– Возможно аллергия! – сказал доктор, и назначил диету, и таблетки от аллергии. Ни таблетки, ни диета результатов не давали.
Но как-то однажды ночью я случайно проснулся от яркого луча прожектора, который бил в глаза от проходящего мимо судна. И вижу ужасную картину. На предплечье сидит десяток тараканов, я их стряхнул, и обнаружил, что они жрали мою кожу.
Снова показался доктору и рассказал ситуацию. Доктор внезапно стал обнюхивать мое тело, сделав паузу, заглянул в справочник и доложил:
– Наследственное нарушение метаболизма.
– Что это? – испугался я.
– Врожденный дефицит фермента изовалерила, который и дает характерный запах сыра. А тараканы, на сколько мне известно, очень любят сыр. И это легко проверить. Достаточно на ночь оставить сыр на столе, и они обязательно прибегут, даже если вы их дома не замечали. Вот так я стал пользоваться мелком от тараканов, чтобы их хоть как-то отпугнуть.
А здесь у тещи, тараканов немерено. Идут от соседки из смежной квартиры. Соседка работает на молочном заводе в сырном цеху, и тараканы у нее не гости, а постоянные жильцы. Бороться бесполезно. Уже ни один раз санэпидстанцию вызывали.
– Да! – почесал я затылок, – каких только чудес на свете не бывает, и подарил ему десяток мелков.
Герда стояла у окна, и все куда-то таращила глаза. Это вызвало любопытство Клавдии Ивановны, и она подошла к окну.
У входной двери подъезда дежурил незнакомец со своими дружками, который вчера вечером во время прогулки ходил за ними по пятам, заглядывался на Герду, и отвязался только когда они вошли в подъезд.
– Вот, что ему надо? – пробурчала Клавдия Ивановна. – Пойдем- ка завтракать, нечего таращиться.
Герда неохотно оторвалась от окна и побрела на кухню.
Завтракали, как никогда, молча.
Взгляд у Герды был печален, ела она без желания.
– Влюбилась, что ли?! – не выдержала Клавдия Ивановна, – глядя Герде в глаза.
Герда отвела взгляд.
– Ладно, после еды погуляем! – с добрилась Клавдия Ивановна.
За окном начиналось весеннее солнечное утро. Клавдия Ивановна неохотно собиралась, и продумывала вариант, как незаметно выйти из дома, чтобы незнакомец с дружками опять не поплелся за ними.
Герда повертевшись у зеркала прихожей, нетерпеливо ожидала у двери.
Клавдия Ивановна жила на первом этаже, окна квартиры выходили на две стороны. Через окно, что выходило на противоположную сторону от главного входа, к Клавдии Ивановне иногда заглядывали женихи, через главный вход появляться им она запрещала, мало ли что подумают соседи.
– Ладно, пойдем! Но только поврозь, ты через окно что на улицу, а я через парадную дверь, чтобы эти черти не увязались за нами, как вчера – пояснила она, и не испортили нам прогулку.
Герда возражать не стала.
Послушно побрела к окну и уселась на подоконник ожидать, когда Клавдия Ивановна обойдет дом.
Увидев Клавдию Ивановну, выходящую из подъезда, незнакомец и его компания оживились, вежливо расступились и замерли в ожидании Герды, которая должна была вот -вот появиться, но не появлялась.
Клавдия Ивановна прошла мимо, едва сдерживая себя от волнения, чтобы те не раскусили ее обман и не поплелись следом за ней.
Пройдя за угол, она выглянула. Незнакомцы, замерев, продолжали смотреть на входную дверь, и не один не сообразил проследить за ней.
Гуляла Герда в парке сначала охотно, весело озиралась по сторонам, а через полчаса, поникла.
– Ну, что тебе не гуляется?! – не выдержала Клавдия Ивановна, – прекрасно понимая почему.
– Что? Приглянулся носатый незнакомец?
– Герда отвела взгляд.
– Ладно, пошли домой, – сжалилась Клавдия Ивановна, думая, что дружки уже ушли.
На подходе к дому, увидев издалека незнакомца и его друзей, которые с надеждой уставились в ее окно, Герда устремилась к ним.
Клавдия Ивановна едва поспевала:
– Не спеши! Ты же девочка, где твоя гордость?!
И про себя бубнила: – Вот, черти! Охота пуще неволи, не ушли!
Услышав приближающиеся голоса и шаги, незнакомцы повернулись.
Клавдия Ивановна и Герда проходили сквозь строй гордо, так как будто никого не замечают.
А те опешив, недоуменно смотрели, и ничего не понимали. – Как так, вышла одна, а возвращаются домой вместе.
Закрывая дверь, Клавдия Ивановна оглянулась и показала язык незнакомцу.
– Обломался! – и захлопнула дверь.
Герда забежав домой, тут же бросилась к окну, чтобы взглянуть еще раз на незнакомца, который успел её лизнуть, когда она проходила мимо, в то самое весеннее цветущее место.
Но, незнакомец во главе своей компании медленно удалялся вдаль без оглядки, гордо задрав хвост.
Клавдия Ивановна довольная смотрела вслед, и радовалась, что ей удалось отвести беду от девочки, у которой наклюнулась первая любовь с колли.
– Глупенькая! – успокаивала она ее, он тебе не пара, посмотри какая ты, и какой он.
Но Герда – семимесячная болонка не слушала, она продолжала смотреть вслед колли, который удалялся вдаль, оставляя за собой борозду в земле, упирающимся в землю незнакомым ей прибором.
– Может, завтра придет? – думала болонка.
– Не дай бог! – думала Клавдия Ивановна, поглаживая свою девочку.
Шли девяностые годы. В стране росла безработица. На предприятиях задерживали зарплату. Люди вынуждены были заняться подработкой. В городах, районных центрах, селах возникали стихийные рынки.
Многие люди в качестве дополнительного заработка подрабатывали торговлей, кто чем мог, кто шмотками, кто бытовой химией, кто продуктами.
Ударились в подработку торговлей и проектировщики Аркадий, и Ираида, у которых на работе задерживали зарплату, да и работы практически не было. У каждого за спиной своя семья, дети, супруги, которые работали на заводе, и спекуляцией заниматься не решались.
У Аркадия машина – девятка, а у Ириды – жилка к торговле. Молодые люди скооперировались и стали торговать бытовой химией. Торговали по выходным дням, а иногда брали день по четвергам за свой счет.
На рынке в областном центре они не торговали, боялись засветиться перед сотрудниками, поэтому разъезжали по рынкам районных центров.
Доход был не большой: всего тридцать процентов, но стабильный. Но к концу мая, доход резко стал падать, не из-за того, что спрос упал на бытовую химию, а от того, что появилось много конкурентов с таким ассортиментом, и из-за них пришлось скидывать цену на товар, скидывали и конкуренты.
– Если так дело и дальше пойдет, то мы скоро разоримся! – первым не выдержал Аркадий, – даже бензин не оправдаем!
Стали задумываться, чем торговать, но на ум ничего не шло.
Заканчивался месяц май, торговля бытовой химией шла на спад. Народ потратился за праздники и покупал только необходимое.
Но однажды, на торговой площади, по соседству с Аркадием и Ираидой пристроились торговцы курами. Торговля у них шла бойко. За полтора часа они распродали весь товар, а желающим, которым куры не достались, они советовали прийти завтра.
– Вот чем надо торговать! – позавидовал Аркадий.
– Ну, да! – поддакнула Ираида.
– Надо как-то познакомиться с этими торгашами, разузнать, что почем. Ну, так чтобы не вызвать у них подозрение, – намекнул Аркадий.
И им повезло.
Буквально через несколько минут к ним, как только они поговорили, подошла продавщица кур, одетая в белый халат, приветливая, на вид лет двадцати, чтобы купить стандартный набор бытовой химии – крем для лица, лосьон, шампунь, порошок.
– Аркадий поинтересовался: – А почем у вас куры?
– А что нужны? – тут же переспросила девушка.
– Да мать у меня все на даче хочет завести.
– По 5000 рублей, – ответила весело блондинка.
– Сами выращиваете? – задал вопрос Аркадий.
– Да, ну что вы?! С птицефабрики! Самим выращивать дело хлопотное.
– А что разве на птицефабрике продают?
– Конечно!
– Не за чтобы не подумал. – сделал удивленное лицо Аркадий. – Небось, по блату?
– Да, нет – всем желающим.
– А почем, если не секрет, там продают? – встряла в разговор Ираида.
– По 3000 рублей за штуку, а кто берет оптом, скидка.
– И какая? – продолжила расспрос Ираида.
– А оптом, это сколько? – не удержался Аркадий.
– Ну, не меньше ста! Мы берем не менее 200 штук. – загрузив покупку в пакет, уходя, ответила девушка.
– И вам почем?! – не скромничая, крикнул вдогонку Аркадий.
– по 2500!
Аркадий переглянулся с Ираидой.
– Сто процентная прибыль.
Шанс подзаработать на курах, когда нет никакой торговли бытовой химией, упускать было нельзя.
– Ну что, попробуем? – не выдержал Аркадий.
– Давай! – согласилась тут же Ираида, как будто ждала его предложения. И тут же посетовала.
– Что же мы не спросили, на какой птицефабрике? Может, догнать?
– Да не надо. Мало ли она о чем подумает, если уже не подумала. Конкурентов никто не любит, и так много информации дала.
– Ну, да – поддакнула Ираида.
– Думаю, что на нашей Калужской птицефабрике. – выдал версию Аркадий.
Помолчали.
– Если не возражаешь, давай сегодня заедем, там все и спросим, – нарушила молчание Ираида.
Заехали. Фабрика была закрыта. На доске объявлений прочитали:
«Продажа кур в субботу с 8.00 по живой очереди».
– Ну, ты прямо экстрасенс, как в воду глядел, что на нашей фабрике!
Аркадий от похвалы улыбнулся.
– Время, конечно, неудачное.
– Ну, да, пока получим, на рынок к шапочному разбору приедем. Успеем ли мы продать? – стала рассуждать Ираида. – Да и как на нас посмотрит наша соседка с курами?!
– Ну, да! Нехорошо получиться. – поддакнул Аркадий. – А мы можем в другое место поехать.
– Верно! Может, в Медынь?
– Давай в Медынь, давненько там не были, – согласился Аркадий и тут же задумался.
– А куда же мы их разместим, у меня прицепа нет. А так салон весь загадим, надо во что-то предварительно упаковать!
– Может, в коробки из-под бананов! Туда штук десять кур войдет, – предложила Ираида.
– Мысль хорошая, а где столько коробок то взять?
– Да без проблем, у меня знакомый торгует бананами и эти коробки выкидывает на помойку каждый день. Попрошу, чтобы не выкидывал.
Аркадий задумался, прикинул в уме, сколько войдет коробок в машину, если разложить сиденья у девятки.
– Ну, да. – Коробок десять точно войдет, а может, и больше.
Так и решили. В следующую субботу Ираида доберется до фабрики на такси и займет очередь, а он с коробками подъедет к открытию.
В субботу к 7.30 Аркадий подкатил к птицефабрике.
Очередь была длинная, тянулась змейкой метров на тридцать – тридцать пять, гудела, как провода под напряжением, кто-то спорил, кто-то ругался и это говорило о том, что торговля курами дело прибыльное.
Ираида стояла в первых рядах. Аркадий подошел и молча пристроился рядом.
– Куда без очереди! – сделал замечание сзади стоящий за ней наглый мужик.
– Ираида оглянулась. – Да, это со мной! – успокоила Ираида.
Из ворот птицефабрики выехала спецмашина, очередь оживилась и загудела.
Шофер, не спеша открыл борт машины, в кузове стояли клетки с курами. Из кабины вышла птичница в сером халате, запрыгнула в кузов, шофер, который ее подсаживал последовал за ней.
Торговля пошла.
Ловко отлавливал за ноги по команде птичницы нужное количество кур шофер, крутил перед носом покупателя и после одобрения засовывал в холщовый мешок, который покупатель держал открытым. Птичница забирала деньги и выписывала счет.
Заполнив мешки, покупатели спешили к своим машинам, где вытряхивали и распределяли их по клеткам.
Брали кур по многу. И всем могло не хватить.
Из конца очереди то и дело кричали недовольные.
– Не больше сотни в одни руки!
На что птичница тут же отвечала:
– Сами решайте, мне главное быстрее продать!
Аркадий и Ираида, были единственные, кто засовывал кур в картонные коробки и далее в салон автомобиля. У всех были специально оборудованные прицепы с клетками, в которых были кормушки и поилки.
– Ничего, если дело хорошо пойдет, – можно и прицеп купить! – Распределяя коробки внутри машины, мечтал Аркадий, и тут же удивлялся, – Смотри, как метут, аж до драки.
Куры в коробки все не вместились, пришлось мешок с десятком кур Ираиде поставить в ноги.
– Клюются. – забеспокоилась Ираида, то и дело раздвигая ноги!
– Смотри, синяк, вот как я мужику объясню откуда синяк?!
– Скажешь, что комары накусали! – отшутился Аркадий.
– Смешно! – пробубнила Ираида.
Наконец выехали.
Куры недовольно кудахтали, пытались вылезти, долбились как дятлы в стены коробок, и высовывали головы в проделанные клювами дырки. Доставалось и ногам Ираиды.
Проблему с шумом и вонью решили сразу – включили магнитолу, приоткрыли окна.
Довольные, что удалось купить кур с первого раза, они уже мечтали о том, куда потратят прибыль – снова купят кур.
Через полчаса езды по загородной трассе к пункту назначения, обгоняющий легковой автомобиль тревожно посигналил и, махнув рукой, приостановился.
– У вас куры из машины вылетают!
– Остановились. В салоне кипела революция, часть кур, расковыряв коробки, расхаживали по задней части салона, кудахтали, и одна даже высунув голову в щель окна, безудержно кукарекала. На что Аркадий удивился:
– А петух откуда!?
Срочно закрыв окна. Аркадий и Ираида выскочили из машины. По дороге вдоль обочины расхаживали, не спеша несколько кур, а одна раненная, видимо попав под колеса, трепыхалась, истекая кровью.
Увидев хозяев, куры кинулись сначала в рассыпную, а затем стремглав в растущие вдоль всей обочины заросли высокой до самого пояса, с большими полуметровыми резными листьями и растворились.
Растительность была незнакома Аркадию и Ираиде, они стояли в раздумье.
– Я в эти джунгли не полезу! – сразу заявила Ираида, сорвав огромный лист и помахав им как веером, – вдруг там змеи и клещи. – Ты не знаешь, что это за трава? На ощупь лист приятный, прохладный! – спросила она.
– Не! Не знаю, – сорвав и понюхав огромный лист, – ответил Аркадий. И тут же лизнул сок, что сочился из листа.
–Фу! Кислый! Как щавель!
– Ты зачем это сделал? – заругалась Ираида, вдруг он ядовитый!
– Не бойся! Я все травы на вкус пробую! – сплевывая слюну с соком, похвастался Аркадий, – Я же не крапиву лизнул! – и нырнул в гущу.
– Я попугаю их оттуда, а ты лови! – послышался голос из густой травы.
Аркадий был в футболке без рукавов и брюках, как медведь раздвигал он заросли, топтал ногами, хлопал в ладоши, но куры, словно в воду канули. Из зарослей не выходили.
Знакомые торгаши проезжающие мимо, сигналили, кричали, вертели у виска рукой.
– Вы что делаете?! Это же борщевик!
– Кур ищем! – кричали Ираида и Аркадий.
Спустя пять минут Аркадий вынырнул из зарослей.
– Бесполезно! – с досадой произнес Аркадий, стряхивая травяной мусор с головы и подняв по пути раненную, едва живую курицу спросил:
– И куда ее?!
– Куда, куда?! На суп! – ответила Ираида, – но хорошо бы голову отрезать, кровь слить!
Переглянулись. Резать никто не решался, да и не умел. Засунули в пакет.
Гоняясь за курами, потеряли полчаса. Потери кур с учетом раненой составили три штуки.
Июньский день разгуливался, становилось душно и жарко ехать в машине с закрытыми окнами. Вентилятор не спасал.
Вдали вдоль трассы показалась первая деревня «Черная грязь»
– А может быть, тут попробуем продать, – предложил Аркадий, вытирая открытым лохматым локтем пот с лица.
– Название, какое-то нехорошее, – поморщилась Ираида, чихая, кашляя, и стараясь держать подальше ноги от мешка с курами периодически задирая юбку до трусов.
– Название не хорошее, а может быть люди хорошие! – заметил Аркадий.
Остановились в начале деревни, возле ведра с картошкой, которое стояло на трассе напротив дома.
Сухощавая старушка в сером халате, галошах на босую ногу тут же не спеша пошлепала из палисадника к ним.
– Почем картошечка!? – спросил для приличия Аркадий.
– Пятьсот рублей ведро! – с надеждой заглядывая в глаза, объявила хозяйка.
– А синеглазка есть? – осматривая деловито ведро, спросила Ираида.
– Так это и есть синеглазка!
– И правда, – увидев наклевывающиеся кое – где синие глазки, убедилась Ираида. – А подешевле?
– За четыреста отдам, если возьмете, – тут же сбавила цену хозяйка, стараясь не упустить возможность продать и тем самым поставив в безвыходное положение Аркадия и Ираиду, которые, как показалось ей, не собирались покупать, а спрашивали просто для приличия.
– На обратном пути! – сообщил Аркадий
– А что сейчас мешает? – задала вопрос хозяйка, лукаво заглядывая в глаза, – на обратном пути может ее и не быть.
– Видишь ли, бабуль, мы на рынок спешим, у нас куры, – выкрутился Аркадий. – Не куда положить, – и тут же задал встречный вопрос: – А вам, случайно, не нужны куры?
– Не, милок, не нужны, кормить не чем, да тем более, я на прошлой неделе в субботу десяток купила, продавали тут у магазина заезжие с птицефабрики, так что мне их хватит.
– Не на красных Жигулях с прицепом?! – поинтересовался Аркадий.
– На красных.
Аркадий и Ираида переглянулись, – наверное, те, что около нас торговали.
– А почем бабуль, купила- то, если не секрет?
– По пять тысяч за штуку, милок! – и тут же поинтересовалась: – А у вас почем?
Аркадий решил схитрить: – А у нас по четыре!
– По четыре?! – удивилась старушка, и лицо ее исказилось. – Прогадала!
Бабуля поплелась в сторону дома.
– Вот зачем брякнул, – подумал про себя Аркадий, расстроил старушку, и вспомнив про раненую курицу, окликнул,
– Постой бабуль, подарок у нас для тебя есть! Достав пакет с курицей из машины. Аркадий поспешил к ней, – Вот возьми, может, супчик сваришь! – и протянул пакет.
Лицо бабушки посветлело.
– Спасибо, милок, – принимая подарок, бабуля оживилась. – А вы погодите минутку, я к Маньке соседке забегу, мож, ей куры нужны!
Через десять минут из соседнего дома вышла полноватая старушка, в таком же сером халате, на босу ногу в галошах, видно, это повседневная одежда в деревне, а может мода.
– Ну, давайте, показывайте свой товар, – деловито распорядилась она.
Аркадий, первым делом, достал мешок из-под ног Ираиды.
Раскрыл.
– Вот, смотрите! Все как на подбор, прямо с фабрики!
– Че ты мне кота в мешке показываешь! Доставай по одной, хочу посмотреть каждую, – деловито заявила бабка.
– А че на них смотреть, они все одинаковые, – растерянно заявил Аркадий. – А сколько вам надо?
Бабка о количестве не оповестила, промолчала. Видно было, что старушка подкованная и с характером.
Доставали по одной. Бабка, крутила, вертела и деловито рассматривала со всех сторон и даже обнюхивала.
– А справка от ветеринара есть? – поинтересовалась вдруг она.
Аркадий и Ираида переглянулись. Промолчали, вроде как, не слышали. Потому что это для них было новостью.
– Вот у этой гребешок – это петушок! А у этой крыло сломано, у этой нога, а эта вообще больная какая-то – глаза мутные!
– Справка-то есть? – еще раз переспросила бабка, – закончив ковыряться в мешке и перешла к коробкам, – вдруг заразные и моих кур заразят. – Вы про птичий гриб слышали?
– Чем заразные, бабуль? Какой птичий гриб? – открывая одну коробку за другой, возмутился Аркадий. – Мы же их час назад, как на птицефабрике получили, вот и накладная. Ты что, думаешь, на птицефабрике больных кур держат?
– А почему справку не взяли? – строго спросила она.
– Так мы не знали, торгуем ими первый раз.
– Ну, ну! Оно и видно, лохи! Браку накупили!
Из всего товара она, сумела отобрать двадцать штук самых лучших и вдруг заявила:
– Возьму, если только уступите по три пятьсот.
– Так мы их по такой цене оптом взяли! – заикнулась было Ираида! – Так нам смысла нет, никакого навара. А разве вам соседка не сказала про цену.
– Сказала, но на ту цену они не тянут! Квелые и больные какие-то.
– Это от жары в машине такой вид! – попыталась оправдаться Ираида.
– Это вы еще кому-нибудь лапшу на уши повесьте, я всю жизнь кур держу! Знаю, что почем, так что на мякине меня не проведете.
– Так у вас на прошлой неделе вообще по пять тысяч за штуку продавали! – напомнил Аркадий.
– Продавали, так у них справка от ветеринара была, и куры отборные, не то, что у вас, выбрать не из чего. По четыре тысячи мне не надо! – и направилась уходить.
Аркадий и Ираида переглянулись, помялись, все – таки первый покупатель, да и действительно куры не ахти. Решили согласиться.
– Ладно! Давайте по три пятьсот!
Забирая кур в коробке, бабка предупредила:
– Подождите! – пойду Ваньке соседу скажу, вдруг ему тоже надо.
– Только не по три пятьсот! – попытался, крикнуть вдогонку Аркадий, но бабка шла не оглядываясь, вроде, как и не слышала, а может, с глушинкой или гордая.
Пришел Ванька с помятым видом, лет семидесяти мужик одетый, как дед, в фуфайку, кирзовые сапоги, которые были в свежем коровьем навозе, который перебивал запах перегара из его рта и даже приятнее чем запах от кур в салоне.
– Ну, что тут у вас!
– Куры! – оповестили Аркадий и Ираида.
– Вижу, что куры, а петушки есть?
– Аркадий и Ираида переглянулись. Про петушков, которых бабка десяток насчитала, они не подумали!
– Есть! А сколько надо?
– Одного! А то мой-то с десятком уже не справляется! Староват стал. И почем?
– Четыре! – если одного, по три пятьсот, если два.
– Да куда мне два! А ну ка дайте посмотрю!
Аркадий показал коробку с десятком петухов.
– У этого гребешок на бок, – начал ковыряться дед, – а этот вообще общипанный какой-то, и еще поковырявшись сообщил: – Да у вас тут и выбрать-то не из чего, таких петухов и куры к себе не подпустят. Вот только если вот этого, и он показал на вполне упитанного и боевого. – За три!
– Ладно! – переглянувшись согласились Аркадий и Ираида.
– А курочек на супчик не желаете? – вспомнив про бракованных кур, которых отсортировала бабка, желая сбагрить поинтересовалась, беря деньги Ираида.
– А что есть на супчик? И почем?
– Посмотрите, а там договоримся! – переглянулись Аркадий и Ираида.
Бракованные куры после сортировки были размещены в отдельную коробку. Доставали по одной, и дед, как и его соседка Манька, тоже рачительно рассматривал.
– Тощие какие-то, никакого навара с них не будет! Если только по две отдадите – десяток заберу.
– По две пятьсот! – помялись, Ираида и Аркадий, пытаясь хоть чуть накинуть.
– По две двести. Их еще кормить и кормить надо! Ну, что по рукам?
Подумали. 800 рублей с курицы убыток, а вдруг вообще не продадутся и решили уступить.
– Забирай!
Мужик забрал коробку, где был десяток калек и петуха, держа за ноги, который брыкался и пытался кукарекнуть, довольный шел в сторону дома.
Больше желающих в деревне не нашлось, хотя деревня и тянулась на 2 километра.
– Лопухнулись, – усаживаясь за руль, вздохнул Аркадий. – Купили, хрен знает что, надо было хотя бы почитать о курах что-нибудь, да и смотреть, что покупаем.
– Ну, да, попали! – промычала Ираида – И заметь, уже второй раз мы пролетели. Не забыл? Помнишь, с постельным бельем. С каким счастьем покупали оптом у узбека, аж сто комплектов в заводской упаковке по 500 рублей за комплект. Как радовались удачной покупке и думали, что наварим сто процентов и разбогатеем наконец-то.
– Ну, как не помнить? Помню! До сих пор стоит в глазах Мария Ивановна – работница администрации, которая нам лучшие места для торговли всегда за взятку выделяла. Целых 10 комплектов купила перед 8 марта в подарок своим сотрудникам. Как она радовалась, что мы ей немного цену сбросили и как потом нас позорила на весь рынок, тыкая нам в глаза эти комплекты с рваными простынями, которые мы даже не удосужились вскрыть перед продажей, боясь испортить заводскую упаковку.
– Да! – рассмеялась Ираида. – Может ее за это и уволили!
– Может! – поддакнул Аркадий, и слава богу, а то эта билетерша такая взяточница была, каждый раз то крем бесплатно, то стиральный порошок. Вроде мелочь, а все деньги.
Ехали, ржали и вдруг заметили, что куры молчат. Встревожились. Остановились. И не зря.
Куры были квелые, раскрыли рты и тяжело дышали, глаза закатывали, страшно было на них смотреть.
– Наверное, пить хотят! – предположила Ираида.
– Наверное! – ответил Аркадий и увидев в стороне от дороги пруд, который виднелся за полем, нашел пологое место на обочине, свернул, и разрезая зелень поля, которая была уже по самые колеса, проложил колею к пруду.
Прудом, заросшее камышами водное пятно по площади 50 на 30 шагов, назвать было трудно. Больше всего он походил на болото, и чтобы подойти к воде, надо было пробраться через заросли.
Достав складное ведро, Аркадий снял джинсы и сквозь камыши, утопая по колено в тине добрался до воды и грязный по пояс выбрался оттуда.
Встала проблема, из чего сделать поилки. Но, чем хороша Россия, это тем, что мусор можно найти везде, нашлась и тут пара пластиковых пятилитровых бутылок.
Расчленив бутыли ножом пополам, получилась пара поилок. Налили воды. Кур вытаскивали по одной, и тыкали клювом в воду, но они наотрез отказывались ее пить. Просто поставили поилки, отошли в сторонку, в надежде, что одумаются.
Но напрасно. Куры почувствовали свободу, залезли в тень под машину. Рядом в тени автомобиля сели перекусить Аркадий и Ираида, делясь хлебом с курами, но те на него даже не реагировали.
– Вот, черти! И не пьют, и не жрут! – возмутился Аркадий.
Аркадий и Ираида не знали, что куры, которые выросли в промышленных условиях на птицефабрике, привыкли пить и есть внутри клеток из специальных кормушек и поилок, и чтобы они привыкли пить и есть на свободе нужно время.
Время шло и терять время было нельзя. Разморенные от жары, стали пытаться достать кур из-под машины. Но достать кур из-под машины оказалось проблемой. Они упирались, сопротивлялись, клевались.
И когда они шугали их с двух сторон, они выстреливались из-под машины в разные стороны, часть снова в камыши, другая часть снова под машину или куда-нибудь. Потратив полчаса на ловлю. Штуки три так и не удалось найти. Тронулись в путь.
Выезжая на трассу по своей же колее, проложенной через поле, они увидели не далеко от того места, где они съехали, стоящий на дороге джип.
– Как бы не оштрафовали! – вдруг забеспокоился вслух Аркадий, вспомнив случай с тещей, когда на них наехал неизвестно откуда взявшийся агроном со штрафом за то, что они подъехали к лесу по полю со всходами. Тогда ему повезло, и он откупился бутылкой водки, которую всегда возил для таких случаев с собой.
Из машины вылез солидный мужчина в галстуке. Оказался председатель колхоза, а следом за ним и шофер в трениках.
– Ну, что молодые люди? Попали на штраф.
– За что? – прикинулся дурачком Аркадий!
Председатель показал на колею по зеленому полю.
– А завтра, а может, и сегодня по вашей колее другие поедут! И будет уже здесь дорога!
– А как же к этому болоту подъехать, если кругом поле.
– Пешком, а если бы проехали дальше, то там впереди увидели бы съезд в деревню Крюково, а из деревни к этому болоту и подъехали бы.
– Ну, мы не знали, простите нас, пожалуйста! – стала умолять Ираида.
Ираида была женщиной красивой: блондинка, глазастая, фигуристая, с длинными ногами. которые торчали из короткой юбки.
Председатель поедал её глазами, и с трудом отвел взгляд.
– Буду составлять акт об ущербе, – и открыв дверь, потянулся за красной папкой, что лежала на панели.
Штраф за причиненный ущерб, намечался не маленький – пятьдесят тысяч рублей! Если перевести на кур – то десяток.
– Может, договоримся без протокола! – попытался Аркадий.
– Мы больше не будем! – жалобно прошептала Ираида.
Председатель помялся.
– А что там у вас в машине?
– Куры, мы их водой ездили поить, они у нас чуть не сдохли от жажды.
– Понятно! – и тут же задал вопрос, чем платить будете? – и хитрым взглядом обвел обоих.
Аркадий намек понял.
– Курами!
Председатель переглянулся с водителем.
– Ну, что посмотрим?
Тот качнул головой: – Если только на шашлык!
Отобрав пяток отборных, председатель предупредил:
– Если еще раз поймаю, не обижайтесь, курами не обойдетесь!
– Фу, пронесло! – глядя в след джипу, выдохнул Аркадий.
– Пронесло, то пронесло! – сказала Ираида, а ты видел, как он меня сжирал глазами? У меня аж, мурашки побежали по телу.
– Изнасиловал, что ли? – пошутил Аркадий.
– Дурак! – засмеялась Ираида и шлепнула Аркадия по затылку.
Ехать на рынок с остатком хилых кур, умирающих от жары, уже не было смысла. Рынок через два часа должен был закрываться. А до него еще ехать и ехать.
Решили не терять время и поездить по деревенькам.
– Летом в этих деревеньках проживает много москвичей, у них денег немерено, может кур на шашлык купят? – так они, по крайней мере, размечтались
Через километр показался съезд в село Воронино. Свернули. Село оказалось приличного размера, да и дома здесь были совсем не деревенские, а добротные, дачные.
– Наверняка московские дачники здесь живут, – заметила Ираида, выходя из машины и направляясь к двухэтажному дому с палисадником из цветов.
– Позвонили в ворота.
– Из дома вышел мужчина средних лет, с круглым лицом, стриженный, по пояс голый, с девятимесячным животом.
– Здравствуйте! – приветливо поздоровались Аркадий и Ираида. – Вам куры не нужны?
Мужчина, насторожился: – Вы кто такие?
Аркадий и Ираида заволновались: – Предприниматели.
– Документ есть?! – поинтересовался строго мужчина.
Рассмотрев документ, протянул назад и сказал:
– Вам тут не рынок! – строго информировал он. – Ну, что оштрафовать вас за торговлю в неположенном месте или как?
– Мужчина оказался участковым!
За нарушение закона, и за торговлю в неположенном месте, пришлось снова пожертвовать курами. С участковым пытались сторговаться на трех, но он отобрал четырех самых лучших, пришлось смириться. В знак благодарности он разрешил пробежаться по деревне и поторговать у магазина.
Московские дачники встретили охотно, брали по две – три курицы, не смотря на цену, и внешний вид, наверное, не понимали или для них пять тысяч были не деньги.