Юлия Александровна Скоркина

бегающие под сомкнутыми веками глаза выдавали то, что сознание Ивана не спит. «Ты слышишь меня?» – спросил Клим. Ответ Ивана всплыл в его голове. «Иди вперёд и говори обо всём, что ты видишь», – произнёс

красавица, коса до полу. Жила Варя с матерью и бабкой

и вновь раскинула камни. – Не понимаю, – начала она. – Камни говорят вещи, не совсем соединяемые по смыслу. – Например? – заинтересовался Марк. – Например, если говорить буквально

чтоб силы восстановить. Сказала пить почаще. – Сдержал ли слово? – спросила Пелагея мужа. – Будь спокойна, – ответил Мирон. Пелагея вышла в кухню, заварила в кружке травы. По кухне тут же разошёлся пряный аромат. Ещё не успела девушка и всю кружку испить, как тело налилось приятной тяжестью, потянуло в сон. Заметив, что жена осоловела, Мирон сказал: – Ты приляг, Пелагеюшка, отдохни часок

рывая взгляда от людей на берегу, он шарил рукой по дну лодки.

положив руки на колени, и смотрел вдаль. И, словно заметив