Ефрем Лихтенштейн

Праведный гнев уложил в землю больше мертвецов, чем любая империя мира.

Это кофе? – спрашиваю я. – Ямайский «Блю-Маунтин», – едва заметно улыбается Биллингтон. – И да, угощайтесь. Я не люблю вести разговор, когда собеседник в коматозном состоянии.