командир то слегка приседал, то привставал и, наконец, качнувшись в очередной раз от смеха, отступил назад и грохнулся всем своим весом на неё. Хохот теперь уже стоял по всей казарме. Все хлопали и подпевали Альбине, которая, постепенно замедляла свой танец и уже опустила длинную шинель