Е. Кохно

Ты думаешь, что я друг, – сказал он. – Тебе следовало бы считать меня врагом, потому что тот, кто льстит человеку за его добродетели или потворствует ему в его пороках, есть худший враг того человека

Ничего не дается даром на этом свете, кроме воздуха и солнечного сияния; все остальное должно покупаться – кровью, слезами, иногда стенанием, но чаще всего деньгами.

Если это воля Господа, чтобы я провела свои дни в одиночестве, я не буду роптать, так как мое уединение нельзя считать настоящим одиночеством. Работа – хороший товарищ, затем у меня есть книги, цветы и птицы, я никогда, в сущности, не бываю одна.