Kristina Zimnyaya

пугающе. На предплечьях его величества прямо поверх одежды стали проступать очертания широких браслетов из тёмного металла. Я невольно подалась вперёд. О королевских наручах, в отличие от королевских церемоний, я много читала. Возможностям и устройству этих артефактов был посвящён не один талмуд. Только вот демонстрировались они крайне редко, а применялись и вовсе лишь в военное время, так что видеть браслеты вживую, не на гравюре в книге, мне ранее не доводилось. Подозреваю, что и большинству присутствующих в зале тоже – судя по тому, как придвинулись к возвышению придворные и зарубежные гости. На фактурном атласе рукавов грубые, несколько варварские наручи смотрелись странновато. Как-то неуместно, что ли. Грубо обработанные самоцветы диссонировали с отглаженностью ткани и бриллиантами в перстнях. Невольно подумалось, что дикарские украшения куда больше подошли

пресловутые мурашки не то что промаршировали по всему телу, они бразильский карнавал устроили. С румбой и маракасами.

подслушанная беседа опровергла эту версию. – И что, вот так вот сдашься? – спросил Лэнт с ехидцей в голосе. – На тебя не похоже, Мира! – Ещё чего! – фыркнула шпала. – Я уже всё разузнала. Вовсе Сверр не живёт с этой кобылой деревенской.

– Вот чокнутая! – протянул кто-то в толпе зрителей. Прозвучало с одобрением или даже с восхищением

целебное плетение чего-нибудь эдакого.

. К нам позапрошлым летом кибитка актерская

больше, чем всем предыдущим спектаклем. Другой рукой отцепила от его рубашки позабытую там

Ферран Истэн должен был оставаться

лишь передохнуть немного. День был

рывало что-то пурпурно-золотое и дорогое на вид. И зачем, спрашивается, весь этот маскарад тогда? Разжалобить внешним убожеством пытается или обмануть