Даха Тараторина

иной раз выбирать приходится не так, как выбирает хороший человек. А так, как умный.

кончики пальцев. Пока врагиня не поняла, что колдовка делает, та сунула

Никто не смеет спорить с Ветром. Но каждый герой мечтает убить монстра. Мой отец был героем. А ещё он был дураком.

Прежде чем скрыться в чаще, она обернулась лишь единый раз. Убедиться, помогло ли зелье. Рыжий уже повернулся на бок и поджал под себя ноги. Что ж, умирающий ко сну поудобнее

Подлатали забор, прежде большей частью состоящий из дыр, поправили прохудившуюся крышу. Из трубы тянулся дымок

Шатай. – Нэ я. – Да, согласился Влас. – Только и думать не моги, что мы на том разойдёмся. Шатай одобрительно кивнул. – Да пошэл ты. – Сам пошёл, – улыбнулся княжич.

Коли пришла беда, не спрашивай откуда явилась, думай, куда её спровадить!

Бог с Ножом, оградитель и защитник, прошу, не гневайся на этого недалёкого мужлана, ибо он не ведает, что творит! Справедливые боги поскупились на ум, когда создавали его. Сему мужу остались лишь мускулы, вши да паршивый характер…

Глаза. Зелёные, ровно болотный бочаг. И затягивают так же: только ступил, а уже не выбраться…

Полуэльф опешил от такой бойкости: – Что? – Ну, в смысле, ты, скорее, языком горазд болтать, а не дела делать. Ты ведь никогда не убивал, так? Любая другая девчонка испуганно вытаращилась бы на него, охнула, попыталась