Александр и Евгения Гедеон

ридорам крепости невредимой, но к чему рисковать, когда можно дождаться квалифицированного специалиста? Дану прошла через зеркало последней, неотступно следуя за драконом. Тот, несмотря на стремительный рост, был всё ещё далёк

Говорят, за правым плечом каждого человека стоит ангел-хранитель, а за левым – демон-искуситель. Спор их вечен. Но в случае Лёхи Стрижова они чаще всего пребывали в трогательном единодушии, хором крича: «Хватит, мать твою!

Землю, сомневаться не приходилось. Слишком много знакомого

восприняли не слишком хорошо: большинство Древних сочли это чем-то гнусным, на уровне скотоложства

непосредственном участии рыжего в изъятии. Чем дольше длился

Как говорил некто умный, чьего имени Стриж не помнил, «кто в двадцать лет не  революционер – у того нет сердца, кто в сорок лет не консерватор – у того нет ума».

согрелся. Иначе это верная дорога к простуде или воспалению лёгких. Может, демон и вылечит, но потратит на это драгоценную энергию. Пить хотелось страшно. Обезвоженный организм требовал живительной влаги, и Лёха с трудом сдерживался, чтобы не съесть всё и сразу

Маленькие радости жизни может по-настоящему оценить лишь тот кто подолгу их лишён. Нормальная еда из тарелок за столом

отменила этот варварский закон.

У тебя есть оружие. Есть деньги. Ты даже можешь управлять самым быстрым звездолётом в галактике, но всё равно прочно сидишь на поводке у хозяев. На тебе нет цепей, но ты не свободен. Твой ошейник вот тут, – девушка на миг коснулась пальцами виска репликанта, – и он настолько прочен, что даже с оружием и кораблём ты не сможешь сбежать. У раба есть ошейник, который он ненавидит, есть клетка, из которой мечтает выйти. А у тебя нет и этого. Нет осознания собственной несвободы, понимания собственной рабской участи.