Go to audiobook
3
Ведослав уже который день ходил сам не свой, он ждал известий, но ни от Алкуна, ни от Яглы, даже от Евпатия который обещал передать вести с Уряной не было слышно не чего. Великий князь сидел на престоле и думал, где же есть его дочь, скоро придет осень, а от нее ничего не слышно, Евпатий должен сразу же был ее отправить домой.
«Здравствуй Ведослав» – послышался голос Ведары, которая, как всегда, появилась из неоткуда.
«Здравствуй» – великий князь встал с престола и подошел к женщине в черной накидке.
Ведара протянула послание Яглы великому князю, тот взяли начал читать, лицо Ведослава не изменялось, как будто он это знал или читал не впервые. Окончив читать, он вопросительно посмотрел на Ведару.
«Князь тебе мой ответ не понравиться» – зная, о чем хочет спросить ее Ведослав проговорила Ведара.
«Почему ты так уверена» – спросил великий князь.
«Я просто знаю» – улыбнувшись, ответила Ведара.
«Он мой брат, он не может меня предать» – раздраженно, но уверенно проговорил Ведослав.
В ответ Ведара только пожала плечами.
«Что мне передать Ягле» – спросила Ведара задумавшегося Ведослава.
«Пока не чего, мне надо подумать, может ты чего подскажешь» – великий князь посмотрел с какой-то надеждой на провидицу.
«Великий князь, к нам идут все тумэты, а это не мало, они идут не для того, чтобы сражаться с нами в степи, они идут забрать наши города, им нужны наши корабли» – уверенно проговорила Ведара.
«Шаваш» – чуть слышно проговорил великий князь и посмотрел на Ведару.
В ответ та кивнула.
«Я пошла» – Ведара сказала и развернулась, направляясь к двери.
«Постой не уходи» – Ведослав догнал провидицу развернул ее к себе лицом, взял ее за кисть и поднес ее руку к своим губам.
«Ты мне сейчас как никогда нужна» – почти шепотом проговорил Ведослав.
«Ты же не поменяешь Ратмира с Годуном местами» – улыбаясь проговорила Ведара освобождая свою руку из рук великого князя, и не дожидаясь ответа пошла к выходу.
Да она права Ведослав не поменяет местами брата и сына. Вот и дождался великий князь вестей, что теперь делать он не знал, только больше загадок. Кто предатель, тот кто был на совете, кто из князей его предал, не ужели все таки Годун, или кто то из его сыновей, ну нет Годун его брат, Балуй отправился с Алкуном воевать против тумэтов, Микула поехал с Евпатием защищать Шаваш, нет это явно не они. А может это сама Ведара, она яростно хочет освободить Ратмира, который подослал убийцу великому князю, а Годуна хочет уличить в измене, да нет после того, что было Ведара просто не может предать. Мысли Ведослава путались, он пытался найти ответ, но у него ничего не получалось. Что с Алкуном ему скорее всего нужна помощь, отправить к нему Мирона или перевести Алкуна в Шаваш и прислать опять же к нему Мирона, ну тумэты просто так не возьмут Шаваш, это им не под силу. Что делать, что делать, задавал себе один и тот же вопрос Ведослав и не находил ответа. Мнение Ведары для великого князя было всегда определяющим вот и сейчас ее слова крутились у него в голове. «Ладно подожду еще пару дней, если от Алкуна не будет вестей или Уряна не вернется домой, тогда сам отправлю гонцов» – решил для себя Ведослав.
Численность тумэтов росла с каждым днем, лагерь растянулся на день пути, Бухату сильно не спешил, еще даже и половины не пришло, первыми прибывали воины, а уже остальные. Некоторые тумэты в основном это старики, оставались в своих городах и селениях, чтобы встретить смерть в лице воды дома, они не верили, что им удастся спастись. Бухату после дневного перехода отдыха лежа на своих подушках.
«Великий хан, Оронар прибыл» – проговорил вошедший воин.
«Пусть заходит» – Бухату понял, что сыну не удалось выполнить задуманный им план, еще после того, как он прислал гонца.
В шатер вошел уставший, весь в пыли Оронар, он сел перед отцом скрестив ноги.
«Рассказывай сын» – Бухату давал понять, что хочет с ним общаться как отец, а не как великий хан.
«Отец мне не удалось добыть голову Алкуна, наши союзники с севера нам не помогли» – негромко, но отчётливо так что бы отец слышал, проговорил Оронар.
«Я это уже понял по твоему виду, что можешь еще сказать» – также не громко спросил Бухату.
«Я потерял больше половины войска пока сражался с северянами, мы сражались два дня, если бы вступили еще в один бой, то наверное я сейчас бы перед тобой не сидел» – продолжал тем же тоном говорить Оронар.
«Что он так же хорош как Ратмир» – имя в виду Алкуна спросил Бухату.
«Не так, но хорош, больше хорошо его войско, оно знает сама, что нужно делать и как себя вести в бою» – голос Оронара становился все тише и тише.
«Ладно сын не переживай, мы соберем такое войско, что север будет дрожать при виде его» – спокойно проговорил Бухату.
Таких слов Оронар не ожидал услышать от великого хана.
«У нас есть еще Чирхай я думаю у него все получиться» – продолжил Бухату.
«Чирхай» резануло послуху Оронару, а как же Хабул или великий хан поставил младшего сына выше двух старших сыновей. Оронар сделал вид, что не заметил слова отца.
«Что мне делать великий хан» – спросил Оронар.
«Пока останешься при мне, когда придем к Шавашу там и посмотрим» – также спокойно сказал Бухату, давая понять сыну, что разговор окончен.
«Отец можно еще вопрос» – насмелился Оронар.
«Задавай» – зная, о чем спросит сын разрешил Бухату.
«Я направлял тебе гонца» – Оронар проговорил это робко.
«Я жду новостей из Шаваша, а это важнее, чем тягаться в поле с северянами» – давая понять, что на этот раз разговор закончен окончательно, ответил Бухату.
Оронар кивнул и вышел из шатра, «так значит отец делает ставку на Чирхая, а как же я, ведь я старший сын» – думал Оронар глядя на луну, которая заливала всю степь своим светом. Постояв еще не много Оронар, отправился туда, где остановилось его войско, вернее то, что от него осталось, его шатер уже должны были разбить.
Быстрые человеческие тени мелькали среди елей, это Ягла со своей дружиной почти бесшумно двигалась в сторону Шаваша, два дня назад она приняла решение посмотреть, что твориться в Шаваше. Когда ели почти закончились Ягла резко остановилась и подняла руку вверх обозначая опасность, она что-то почувствовала. Через немногочисленные деревья виднелся Шаваш, на стенах горели огни, как будто было все спокойно, но что-то было не так.
На лесную дорогу выехали два всадника, это тумэтский дозор патрулировал окрестности, они ехали, не спеша о чем-то еле слышно переговаривались, только их лошади опасливо заводили ушами. От начала леса до города было примерно около тысячи шагов, их заставили патрулировать прилегающую территорию в том числе и окраины леса, так как тумэты не когда не были в лесу они не могли знать, как себя нужно здесь вести. Разговор тумэтов был простой, побыстрее бы закончилась их смена и они пошли бы отдыхать. Вдруг на лесной дороге откуда не возьмись, появилась девушка в мужском военном одеянии северян, лошади заржали, чуть ли не вставая на дыбы. Откуда-то сверху свалились две тени выбивая тумэтов из седла и занимая их места. Тумэты упали, а когда начали подниматься то не заметили как остались без оружия, а их оружие было в руках у северян в черных военных одеяниях и мечи были подставлены к их шеям. Девушка подошла ближе, тумэты замерли, явно она здесь главная.
«Кто вы и что здесь делаете» – на тумэтском спросила Ягла.
«Это кто ты» – еще что-то хотел сказать тумэт справа. Но удар ноги в грудь прекратил его речь, тумэт влип в ствол дерева стоящего на краю лесной дороги, а когда он отделился от ствола, дружинник проткнул его мечом и бездыханное тело повалилось на бок. У второго тумэта узкие глаза расширились, в них был страх перед девушкой и ее спутниками, он явно не хотел умирать.
«Вопрос повторить» – Ягла обратилась ко второму тумэту.
«Нет» – голос тумэта дрожал.
«Пощади» – все тем же дрожащим голосом продолжил тумэт упав на колени перед Яглой.
Но Ягла молчала и только смотрела на тумэта.
«Я тумэт, дозорный» – вставая с колен чуть не плача проговорил тумэт.
«Я вижу, что не великий князь, что ты тут делаешь» – брови Яглы все больше хмурились.
«Мы взяли Шаваш, и я патрулирую окрестности» – выдавил тумэт.
Опасения Яглы подтвердились.
«Как вы это сделали» – голос Яглы принимал гневный оттенок.
«Северяне сами открыли нам ворота» – понимая, что с ней лучше не спорить быстро ответил тумэт.
«Кто открыл ворота» – Ягла продолжала допрос.
«Я не знаю, не знаю, меня не кто не посвящал в это» – опасаясь за свою жизнь говорил тумэт.
«Где князь» – подходя ближе к тумэту спрашивала Ягла.
«Его убили вместе с женой» – выдавил из себя тумэт.
В воздухе повисла тишина, тумэт снова упал на колени.
«Пощади, пощади, пощади» – подползая на коленях и пытаясь заглянуть девушке в глаза просил тумэт.
«Что с жителями Шаваша» – спросила Ягла.
«Большинство убили, а остальных забрали в рабство» – понимая к чему клонит девушка с неохотой ответил тумэт.
«А скольких ты убил, и сколько взял в рабство» – стальным голосом спросила Ягла.
Тумэт все понял, тихо заплакал и опустил голову, он думал, что его убьет девушка, но смерть к нему пришла сзади в лице Изяслава, он легким движением свернул тумэту шею.
«Сделайте так как будто они убили друг друга» – проговорила Ягла и отходя в сторону кивнула Изяславу, что бы тот подошел.
«Нам нужно помыться, а то от нас так прет, что даже лошади почувствовали» – сказала Ягла подошедшему Изяславу.
«Согласен, куда пойдем» – спросил Изяслав.
«Я думаю к озеру» – кивая на север.
«Да давай оно ближе» – согласился Изяслав.
«Все мы закончили» – сказал подошедший дружинник.
Ягла кивнула и побежала в лес, за ней замелькали тени между елей.
Толстый повар вышел из шатра Чирхая вот уже несколько дней он носил еду пленнице и ее младенцу, на выходе он столкнулся с сыном великого хана, повар поклонился и пошел дальше. Чирхай вошел в свой шатер, Уряна в углу сидела кормила княжича, лежавшего у нее на руках. Вот уже несколько дней Чирхай провел с Уряной, как ему казалось она уже не так негативно стала относиться к нему.
«Из тебя получится хорошая мать» – начал разговор Чирхай.
«Нам бы помыться» – не отвечая на комплемент, сказала Уряна.
«Хорошо, я позову купальщиц» – подходя к Уряне сказал Чирхай.
«Я сама» – несмотря на Чирхая ответила Уряна.
«Сама так сама, как назвала» – усаживаясь рядом с Уряной и заглядывая в лицо княжичу спросил Чирхай.
«Евпатий» – нежно проговорила Уряна.
Увидев лицо Чирхая, молодой княжич заулыбался, видно понравился ему этот тумэт.
«Хороший воин будет» – улыбнувшись в ответ княжичу, уверенно проговорил Чирхай.
«А ты откуда знаешь» – тоже улыбнулась Уряна.
«Северянин увидел тумэта и не испугался» – начал строить «рожицы» княжичу ответил Чирхай.
«Почему ты не такой как остальные тумэты» – серьезно спросила Уряна.
«А какой» – перестав корчить «рожицы» в ответ спросил Чирхай глядя в глаза Уряне.
«Ты не злой, ни на кого не кричишь» – ответила Уряна.
«Не знаю» – пожал плечами Чирхай.
«Почему вы пришли нас убивать» – спросила Уряна.
«Шаман великого хана говорит, если завоевать север, то вода уйдет, но я в это не верю вы тут не причем» – вставая с подушек ответил Чирхай.
«А зачем ты тогда пришел на нашу землю» – продолжала спрашивать Уряна.
«Это война, кто-то кого-то убивает, завоёвывает, хотя нет я не знаю ответ на твой вопрос, может я пришел за тобой» – ответил Чирхай не поворачиваясь к Уряне лицом.
В шатре повисла тишина и Чирхай решил выйти, может зря он это сказал, рано. Вообще Чирхаю хотелось забрать Уряну с княжичем и уехать отсюда подальше, там где нет войны, там где нет ни северян не тумэтов, ему уже не хотелось быть воином, ему просто хотелось жить рядом с Уряной и княжичем, и ему было плевать, что он тумэт а они северяне и то, что княжич не его сын, он бы его воспитал как родного. Мысли Чирхая прервал его первый помощник Добу.
«Чирхай» – Добу поклонился.
Чирхай кивнул ему давая понять, что можно говорить, хотя сам давал указания, что бы в его шатер принесли воды для Уряны.
«Сегодня утром недосчитались двух дозорных» – дождавшись, когда Чирхай закончит давать указания проговорил Добу.
«Мы не отвечаем за дозорных, это воины Хабула» – вопросительно посмотрел Чирхай.
«Да, но их тела нашли в лесу, по всей видимости они поспорили и убили друг друга» – продолжал Добу.
«Ну так это проблемы Хабула» – настаивал Чирхай.
«Со слов воинов, это были два друга, они не когда даже не ругались» – закончил Добу.
«Северяне» – вопросительно посмотрел Чирхай.
«Думаю да, они скоро придут» – довольный тем, что Чирхай уловил ход его мысли сказал Добу.
«Пусть наши воины будут готовы, в общем ты знаешь, что делать, не мне тебя учить» – Чирхай кивнул голой.
Доба в ответ кивнул и пошел, Чирхай хотел вернуться в шатер, но вспомнил, что там Уряна должна мыться он развернулся и пошел в другую сторону.
Вот уже несколько ночей великий князь не ночевал в своей постельной, Пелогея сильно переживала за мужа, а еще сильнее переживала за Уряну, почему она не едет домой не ужели, что случилось в дороге. Вот и сейчас Пелагея не спала, ходила по пастельной из стороны в сторону, хотя уже была глубокая ночь. Во дворе послышался какой-то шум, княгиня решила выйти, вдруг Уряна приехала. Выбежав на крыльцо, она увидела мужа, который стоял на крыльце, а в низу перед крыльцом стоял воин.
«Великий князь, я от Алкуна» – проговорил воин.
«Говори» – с нетерпением разрешил Ведослав.
«Мы вступили в бой с тумэтами, их оказалось больше нас, но мы справились после первого дня, после чего Алкун меня отправил сюда, он просит подмоги, говорит, что придет много тумэтов и ему одному не справиться, он просит Мирона» – выпалил воин.
«Все» – спросил Ведослав.
«Да великий князь» – кивнул воин.
«Как сын» – уже тише спросил Ведослав.
«Как всегда великий князь» – ответил воин.
«Отдыхай» – улыбнувшись сказал Ведослав.
«Что выскочила» – обратился к жене великий князь.
«Думала вести от Уряны, пойдем к себе» – позвала Пелагея мужа.
«Мне нужно подумать» – сдвинув брови Ведослав прошел мимо жены.
А подумать великому князю надо, что делать опять возникал вопрос, из Шаваша нет ни каких новостей, отправлять туда Алкуна или нет, а может Мирона, или обоих. Мысли путались, хотелось спать, думай великий князь, или собрать все войско севера и самому идти на тумэтов, Ведара знает ответ, но она хочет освободить Ратмира, а что, если освободить, да нет он предатель.
Бухату ехал на коне и слушал рассказ воина, которого прислал Хабул, воин рассказывал, как Чирхай забрал себе дочь великого князя севера и новорожденного сына князя Шаваша и не хочет их отдавать Хабулу. Бухату слушая рассказ иногда улыбался, вот растет его смена, он уже за пояс заткнул своего старшего брата, да так заткнул, что тот прислал воина с жалобами.
«А что Хабул сам не может решить вопрос с братом, зачем он прислал с жалобами своего воина» – выслушал рассказ Бухату спросил Оронара который ехал рядом.
«Великий хан, а не много ли на себя берет Чирхай, не подчиняется старшему брату» – вопросом на вопрос спросил Оронар.
«Не в обиду тебе сын, но вы с братом должны признать, что Чирхай вырос настоящим лидером, он не боится на себя брать и отвечает за свои слова и поступки» – осек Бухату сына.
«Езжай и передай Хабулу, что он теперь полностью подчиняется Чирхаю, мы скоро придем, пусть готовят корабли» – дал указания Бухату воину.
«Он молод, но светлая голова, у меня возникает иногда мысль, что он рассудительней меня» – продолжил великий хан, когда воин ускакал вперед.
«Отец ты хочешь сказать, что отдал бы ему свой народ» – спросил Оронар.
«Если бы я знал, что народу это пойдет на пользу, то отдал бы» – не задумываясь ответил великий хан.
Оронар ехал молча, он не знал, что на это сказать, он-то думал, что править тумэтами будет он, а тут великий хан пророчит на трон Чирхая.
«Вам с Хабулом не надо из-за этого ругаться с Чирхаем, вам нужно просто подчиниться ему и быть верными братьями и помощниками» – великий хан посмотрел на Олонара.
Вряд ли его старший сын послушает, ну тем хуже будет для него.
«Оронар я доверю тебе очень важное дело, не подведи меня» – после паузы проговорил великий хан.
«Отец я сделаю все возможное» – с готовностью отозвался Оронар.
«Ты отправишься на запад по воде, ты должен найти землю, народы и заключить с ними мир, и по возможности прислать нам корабли, чем больше, тем лучше» – сказал Бухату.
«Я готов» – с гордостью ответил Оронар.
«Возьми моего раба, который, знает толк в кораблях и пусть он научит вас обращаться с ними» – дал указание сыну Бухату.
Да у тумэтов не было кораблей им их просто не из чего было строить у них степь кругом, а те деревья, которые росли они не пригодны для построения кораблей. Именно для этой цели Бухату держал при себе раба которого взяли в плен много весен назад, он ему постоянно рассказывал про корабли, а великий хан за это его не обижал и всегда сытно кормил. С начала Бухату хотел построить свои корабли, но не найдя подходящей древесины он хотел убить раба, но потом начала приходить вода и он оставил его при себе, пригодился. Теперь раб должен был обучить его людей управлять кораблем.
Вода в озере была холодной, все тело Яглы приятно покалывало, давно она так плавала, а ведь скоро осень, скоро начнутся дожди, слякоть по лесу будет передвигаться тяжелее. Пора выходить из воды, а то ребята еще не купались. Выйдя из озера Ягла, не стала ждать пока обсохнет и надела на мокрое тело еще до конца не высохшую одежду, которая сохла на кустах. Не обуваясь, она прошла через кусты и вышла на поляну, где ее ждал Изяслав.
«Зови ребят, я все» – подойдя сзади к Изяславу сказала Ягла.
Изяслав сложил вместе ладони и поднес ко рту, он издал звуки, которые издает сова, после чего на поляну с разных сторон начали выходить дружинники.
«Сейчас же день какая сова» – спросила Ягла.
«Наверно дневная» – улыбнулся Изяслав, глядя в глаза Ягле.
В этом взгляде Ягла прочитала многое, она уже пару раз ловила такой взгляд Изяслава, но он молчал, и она молчала, наверно еще не время, они так и стояли, смотрели в глаза друг другу, пока дружинники не скрылись за кустами.
«Иди, мойся» – сказала тихо Ягла.
«Надо отцу сообщить про Шаваш» – не зная зачем именно в этот момент сказал Изяслав.
«Я сейчас этим и займусь» – направляясь в лес, ответила Ягла.
«Постой, мне надо тебе кое, что сказать» – догоняя Яглу проговорил Изяслав.
«Давай не сейчас» – остановившись и глядя в глаза Изяславу попросила Ягла.
«Давай» – тихо проговорил Изяслав, опуская голову и отправляясь в сторону озера.
Пройдя несколько десятков шагов по лесу Ягла увидела ждущего ее северного волка, который увидел ее подбежал к ней. Ягла достала из одежды послание великому князю и прикрепила его на шею волку.
«Давай мой хороший» – хлопнув по спине волку проговорила Ягла.
После чего волк во всю прыть помчался на север.
На Шаваш опустились сумерки, похолодало, чувствовалось, что скоро наступит осень, Чирхай держа в руках накидку, зашел в свой шатер. Уряна уже уложила молодого княжича и тот мирно спал среди мягких подушек.
«Не хочешь прогуляться» – тихо, что бы не разбудить малыша спросил он у Уряны.
«А где туту гулять, смотреть на разграбленные дома» – как-то зло ответила Уряна.
«Не будь такой злой, ты целыми днями сидишь в шатре и не куда не выходишь, а я не хочу, чтобы ты чувствовала себя пленницей» – так же тихо проговорил Чирхай.
«Если не хочешь, тогда отпусти нас домой» – не меняя тон, говорила Уряна.
«И отпущу» – ответил Чирхай, хотя на самом деле он не хотел этого делать.
«Когда» – все тем же жёстким тоном спросила Уряна.
«Придет время отпущу» – понимая, что не получилось у него вытащить Уряну из шатра ответил Чирхай и развернувшись направился к выходу.
«А с Евпатием кто будет сидеть» – уже совсем другим голосом спросила Уряна.
«Шинч посмотрит, ты не бойся он не одного ханского сына вынянчил» – с надеждой в голосе проговорил Чирхай.
«Давай накидку и зови повара» – протягивая руку за накидкой сказала Уряна.
Чирхай выглянул из шатра и махну рукой, он за ранее сказал Шинчу, что бы тот ждал его рядом с шатром. Полный Шинч вошел в шатер, это был тот самый повар, который приносил еду Уряне и княжичу.
Чихрай и Уряна вышли из шатра, она хотела спросить, где они будут гулять, но не успела, Чирхай взял ее за руку и подвел к коню, он взял Уряну за талию и посадил на коня, и сам вскочил в седло.
В это время в шатре Хабула перед ним стоял воин, он был бледен и казалось, что в этот момент не дышал.
«Так и сказал» – наливая себе вина из запасов Шаваша, спросил воина Хабул.
«Да мой хан» – еле слышно ответил воин, смотря как Хабул осушает чашу с вином, это уже вторая только при нем.
«Если бы ты с такой новостью, пришел не от великого хана, я бы тебя убил, а так я тебя отпускаю, иди, служи Чирхаю, что бы я тебя среди моих воинов не видел» – наливая себе еще вина прорычал Хабул.
Воину не надо было повторять дважды он не вышел из шатра он оттуда просто исчез.
Чирхай и Уряна шли по стене, уже совсем стемнело и только факела им освещали путь, Уряна постоянно смотрела на север, там, где-то ее родной дом, отец, мать. Нужно было уезжать, когда говорил Евпатий, а молодой княжич его бы тогда убили, нет нужно было уезжать с Котеной и княжичем, эх если бы знать.
«О доме думаешь» – ловя взгляды Уряны спросил Чирхай.
«Да» – с грустью ответила Уряна.
«Расскажи о севере» – попросил Чирхай.
«Там красиво, так и не расскажешь, нужно увидеть глазами» – ответила Уряна.
«Покажешь» – спросил Чирхай.
«Ты не увидишь» – утвердительно ответила Уряна.
«Почему» – удивился Чирхай.
«Дальше Шаваша ваше войско не пройдет и здесь только, благодаря предательству Микулы вы завладели городом» – опять с грустью в голосе ответила Уряна.
«А если мы втроем отправимся к тебе домой, как ты думаешь великий князь убьет меня» – Чирхай спросил и посмотрел в глаза Уряне.
«Я думаю, убьет» – честно призналась после не большой паузы Уряна.
«Спасибо за честность, но я готов рискнуть» – улыбнувшись, сказал Чирхай.
Уряна понимала к чему клонит Чирхай, он последнее время все делал, что бы она не чувствовала себя пленницей, а перепалка с Хабулом чего стоило. Он ей тоже был симпатичен, чем больше она его узнавала, тем больше у нее возникало вопросов, ведь ей всегда говорили, что тумэты это без жалостные люди, в принципе, что и доказывало захват Шаваша, но не все, ведь Чирхай не только к ней и княжичу относился хорошо, но и к остальным своим рабам и воинам. Взять Хабула родные братья, но он почти каждый вечер напивался и насиловал женщин Шаваша взятых в рабство.
«Как твоя рука» – после паузы спросила Уряна.
«Рана почти затянулась, кстати, где ты так хорошо научилась стрелять» – ответил и спросил Чирхай.
«Я вообще хотела стать воительницей, но великий князь сказал, что у него достаточно детей воинов ему нужна дочь, но втайне от отца, когда у Алкуна было свободное время, он меня учил стрельбе из лука и владению мечом» – Уряна ответила и снова вспомнила дом.
«Если честно я всегда хотел лично познакомиться с Ратмиром, я столько много про него слышал рассказов и в душе всегда хотел быть на него похожим. А потом я узнал, что он в темнице и среди воинов пошли разговоры об Алкуне» – признался Чирхай.
«Это говорит тумэт, чей народ постоянно нападает на север» – с иронией в голосе проговорила Уряна.
«Познакомишь меня с Алкуном» – спросил Чирхай.
«Ты хочешь, чтобы он тебя убил» – улыбаясь, спросила Уряна.
«А если мы придем ни к великому князю, а к Алкуну он меня убьет» – без шуток спросил Чирхай.
«Я попрошу его, и он тебя не тронет» – убедительно сказала Уряна.
Чирхай на эти слова улыбнулся, а что может правда податься к Алкуну, а там смотришь и Алкун убедит великого князя не убивать его, и Уряне будет хорошо, все равно Чирхая ничего не держит в степи, а тут есть Уряна.
«Научишь меня владеть мечом» – неожиданно спросила Уряна.
«Зачем ты и так можешь меня убить» – явно шутя ответил Чирхай.
«Я с детства мечтала стрелять из лука, биться на мечах» – как-то мечтательно произнесла Уряна.
«Хорошо научу» – улыбаясь, пообещал Чирхай.
Сзади послышались шаги, Чирхай обернувшись, увидел Добу с воином из числа Хабулова войска.
«Чирхай» – Добу поклонился.
«Говори» – Чирхай понял, что новости важные.
Добу посмотрел на Уряну, Чирхай кивнул тем самым разрешая говорить при ней.
«Рассказывай» – Добу обратился к воину.
«Хабул меня отправлял к великому хану, что бы я рассказал о том, что у вас с ним произошло, на что великий хан передал, что теперь Хабул подчиняется вам, и нужно переправлять корабли великому хану, а еще великий хан сказал, что скоро придет. Когда это все я рассказал Хабулу он выгнал меня из своего войска» – рассказал воин.
Чирхай нахмурился, он командует Хабулом, еще не давно он хотел уйти к Алкуну, да и хочет уйти, а тут Хабул в подчинении.
«Хорошо я понял, можешь идти» – обращаясь к воину сказал Чирхай.
«Что делать» – спросил Добу.
«Что делать, будем разбираться завтра, а с воином решай сам, если нужен, то принимай, а не нужен отправь на кухню» – ответил Чирхай.
Добу кивнул и отправился догонять воина.
Последние дни лета становились все холоднее и холоднее, небо затянуло тучами и пошел моросящий дождь, здесь в Баруне теперь так и будет пока не придут морозы и не ляжет первый снег. Ведослав был хмур также как и тучи на небе, он слушал гонца от Евпатия, да дела все-таки тумэты пришли в Шаваш.
«Гонцов всем князьям пусть собирают дружину и ждут моих указаний, пойдем на Шаваш» – выслушав гонца и обращаясь к Олегу сказал великий князь.
«Гонца к Алкуну и Мирону пусть выдвигаются к Шавашу» – после паузы добавил Ведослав.
«Хорошо великий князь» – ответил Олег и направился с гонцом из Шаваша к выходу.
«Олег, отправь воина к Годуну, пусть прибудет ко мне, а свое войско передаст воеводе, мне сейчас нужна поддержка» – немного подумав добавил великий князь.
Когда все вышли Ведослав опять сдвинул брови и задумался, что делать постоянно возникал вопрос, идти самому вести войска севера на тумэтов или нет, все-таки тумэты не возьмут Шаваш это им не под силу. Мне нужен совет, а потому мне нужен хороший советчик, мне нужен родной человек, мне нужен Годун он не подведет, думал Ведослав. Так вот почему Уряна не приехала, ни чего страшного стены Шаваша защитят ее, успокаивал себя Ведослав. Мысли великого князя прервал еле слышный скрип двери, в помещение вошла Ведара, с ее накидки стекала вода, вид у нее был обеспокоенный. Да северные волки быстрые гонцы.
«Великий князь пришли плохие вести от Яглы» – проговорила, подходя к Ведославу ближе сказала Ведара.
«Говори» – в душе великий князь надеялся, что Ведара перескажет рассказ гонца об осаде Шаваша.
«Тумэты взяли Шаваш князя Евпатия и его жену убили» – выпалила Ведара.
Ноги Ведослава стали ватными, ладони вспотели.
«Что с Уряной» – боясь услышать ответ, задал тихим голосом вопрос великий князь.
«О ней ничего не сказано в послании» – ответила Ведара.
«Что думаешь» – спросил Ведослав.
«Все князь шутки окончены, нужно собирать войско и идти на тумэтов» – серьезно ответила Ведара.
«Это все» – удивился Ведослав.
«А это не мало, да и Ратмира освободи» – разворачиваясь и направляясь к выходу ответила Ведара.
Вот так всегда никогда не расскажет не пояснит, сиди и думай.
Много весен назад до описанных событий, где-то в другом мире среди полей и не многочисленных деревьев по берегу реки верхом на боевом коне возвращался домой Кастор. Он был главным командующим войсками империи Этриусии и правой рукой молодого императора Витуса. Этриуская империя постоянно вела войны с другими империями, но основным врагом считалась расположенная рядом Латинская империя. И те и другие вот уже на протяжении долгого времени пытались захватить, друг друга постоянно сражаясь между собой, вот в одной из таких сражений и потерял правую руку Кастор. Император просил его остаться при войске, ведь очередная война с латинами была в разгаре, но Кастор не согласился и попросил императора Витуса отпустить его домой. После долгих уговоров император согласился, и взяв с Кастора обещание, что тот пришлет к нему сына, когда тот повзрослеет. А сын у Кастора был один и сейчас ему уже должно было исполниться семь весен, сын вместе с женой жили в доме на берегу той самой реки, по которой он сейчас ехал. После того как четыре весны назад Кастор уехал на войну, жена с ребенком остались одни, ну не совсем одни, у них были рабы, рабочие, которые занимались хозяйством. У Кастора было большое имение со своими полями садами, и был большой дом. До дома оставалось совсем чуть-чуть, Кастор уже ехал по своей земле, как его мысли прервал младенческий плач, который раздавался из камышей реки. Кастор остановил своего коня и слез с него, он еще не привык управляться одной рукой и поэтому все его движения были осторожными. Он пошел на плач малыша, ему пришлось зайти в воду, рукой он раздвигал камыш и не спеша продвигался вперед. Среди камыша он и увидел в плетеной корзинке всего мокрого от воды малыша это был мальчик от роду дней десять, в корзинке кроме малыша ничего не было.
«Ну и как ты сюда попал» – беря одной рукой корзинку проговорил Кастор.
Выбравшись на берег, Кастор направился, домой неся в руке корзинку с малышом, а боевой конь шел сзади. Выйдя на чисты берег Кастор увидел мужчин, которые выбирали сети и мальчиков кружившиеся вокруг них.
«Хозяин вернулся» – закричал один из рыбаков завидев Кастора.
Пацаны сразу же сорвались с места и побежали к дому, а один из них отделившись от остальных подбежал к нему. Кастор сразу же признал в нем своего сына, он был как две капли воды похож на отца, сын вырос по сравнению с тем, когда он уходил на войну.
«Ты мой папа» – заглядывая в глаза Кастору спросил мальчик.
«Да Мариус, я твой отец» – поставив корзинку с младенцем на землю ответил Кастор.
Мальчик бросился на шею к отцу, Кастор обнял сына и прижал его к себе, этот момент Кастор представлял не одну ночь.
«Папа, а что у тебя с рукой» – когда отец отпустил сына, спросил Мариус.
«Ее нет» – не зная, что ответить сыну, сказал Кастор.
«Это латины тебе ее отрубили» – снова заглядывая в глаза отцу спросил Мариус.
«А ты смышлёный, весь в мать пошел» – улыбнулся Кастор.
«Папа, а кто это» – показывая на корзинку с младенцем не унимался Мариус.
«Я его нашел в реке, не далеко отсюда» – ответил отец.
Тут со стороны дома раздался шум на улицу начали выходить люди, женщина на вид тридцати весен бежала к ним. Рена подбежала к мужу и застыла, она сначала посмотрела на плече без руки, а потом на корзину с младенцем и зарыдав обняла мужа, расцеловывая его лицо. Кастор одной рукой обнял жену и не сопротивлялся, этот момент он тоже много раз представлял себе.