Ирина Степановская

сами по себе. И никто им не объясняет, что бежевое – создает теплоту и уют,

нено в моей памяти, запрятано в темные тайники, закрыто тяжелыми замками действительности, теперь всколыхнулось, взорвалось и расцветило

начавшая оттаивать земля, лужи, мокрый асфальт. Машины во дворе все одного

чём хотите рассказать другим докторам? Точно тем же движением

яростный огонь. Он пытался улыбаться теперь, но не получалось. – Легко быть добренькими на словах

Только в юности мы можем позволить себе эту «роскошь» – уйти, не оглянувшись, и думать только о том, как много всего еще впереди. А расплата за чужие, ненароком поломанные судьбы? Но разве мы специально? Просто всегда для кого-то ты будешь недосягаема, для кого-то – женщиной из толпы, а для кого-то – единственной и самой главной женщиной

становилось легче. Недаром же ритуалы, принятые

проблемы. Ей нужна только любовь. И она готова к любви тогда, когда действительно чувствует к  Вячеславу прилив нежности и ощущает такой же импульс и от него. Она не позволит, чтобы посредством близости с ней он удовлетворял простые ежедневные инстинкты. Что ж, так или иначе, но свой поезд она все-таки догнала.

Сердце, как ты знаешь, сплошь мышечный орган. В нем серого вещества нет. Поэтому сердце думать и не умеет.

и действительно совершенно не в курсе». Конечно, Аркадий не то чтобы очень интересовался сплетнями, но ему показалось странным, что вокруг происходит нечто необыч