Евгения Соловьева

новился рядом с тушей, попытался вытащить вторую

изящных мочках. И ожерелье, живое пламя, отзывающееся огонькам свечей, струящееся по камням от одного к другому. Лишь там, где между ключиц горел самый крупный камень, алый блеск уходил в мрачную багровость, скрывая маленькую тайну королевы и влюбленного в нее некроманта. «Диадемы не хватает, – бесстрастно отметил Грегор, – но ее с короной не наденешь». Словно во сне он ступил на указанное церемониймейстером место по левую руку короля, и праздник начался. Бесконечные перечисления его заслуг, благодарность их величеств и их высочеств – Криспин, светловолосый и долговязый, с восторженными голубыми глазами, похож на отца как две капли воды! – потом поздравления от Ордена… Грегор с некоторым содроганием ожидал, что их может привезти Волански,

Излагал он витиевато, чрезвычайно вежливо и вместе с тем с насмешливым злым

взглядом, от которого Королевский

на него со страхом. – Бастельеро, вы с ума сошли! Никто никогда такого не

и служить! Господин говорить, что

Саймон очень талантлив, он сильнейший маг, благородный

Вероккье, а по-северному хмурой и холодной, словно

помни, что люди не всесильны, даже ты. И насчет Претемных

расположенный к Дорвенанту, а значит, война в ближайшее время вряд ли случится. О сёстрах короля, незамужних и тоже совершенно прелестных принцессах с очень тонким вкусом, который теперь