Valentin Pikul

14,9Кsubscribers
We'll send a notification about new books, audiobooks, podcasts
Audio

Роман «Янычары» рассказывает о сложном и трагическом противостоянии Запада и Востока после гибели Византии.

Quotes

Пером и шпагой

Text
Средний рейтинг 4,6 на основе 309 оценок

Но удивительная нация эти русские! Почему-то они всегда дают противнику вначале как следует отколотить себя. А потом, уже побитые, они — словно их сбрызнули живою водой! — намертво убивают врага…

Битва железных канцлеров

Text
Средний рейтинг 4,7 на основе 330 оценок

Бисмарк предрекал: «Даже самый благоприятный исход войны никогда не приведет к разложению основной силы России, которая зиждется на миллионах русских… Эти последние, даже если их расчленить международными трактатами, так же быстро вновь соединятся друг с другом, как частицы разрезанного кусочка ртути. Это – неразрушимое государство русской нации, сильное своим климатом, своими пространствами и ограниченностью потребностей…»

Реквием каравану PQ-17

Text
Средний рейтинг 4,8 на основе 334 оценок

На подлодках Северного флота признавался только один вид «запоев» — это запойное чтение. Пройдись из отсека в отсек, когда лодка на глубине или ее валит с борта на борт в позиционном положении, и всюду ты увидишь подвахтенных с книгами в руках. Они уходили держать позицию, забирая с собой, наравне с торпедами, целые библиотеки. Механики даже были озабочены этим: «Скоро у нас книги будут входить в расчет аварийного балласта!» Матрос, который не любил книг, считался непригодным для несения службы на боевых подлодках. — Читай, балбес, — говорили ему с презрением. — Не хочется, братцы… — Ну тогда жди — без книг скоро спятишь!

Океанский патруль. Книга вторая. Ветер с океана. Том 4

Text
Средний рейтинг 4,7 на основе 66 оценок

берегу залива послышался могучий

Океанский патруль. Книга первая. Аскольдовцы. Том 1

Text
Средний рейтинг 4,9 на основе 152 оценок

возвращались обратно в родные гавани, как правило, на рассветах, исхлестанные соленой пеной, с разлохмаченными снастями, и глыбы голубоватого льда сумрачно мерцали на их покатых палубах. КОРАБЛИ ОКЕАНСКОГО ПАТРУЛЯ…

Слово и дело. Книга первая. Царица престрашного зраку. Том 1

Text
Средний рейтинг 4,8 на основе 276 оценок

- Так это и есть финансы... Экономия - вот суть устройства государства. Я жадных не люблю. Широких же безумцами считаю. Богатство зачинается с малой толики. Растет под ногами кустик махонький, а рвать нельзя: сей кустик деревом станется. Не о себе помышлять надобно, а о внуках наших: для нас он куст, а потомству российску деревом обернется.

- Они и срубят, выгоду имея.., не мне же! - сказала Анна.

- А вам рубить не надо, - отвечал Голицын. - Прежде чем дерево рубить, надо подумать. Нельзя ли инако извернуться? Глядь, дерево-то и пригодилось - благодатную тень дало! Тако же и люди... Они - главный капитал в государстве. Коли башку срубил, обратно не приставишь. Как и дерево ко пню не приладишь! В указах ваших пишется мудро: заботы о верноподданных выставляются миру на удивление. А между тем людей с головами безголовыми делают. А те, что безголовы от природы, те чинами украшаются...

Слово и дело. Книга вторая. Мои любезные конфиденты. Том 4

Text
Средний рейтинг 4,9 на основе 120 оценок

Меня под суд отдают за воровство якобы. А я не воровал… только кормился

Слово и дело. Книга первая. Царица престрашного зраку. Том 2

Text
Средний рейтинг 4,8 на основе 75 оценок

Нет на Востоке человека более уважаемого, нежели разбойник. Почти все династии стран Восточных начинают свое пышное родословное древо от пыльного кустика с большой дороги.

Слово и дело. Книга вторая. Мои любезные конфиденты. Том 3

Text
Средний рейтинг 4,8 на основе 188 оценок

Мудрейшие правители всегда войною отвлекают народ от дел внутренних к делам внешним. Армия же при этом тоже неопасна для престола делается, ибо, батальями занята, она лишь о викториях славных помышляет…

Фаворит. Книга первая. Его императрица. Том 1

Text
Средний рейтинг 4,7 на основе 898 оценок

Вот за что я люблю историю! […] Человек, проживший век без знания ее, обладает опытом лишь одного поколения, иначе говоря, опытом своей краткой жизни. Человек же, знающий историю, суммирует в себе опыт множества поколений…