Max Frei

Любить незнакомые места легко:мы принимаем их такими, какие они есть, и не требуем ничего, кроме новых впечатлений

- Можно, я не буду целовать твои сапоги в знак глубокого восхищения?

- Нельзя. Как же я буду ходить весь день - с нецелованными-то сапогами? У меня и без того жизнь тяжелая.

. В мире, где почти все считается невозможным, любое действие, исполненное любви и силы, становится чудом

кто ты? И кто я, когда я рядом с тобой?

Люди не любят, когда кто-то по-настоящему превращается. За фокус заплатят и будут довольны, а за настоящее чудо пристрелят - и привет.

У дураков не бывает депрессий, вот в чем штука.

"Шел я лесом, вижу мост, под мостом ворона мокнет. Взял ее за хвост, положил на мост, пускай ворона сохнет. Шел я лесом, вижу мост, на мосту ворона сохнет. Взял ее за хвост, положил под мост, пускай ворона мокнет. Шел я лесом, вижу мост, под мостом ворона мокнет. Взял ее за хвост, положил на мост, пускай ворона сохнет. Шел я лесом, вижу мост...

Я слушал двуликого до тех пор, пока не понял, что его дурацкая бесконечная история про ворону и мост - история обо всех делах человеческих. Превосходная, наглядная, поучительная метафора! Что бы ни делал человек, в конечном итоге окажется, что он посвятил свою жизнь просушке вороны, которую сам перед этим намочил. Или наоборот, увлажнению сухой вороны, которую после этого снова придется сушить. Это - все, на что способны люди. И еще спорить с друг другом о том, какой путь является истинным: сушить или мочить? А если и то и другое, то в какой последовательности?"

Кто в юности не переболел фантастикой, тот, считай, и молод-то не был. Профукал все самое интересное, как дурак.

С пылкими юными барышнями надо быть очень осторожным, потому что страдать, переживать и терзаться они уже научились, а просто жить - еще нет.

Я всегда говорю правду и только правду; другое дело, что правд у меня очень много - на все случаи жизни.