Эксмодетство

просто смотрелся в зеркало гардероба. Интересно, он что, хотел узнать, как выглядит? Если бы я мог говорить, я бы сказал ему, что он выглядел как ряженый и был сам на себя не похож. Обычно Вернер всегда носил брюки, а тут… да-да, он влез в джинсы! Даже не влез, а втиснулся

Страшны те битвы, в которых принимают участие женщины.

– Видишь ли, друг мой Санчо, – ответил Дон Кихот, – сойти с ума, имея на то причину, – в этом нет ни заслуги, ни подвига, но совсем иное дело утратить разум, когда для этого нет никаких поводов.

– Обо мне и говорить нечего! Когда я пытаюсь петь, все называют это кошачьим концертом, причём это явно не похвала, – сказал Караг.

обезьяна. Софи перевела взгляд на черепаху и на страуса-змею

Беда не приходит одна, не приходит одна и радость.

– Предан, как барсук, госпожа, и силен, как… как мышь, – добавил капитан Дриниан, хотя собирался произнести «как лев», но заметил пристальный взгляд Рипичипа.

– Давай сражайся, занудная серая рыба! Такие упрёки слышишь не каждый день. Особенно от взрослой косатки, которая в этот момент на тебя нападает.

– На то они и новости, чтобы быть новыми!  – Нокс любит поумничать.

Слушай, а есть хоть что-нибудь, чего египтяне не боялись? – Младших сестер, – тут же ответил Картер. – Когда от их трескотни уже спасения не было, египтяне просто скармливали их крокодилам.