Вьюга закончилась. Но усилился холод. Флер обмотала лицо шарфом, чтобы не обморозить щёки. Идти по глубокому снегу было тяжело: в некоторых местах сугробы доходили девушке до пояса.
– Ты дышишь, как табун сфаров, – по-доброму усмехнулся Свен.
– Да и ты… не амсар, – тяжело дыша, откликнулась девушка.
Вампир с лёгкостью шёл по сугробам. К изумлению Флер, Эван не промолвил ни слова со вчерашней ночи.
– Тебя он раздражает? – тихо спросил Свен.
Флер не ответила и отвела взгляд от вампира.
– У меня распрекрасный слух, сопляк, – в мгновение ока отозвался вампир, – ваши браслетики снижают вампирские способности, но не блокируют полностью.
Свен сплюнул от злости. Флер смотрела на Эвана с любопытством.
– Вот интересно: а будет ли вампир идти с такой же лёгкостью по сугробам, если возьмёт меня на руки? – обратилась девушка к Свену.
Эван застыл на месте и разъярённым взором посмотрел на Флер.
– Флер, – предостерегающе начал Свен, – даже не думай. Этот мерзкий вурдалак может выкинуть всё что угодно.
– У-у, малютка Свени боится, что я обижу его зазнобу?
Маг зарделся.
– Закрой рот! – процедил Свен.
– Смотри-ка! Я попал в цель. Твоя красная морда на фоне снега выглядит очень впечатляюще. Кстати, вампиров называют вурдалаками только амхалийцы. И то, потому что у них была некая подобия нашей расы в мире. Ты был на побегушках у некромантов, сопляк?
Свен уже готов был ответить что-то грубое, но Флер опередила мага и задала вопрос:
– А кто такие ам-ха-ли-цы?
– Амхалийцы, – поправил Эван, – Ты, из какой глуши выползла, ягодка? Амхалий – далёкий и мрачный мир, где жи… – Эван осёкся. Нельзя рассказывать, что стало с другими мирами. –…вут некроманты и прочие тёмные народы.
Флер смотрела на вампира с любопытством. Девушке хотелось узнать больше о вампирах и других народах захватчиков. В голове вертелась куча вопросов: где дом Эвана, сколько крови выпивают вампиры за один укус, как можно убить кровососа? Хотя на последний вопрос пленник вряд ли ответит.
– А ты из какого мира?
– Вархар, – неохотно ответил вампир.
– И много вампиров на Вар-ха-ре?
– Не больше, чем людей и оборотней.
– Интересно, – задумчиво произнесла Флер.
– Ничего интересного, эти народы есть на многих планетах.
– А ты посетил много миров?
Эван внимательно посмотрел прямо в глаза девушки. Противоречивые чувства овладели вампиром. С одной стороны, девушка слишком молода и задаёт вопросы в силу любопытства. С другой же – любые све́дения могут быть использована во вред. Поразмыслив, Эван решил: можно за крупицу своих знаний выведать что-то взамен.
– Довольно много.
– А сколько народов присоединилось к вашей армии? – Свен всё сверкал глазами. Флер старательно не обращала внимания на мага. Девушке хотелось вытянуть из вампира как можно больше све́дений.
– Сейчас двенадцать. Раньше было больше: вампиры, любящие человеческую кровь, различные оборотни, с присущими хищникам повадками. Каменные маги, чью кожу не пробить ни одним металлом. Некроманты, поднимающие полуразложившихся дохляков. Наги – наполовину люди, наполовину змеи, кости ломают на раз-два. Дроу, – Эван замялся, особых качеств у дроу вампир никогда не выделял, – тёмные эльфы, такие остроухие, с кислыми мордами.
– О-у, – только и смогла произнести Флер.
– Очень познавательно, – злобно вставил Свен, – народов много, но все какие-то слишком жестокие, под стать своим мерзким князьям, чтоб они передохли!
Эван облизнул клыки.
– Мои родители погибли во время захвата Мейзука, – продолжил Свен, – Один из князей превратил голову моего отца в кровавое месиво всего одним ударом, мать утащил князь, что сжигал всё на своём пути. А старшую сестру, что через месяц должна была выйти замуж, её увёл и обескровил князь-вампир. Если бы я встретил хоть одного из этих уродов, то разукрасил морду, скрытую маской, такими синяками и ожогами, что мать родная никогда не узнала ублюдков! Мне тогда повезло, я спрятался. Но в памяти навсегда останется этот ужас. Моё детство прошло на разрушенных улицах. Я видел и после множества смертей. Теперь я присоединюсь к повстанцам и точно убью князей. Вот что из себя представляет воинство Зомдика, Флер. Ничего там нет интересного.
– Мне жаль твою семью, Свен. Но князья носят маски. Без этой пугающей тьмы никто не видел лиц. Соответственно, даже поймай ты князя, как ты поймёшь, что это точно князь? – разумно заметила Флер.
– Ну хоть кто-то ещё не отморозил мозги, я, конечно, вообще сомневаюсь в наличии у тебя, Свени, интеллекта.
Свен нахохлился и ушёл вперёд. Флер вздохнула, теперь девушке пришлось идти рядом с вампиром. Стоило бы и промолчать. Маг ведь поделился своей печальной историей.
Солнце плавно опускалось к горизонту. Флер остановилась, переводя дыхание и рассматривая округу. После ночи в пещере отряд двигался по снежной пустоши целый день. А Свен, глубоко уязвлённый издевательствами вампира, будто бы и не замечал, что Флер давно выбилась из сил.
– Ну что, довольна? Теперь твой спутник совсем не думает о привале, – тихо произнёс вампир, остановившись рядом с девушкой.
Флер вздохнула.
– Я и не ус…, – Флер сделала шаг и утонула в сугробе. Паника накрыла девушку, в глаза за воротник сыпется колючий снег. Выбраться из рыхлого сугроба никак не удавалось. Чем больше Флер барахталась, тем сильнее зарывалась. И, как назло, даже крикнуть не получалось.
Сильные руки резко выдернули девушку из сугроба. Вампир прижал к себе дрожащую девушку.
– Испугалась? – чёрные омуты лишили дара речи, Флер отвела взгляд.
Ветер растрепал белые волосы, уши заболели от холода.
– Сейчас, – Эван сунул руки в сугроб, выудил шапку и надел на девушку.
К щекам Флер неожиданно хлынула кровь. Девушка отпрянула. Позади раздался злобный голос Свена:
– Убери от неё свои лапы!
Вампир поднял скованные запястья вверх и отступил от девушки на шаг назад.
– Ревнуешь, Свени?
Маг сжал челюсти.
– Не ровён час, твоя принцесса утонет в сугробе, пока ты, преисполненный жалости к себе, будешь вести себя как полный дебил.
Свен оттряхивал Флер от снега. Вампир не сводил с девушки глаз, что смущало Флер.
– Я в порядке, Свен. – Наконец, выдавила дрожащим голосом девушка и тихо добавила, стараясь не смотреть в глаза вампиру: – Спасибо, Эван.
– Да, спасибо, Эван, что не подбросил снега в эту ловушку, – Кривясь, выдавил Свен.
– Да, пожалуйста. Я вообще лапочка в свободное от убийств время.
– Достаточно! Заткнитесь уже оба! – не выдержала Флер.
Маг посмотрел на девушку обиженным взглядом, развернулся и пошёл дальше. Флер выдохнула сквозь зубы. Свен мог бы и помочь девушке.
– Держись за мой локоть, так будет легче идти, – неожиданно предложил Эван. Флер взглянула на вампира, впервые в глазах не было ехидства. Жалость? Но свойственно ли это чувство жестокому хищнику?
Помявшись всего несколько секунд, девушка всё же согласилась на предложенную помощь. Идти стало немного легче.
– Только не вздумай ничего выкинуть, – состроив суровую гримасу, прошептала Флер, – я больно кусаюсь.
Вампир хихикнул.
– А я – нет.
– Но слухи… – удивлённо протянула Флер.
– Кто признается, что это приятно. Наша слюна содержит особый секрет, доставляющий укушенному человеку удовольствие, как только попадает в кровь.
– То есть, жертва умирает не в муках, а в экстазе? – не подумав, ляпнула девушка.
Эван рассмеялся и покачал головой. Флер нахмурилась.
– Мы выпиваем только малую часть, человек продолжает жить.
– А как же рассказ Свена об убийстве сестры?
«Да я как бы и ни убивал девчонку. Просто хорошо провёл время. Что там с ней дальше произошло уже и не помню».
– Может, её и не обескровили, а просто убили. Не знаю, ягодка. Меня там не было, – на лице вампира появилось печальное выражение.
– От этого легче не становится. Ты явно виновен в других смертях.
– Нет, что ты?! Меня приняли в войско исключительно за природное обаяние.
Девушка лишь фыркнула в ответ.
– А какая печальная история заставила тебя отправиться в Барху?
– Я точно не готова к откровениям с тобой.
– Ты разбиваешь мне сердце…
– У тебя нет сердца.
– Ладно, попробуем по-другому: сколько тебе на самом деле лет, принцесса?
– Вроде двадцать, я тогда не лгала.
– Вроде?
– Ни я, ни мои друзья не знали точную дату моего рождения.
– Занимательно. Расскажи.
– Да нечего особо рассказывать: меня нашли амсар, сфар и драмт в устье реки Депуль. До двенадцати лет меня воспитывала старушка-отшельница.
– Тебя нашли дракон, пегас и чешуйчатая пантера? – удивлённо переспросил Эван.
– Не понимаю, – растерянно сказала Флер.
– Трудности мировых различий, – усмехнулся вампир, – Ваш драмт во многих мирах имеет другое название – дракон, пегас – крылатая лошадка, амсар – представитель семейства кошачьих, только с чешуёй дракона.
– А-а-а, – понимающе протянула Флер, останавливаясь и поправляя шапку. Становилось ещё холоднее, снег за шиворотом успел растаять и сейчас добавлял холода продрогшему телу.
Эван остановился, верёвка, привязанная к браслетам, натянулась.
– Почему ты не попросишь Свена о привале? Ты ведь продрогла.
– Тебе не всё ли равно? – моментально донёсся в ответ голос мага, разрушая какую-то особую атмосферу.
Улыбка исчезла с лица Эвана, маска холодности и презрения вновь заняла привычное место.
– Ты уже рассказала, по какой причине ты идёшь в Барху? Ведь это же такие, как этот вампир, убили твоих друзей! А ты ведёшь милые беседы с врагом, предавая память о воспитавших тебя. Возможно, и твои родители были убиты представителями других миров, так некстати прибывшими на нашу планету.
Флер растерянно посмотрела на Свена.
– Какой амсар укусил тебя сегодня, Свен? Я не веду милых бесед. Если тебя так раздражает, что я разговариваю с вампиром – мог бы просто помочь мне идти по сугробам!
Девушка отстранилась от вампира и пошла вперёд, мимоходом задев оторопевшего Свена плечом.
– Ты просто мастер соблазнения и расположения к себе, – едко произнёс Эван, смотря на растерянного мага. Вампир обошёл Свена и легко последовал за Флер, не желая терять девушку из вида. Молодые глупые девушки уязвимы перед вампирским обаянием, а Эвану очень хочется сбежать.
После смерти Наэль, Флер не одичала. Время летело стремительно, вскоре Флер превратилась в красивую девушку. Она всё так же посещала поселение для обмена редких минералов на ткани и крупы.
Однажды Флер увидела поимку беглого раба: мужчину поймали и исполосовали его спину до крови плетьми, а потом оставили под палящим солнцем. Что стало с мужчиной после – девушка не знала. Флер спешно покинула поселение. После увиденного происшествия девушка старалась выходи́ть из леса как можно реже.
Но и в лесу становилось всё опаснее. Жестокие иномиряне и здесь находили себе кровавые развлечения. Несколько раз Флер слышала ночью душераздирающие крики близ реки. Наутро девушка обнаружила кровавые следы у реки. Флер было страшно. Но податься больше было некуда.
– Почему иномиряне захватили наш мир? – решила расспросить друзей Флер.
Гостил заинтересованно посмотрел на Флер.
– Мы знаем не больше твоего, хоть и живём в этом мире дольше. Захватчики просто явились из чёрного разлома посреди Файха, перебили всех Дари, а затем захватили почти все материки.
– Почему никто не противостоял иномирянам?
Гостилу всегда нравилась любознательность Флер.
– Так, наши маги давно не воевали, жили мирно, нечего было делить, – зевая, присоединился к беседе Корк. – Не умеют воевать местные, клянусь хвостом. О каком отпоре может идти речь?
– Всё равно не понимаю, – Флер подтянула колени к груди, – можно было попросить помощи у драмтов, объединить силы и просто выжечь огнём этих мерзавцев.
– Не всегда всё просто в вашем обществе, Флер. Драмты и себя не в силах защитить. У иномирян тоже полно́ магов, способных противостоять нашему огню. Посмотри, где мои собратья теперь.
– А Дари были очень сильными магами?
– Дари были не просто сильными магами, а проводниками силы Замгара. Чем больше Дари существовало одномоментно в мире, тем больше унвов рождалось, сонты вообще были редкостью, – уже и Дамилю заинтересовал разговор, – ты помнишь, в чём отличие унвов от сонтов?
– Сонты обычно малоодарённые маги, у них небольшой уровень силы и не все заклинания подвластны. Обычно наделены даром одной стихии, – Флер говорила быстро, словно боясь что-то забыть, – моны – обладатели уже двух-трёх стихий. Унвы обладают всеми стихиями, плюс у них встречаются навыки телепатии, эмпатии. Дари были самыми сильными, могли даже заглядывать в будущее Замгара. Жаль, что это не уберегло этих магов-проводников от жестокого уничтожения в первые минуты прихода чужемирцев.
Наступила тишина, каждый думал о своём. Флер задумчиво наблюдала за падающими каплями дождя. Девушке было хорошо в компании своих необычных друзей. Покидать уютный домик не хотелось. «Но друзья не вечны, однажды тебе всё же придётся присоединиться к магам. Или ты просто одичаешь». Больше всего Флер боялась расставания.
Найти своих родителей Флер никогда не пыталась. Наэль объяснила, что девочку положили в корзинку и спасли от рабства или смерти. Родители скорей всего погибли. Отшельница незадолго до смерти поведала об ужасах, творившихся на Замгаре в первые годы прихода иномирян. Хотя Флер была в корне не согласна – ужасы продолжались и сейчас, просто не таких масштабов.
Флер просто сильно повезло, что она не утонула в быстрых водах Депуля (близ Мейзука течение довольно быстрое и коварное), корзинку приметил именно Корк, а Дамиля и Гостил пришли на выручку. А если бы не старушка Наэль, то и первый год жизни Флер вряд ли протянула.
Мир Флер воспринимала больши́м живым созданием, часто слышала тяжёлые вздохи с соседнего материка (хотя Фоя расположена далеко от Гемды), где кирками и лопатами терзали землю ради сокровищ; дожди казались девушке слезами погибших в неволе драмтов. Замгар тоже кричит о помощи.
Наэль обучала девочку магии, но Флер была или совсем никудышным учеником, или Замгар обделил девочку магическими способностями. Для себя Флер просто решила, что является самым слабым сонтом на Замгаре и просто перестала мучить себя пустыми попытками. Наэль в итоге тоже махнула рукой и предпочла уделить больше времени навыкам выживания. Старушка научила Флер отличать полезные травы от ядовитых, ставить силки на мелких зверей, ловить рыбу.
– Флер, здесь становится всё опаснее, – Гостил посмотрел на девушку.
– В поселении ещё опаснее. Лучше жить в лесу свободной, чем умереть в рабстве.
– Клянусь хвостом! Флер права, – Корк приоткрыл золотистые глаза, – Наша девочка хорошо умеет прятаться, авось всё обойдётся.
Флер улыбнулась в ответ.
– Гостил, а есть на Замгаре места, где нет иномирян?
– Только на севере Стаги ещё можно укрыться.
– Но там не живут драмты, сфары и амсары…
– Там есть повстанцы, Флер, – ящер прикрыл глаза.
– Вы хотите, чтобы я ушла одна?!
– Так и есть, – пробормотал амсар в ответ, – котята должны покидать родителей, как только становятся способными создать свою семью.
Флер обвела друзей грустным взглядом, она понимала: амсару, драмту и сфаре будет проще выжить, если не придётся оберегать Флер. Но сердцу было больно и страшно покидать друзей.
«Я подумаю об этом позже. Обязательно».
***
Флер мучили кошмары. Девушка просыпалась в слезах. Друзей убивали странные маги с серой, как камень, кожей.
У иномирян бывали расы, что притягивали взор, а бывали такие, после одного взгляда, на которых, будут несколько дней сниться кошмары. Флер выделила магов из сна в ряды самых отвратительных: огромные, мускулистые, с шероховатой, немного растрескавшейся кожей. У этих магов было по четыре пальца на руках, головы совершенно лишены растительности, зато были покрыты небольшими каменными наростами. Нехорошее предчувствие усилилось, после того как Флер увидела отвратительных магов в поселении.
«Ох, не к добру прибыли новенькие».
Флер приняла предчувствие за знак к сборам. Девушка собирала вещи, когда её внимание привлекли фигуры у реки. Флер бесшумно выскользнула из домика и направилась на берег. Густые заросли спрятали девушку от посторонних взглядов. А Флер было хорошо видно каменных магов.
– Хороший лес, – иномирянин стоял на берегу и смотрел на песок.
– Что в нём хорошего? Здесь даже поселение маленькое, хороших баб не сыскать, – ворчливо ответил второй.
– Посмотри на это – показал пальцем первый маг на землю, – ты знаешь, что это?
Ворчливый маг подошёл ближе к первому и уставился на землю. Флер стало любопытно, но выйти из укрытия было нельзя.
– След драмта?! А разве ещё остались свободные? – с недоверием спросил ворчливый, смотря на товарища.
– Похоже, остались, но ненадолго. Мы поймаем последнего. Это задобрит старого командира, а то слишком суров в последнее время.
Второй маг растянул губы в злорадной улыбке. Флер дождалась, когда маги покинут берег, и вышла из укрытия. Девушка знала, где можно найти в это время друзей.
В этом лесу близ самого устья живёт только один драмт. Это девушка знала точно. Мурашки пронеслись по спине от осознания, какая опасность поджидает Гостила. Нужно торопиться.
Дом Дари пришёл в запустение. Зомдик никогда не интересовался историей завоёванного мира, а князья и подавно, но трудности с поглощением магии побудили тёмного властителя к действиям.
Теперь Эван сидел среди руин и перебирал уцелевшие книги и свитки. Бо́льшая часть, естественно, пришла в негодность, но кое-что всё-таки сохранилось. Вампиру приходилось вчитываться в каждую страницу, чтобы не упустить что-то важное.
Отбросив очередную пролистанную книгу, Эван закрыл лицо руками.
– Где я свернул не туда?
«В момент подчинения Зомдику».
Пожалуй, это было правдой. Погружаться в воспоминания не хотелось. Хватило и чьих-то мемуаров о Дари Пелэри, смертельно, между прочим, скучных и занудных.
«Вот бы кто записал воспоминания князей, можно было бы создать десятки книг только с описанием миров – Эван вздохнул – погибших и забытых».
И все мертвы. Канули в небытие вместе с безжизненными планетами. Теперь все эти миры, просто космическая пыль. И Замгар следующий на очереди.
Пролистав имеющиеся книги и не откопав полезных све́дений, Эван решил посетить гарнизон на юге Мейзука. Преданные вампиры должны сыскать языка. Хотя верными назвать вампиров сложно, ради выживания они первыми примкнули к Зомдику. Первое время Эван желал мести, но родителей из мёртвых не вернуть.
На небосклоне уже показался первый спутник Замгара – Беллдар. Не самое лучшее время для сбора информации, но если кто-то из князей найдёт ключ раньше – Эван себе не простит. Выбравшись из руин библиотеки, вампир распался на стаю летучих мышей и устремился к фортам.
Солдаты очень расслабились за последние десять лет. На фортах были слышны пьяные возгласы, громко играла музыка, где-то были слышны женские крики. Легендарные бойцы потихоньку превращались в забулдыг, насильников. Они давно потеряли моральный облик и перестали выглядеть хоть сколько-нибудь устрашающе.
Эван приземлился на ближайшую площадку и провёл по лицу рукой. Маска привычно заняла своё место. Солдаты побросали стаканы и торопливо попытались выстроиться, получалось довольно плохо: пустых бутылок было разбросано довольно много.
Вампир брезгливо переступил осколки на вымощенном камнями плацу. Нетрезвый командир гарнизона сделал шаг вперёд.
– Ваш приход стал полной неожиданностью…
Быстрое движение Эвана и голова командира покатилась по плацу. Князь вытер кровь с клинка. Наступила полнейшая тишина. Солдаты замерли.
– Приведите пять языков и останетесь живы.
Эван поднял взгляд на небо. Вампиры подчиняются князю беспрекословно. И дело не в титуле Эвана, а в особенности происхождения. Сын главы клана обладал даром подчинения себе подобных. Таким даром не обладал никто в роду Эвана. Отец занял место главы силой, он был обычным вампиром: быстрым, сильным, но не обладающим магией. Вампиров не убивает солнечный свет, только отсечение головы. Мать Эвана была дочерью ведьмы и вампира, но также была обычной вампиршей. Эвану же повезло с талантами: способность использовать чужую магию, дар внушения и власть над себе подобными.
Шаги отвлекли князя от созерцания неба. Вампиры поставили пятерых рабов на колени.
– Прекрасно! Теперь в камеру для пыток их.
Рабов усадили и на кованые стулья, громыхнули кандалы. Князь внимательно посмотрел на замгарцев: три старика, женщина и девушка. Последняя вряд ли знает о ключе. Слишком молода. А ведь о проводнике магии не было ничего слышно двадцать лет.
– Остальные свободны.
Вампиры покинули помещение.
– Есть ли в вашем мире ключ магии?
Замгарцы смерили князя ненавидящими взглядами.
– О, всё ясно. Нужна мотивация?
Князь обошёл стул с девушкой, запрокинул её голову назад и наклонился к шее. Девушка всхлипнула.
– Пожалуйста, не делайте этого! – взмолилась женщина. Старики просто закрыли глаза.
– Рассказывай.
Женщина посмотрела на стариков, ища поддержки. Мужчины сидели молча.
– Я почти ничего не знаю о ключе. Но в Руксе есть тайная библиотека Дари. Там точно можно найти све́дения о возможном существовании ключа.
– О возможном существовании? Я не такое желал услышать!
Эван впился в шею девушки зубами. Женщина залилась слезами. Руки стариков задрожали. Вампир отстранился от затаившей дыхание молодой рабыни.
– Ещё одна попытка.
– Проводниками в нашем мире были Дари, – тихо произнёс один из стариков, – Других ключей никогда не было.
Князь застыл. Всех Дари убили. И детей тоже.
– Может, у Дари были бастарды?
– Нет. У нас ценится крепость брака.
Но тем не менее ключ объявился.
– Магия мира просела в последнее время, с чем это может быть связано?
Замгарцы посмотрели на князя удивлёнными взглядами:
– Мы не почувствовали снижения магической энергии.
Ключ защищает магию от Зомдика? Очень интересно.
– Где в Руксе искать библиотеку?
Теперь голос вновь подала женщина:
– Севернее от города. Точное местоположение знали только Дари.
Всё упирается в этих Дари. Поторопились, однако, князья с убийством правителей Замгара.
– Ладно, поверю. Но если это окажется ложью, я вернусь и залью ваши дома кровью.
На плацу князь отдал приказ об освобождении языков, обратился стаей летучих мышей и отправился в замок. После столь мерзкого места хотелось помыться дезинфицирующим средством.
«Твои грехи никакой хлоркой не отмоешь – ехидно прозвучало в голове, – да и нет этого средства на Замгаре, в мирах, богатых магией химия не в чести».
– Тебя бы тоже вымыть из головы.
– Любишь болтать сам с собой, малыш?
Эван так стремился попасть в свои покои, что не заметил стоя́щего в одном из переходов замка Гедеона.
– Гедеон, старина, бессонница замучила на старости лет? – не обращая внимания на колкость, спросил Эван.
– Нарываешься, щенок. Забыл кто я?
– Уже дрожу от страха.
Оранжевый глаз дёрнулся. Ноздри ямисоминца нервно затрепетали. Эван почувствовал давление на сознание и позволил сломить себя. Гедеон остановился, только когда из носа вампира потекла кровь, а лицо Эвана, опустившегося на колени от слабости, исказилось от боли.
– Знай своё место клыкастик и никогда не нарывайся на старших, – злобно пророкотал Гедеон и, тряхнув зелёными волосами, скрылся за поворотом.
– Скоро всё измениться, – усмехнулся Эван, поднимаясь на ноги и утирая кровь.
Рассерженный Гедеон никогда не будет искать в голове важные све́дения, лишь причинит боль. Эван давно заметил этот изъян в телепате. Свою истинную силу сто́ит скрывать, как и свои слабости. Только так можно выжить в этой звериной стае.
Лёжа в тёплой ванне, Эван отметил, что уже легче переносит вторжения ямисоминца в разум. Раньше пытки длились дольше. Князья, похоже, теряли интерес к бесконечным поединкам. За последний месяц никто не доказывал своего превосходства. Или Эван просто упустил бои, находясь на Самстере?
Впрочем, неважно. Завтра нужно отправиться в Рукс. Вампир чувствовал, что удача благоволит в этот раз.